Любовник для Курочки Рябы - Дарья Калинина

Когда я наконец дождалась рассвета и приезда полицейских, которые быстро поднялись по лестнице и завернули за здание отеля, в дверь осторожно постучали.

— Кто там? — прошептала я, встав в стороне от двери.

— Дашка, открывай! — раздался знакомый Юлькин голос. — Чего ты заперлась?

Я открыла и бросилась в объятия своих подруг.

— Как я рада, что вы живы!

Но они обе были в прескверном настроении и отреагировали соответственно.

— Что на тебя нашло? — недовольно буркнула Мариша. — И так все скверно, а еще ты на шее виснешь. Просидели в засаде всю ночь, а никто красть тело Густава не явился. Мы ушли, как только услышали голоса полицейских.

— Я так отсидела себе попу, что боюсь, она у меня навсегда останется плоской, — вторила ей Юлька. — А почему в моей кровати спит Кати? Мы же вроде бы клали ее к Марише.

— Повезло тебе, Дашка, — говорила Мариша. — Провела ночь в собственной кровати. Не то что мы.

— Господи, вы же ничего не знаете! — воскликнула я и поведала подругам о ночном госте, оставившем такие страшные следы своего посещения.

Подруги выслушали меня внимательно. И, к моему облегчению, ни разу не усомнились в правдивости моих слов. И в том, что я не спала и все это было наяву. Потом они внимательно осмотрели простреленные подушки и одеяло на наших с Маришей кроватях.

— Ничего не поделаешь, — сказала Мариша. — Приходится признать, что тебе это действительно не приснилось. А как вы с Кати остались живы?

— Чудом! — ответила я и рассказала все сначала.

Подруги некоторое время молчали, переваривая мой рассказ.

— Это что же выходит, — наконец сказала Юлька, — что теперь охотятся за Маришей? Стреляли ведь в нее. Никто, кроме нас троих, не знал, что Кати осталась спать на кровати Мариши.

— Вот и я подумала о том же! — подхватила я.

— Глупости, — ответила Мариша. — Любой мог видеть, как мы тащим Кати к себе в номер.

— Никого не было, — возразила я. — Все спали.

— Кому надо было, тот и увидел, — сказала Мариша. — А как преступник проник в наш номер? Ты говоришь, что дверь была закрыта?

Я утвердительно кивнула.

— Значит, либо у него были ключи от нашего номера, либо он проник через балкон, — сказала Мариша.

Мы выглянули на балкон. Вообще-то мы его видели не первый раз. Но сейчас едва ли не обнюхали его. Балкон у нас в номере был просторный. Даже не балкон, а целая комнатка. На нем стояли два шезлонга, керамические вазы с живыми цветами, пальма в кадке и в углу был устроен миниатюрный фонтанчик. Выложен балкон был кремового цвета шершавой плиткой, а по периметру шли широкие каменные перила.

Вот на этих самых перилах Мариша и заметила след чьей-то обуви. Никто из нас троих в жизни не стал бы ходить по перилам балкона. Значит, это был след обуви нашего ночного визитера.

— Так! — удовлетворенно сказала Мариша. — След обуви есть. Пули из его оружия есть. Наверняка засели в дереве кровати. Просто их нужно оттуда выковырять. И примерное описание тоже есть.

— Описания нет, — отказалась я. — Было темно, и я видели лишь силуэт.

— И этого достаточно, — ответила Мариша. — Какой он?

Худой, высокий, полный или скрюченный?

— Нормальный мужчина, — пожала я плечами. — То есть я хотела сказать, что телосложение у него нормальное. Не худой и не толстый. Средний. И рост тоже средний. Нет, чуть выше среднего.

— А почему ты решила, что это обязательно мужчина? — спросила у меня Юлька.

— Ну ты меня обижаешь, — надулась я. — Что я, по-твоему, девственница? Конечно, это был мужчина. Плечи широкие, бедра узкие, руки длинные. На нем был какой-то темный облегающий костюм, поэтому мне так хорошо запомнилась его фигура.

— Вот и славно, — пробормотала Мариша. — Сегодня же пойдешь на пляж и будешь разглядывать там всех мужиков.

Нужно составить список тех, у кого похожее телосложение. Если этот тип из отдыхающих, то ему от тебя не скрыться.

— А если он не из отдыхающих, а приплыл на Кьянти на моторке? — спросила я. — Тогда как?

— Тогда дело осложняется.

Вскоре к нам пожаловали господа полицейские. Мы их уже видели. Они нас тоже. Но обоюдной радости от того, что мы снова свиделись, что-то заметно не было. Полицейские смотрели на меня с какой-то тоской во взгляде. Если бы я была хоть капельку мнительнее, то предположила бы, что ночью мою кровать расстреливал кто-то из этих полицейских.

Снова с помощью Грека мы с Кати рассказали, что с нами приключилось ночью в номере. Потом отвели полицейских, показали им простреленные кровати и след ноги на перилах балкона. В общем, выложили все, что знали и имели. Но полицейские все равно были почему-то недовольны. Они вцепились в Кати и Маришу мертвой хваткой, пытаясь выяснить у них, есть ли у них враги. И если эти враги есть, то достаточно ли они могущественны и богаты, чтобы нанять наемного убийцу.

— Нам нужно поговорить, — прошептала мне Юлька на ухо. — Пойдем, я знаю одно уединенное местечко. Там нам никто не помешает.