Выход есть всегда - Марина Серова

— Не возражаю. Пойдемте, Татьяна! Сюда! — Котляров остановился в дверях спальни. — Не спишь, Любаша?

— Нет.

— А я кое-кого тебе привел. — Хозяин дома посторонился, чтобы его супруга смогла меня увидеть.

Шагнув вперед, я заметила, как резко изменилось выражение лица женщины, лежавшей на кровати. Надежда сменилась разочарованием.

— Вы доктор? — спросила она и, не дождавшись ответа, грустно проговорила: — Были у меня уже доктора, да что толку?

Я запоздало увидела Нину, сидящую в углу комнаты с пяльцами в руках. Она выглядела растерянной. Наверное, пыталась понять, зачем отец привел меня сюда.

— Нет, Любаша, это не доктор, а — частный детектив.

— Кто-кто? — почти не шевеля губами, переспросила Любовь Тимофеевна.

— Частный детектив, и она может рассказать нам о Варе.

— Мне выйти? — Нина, отложив вышивку, поднялась со стула.

— Займись ужином, — отец сразу же нашел младшей дочери занятие.

— Хорошо, — безропотно ответила девушка и, не поднимая на меня глаз, вышла из родительской спальни.

Такой покорной я Нину еще не видела.

— Сережа, я не могу поверить. — Хозяйка попыталась подняться.

— Лежи, лежи, Любаша. — Котляров поправил жене подушку. — Да, мы будем говорить о Варваре. Это важно. Татьяна, берите стул, садитесь сюда, поближе к кровати, и рассказывайте.

Я не смогла устроиться прямо у изголовья больной. Близкое расстояние предполагает полное откровение, которое было в данной ситуации не позволительно. Нет, врать я не собиралась, но кое-что утаить мне все-таки предстояло. Поставив стул в метре от кровати, я повесила на спинку сумку, села и сразу же приступила к рассказу:

— Ко мне обратились соседи Вари по съемной квартире. Они узнали, в чем ее обвиняют, не поверили в это и решили с моей помощью установить истину. — Я сознательно избегала слова «убийство». — Не знаю, стоит ли вам пошагово рассказывать, как я выполняла свою работу…

— Не стоит, — ответил за супругу Сергей Николаевич. — Я только хотел уточнить кое-что. Вы сказали «соседи». Речь идет о мужчинах?

— Мои клиенты — супружеская пара. Когда эти люди узнали, что произошло, то не смогли поверить, что Варя виновна. Многие сотрудники вашей средней дочери тоже не верят в ее виновность…

— Сережа, слышишь, никто не верит? — Любовь Тимофеевна посмотрела на мужа, ожидая его реакции, но тот молчал, потирая руку об руку. — Продолжайте, Танечка. Простите, что перебила вас.

— Так вот, я не нашла мотивов, которые заставили бы Варю пойти на преступление…

— А как же прелюбодеяние, к которому склонял ее тот охальник? — Сергей Николаевич дал мне понять, что он и его супружница в курсе подробностей официального расследования.

— Со слов вдовы Кулика, Валерий Михайлович был примерным семьянином и любящим отцом двух детей. Кстати, два года назад, после десяти лет зарегистрированного брака, они обвенчались. Сотрудницы фирмы, молодые, красивые и незамужние, в один голос уверяли меня, что со стороны директора в их адрес никогда не было никаких попыток заигрывания. Кулик был не только профессионалом в области строительной индустрии, но и очень принципиальным руководителем. Он не прогибался под корыстных чиновников, и скорее всего кое-кого это мотивировало избавиться от него. Я почти уверена, что убийство было заказано сотруднику фирмы «XXI век», который уже был замешан в криминале. Он нуждался в деньгах, поэтому и согласился выполнить заказ.

— Но почему под подозрение попала именно наша дочь? — уточнил Котляров.

— Как это ни банально звучит, но она оказалась не в то время и не в том месте.

— Но нам сказали, что Варя призналась в убийстве. Зачем же она взяла на себя этот грех? — недоумевала Любовь Тимофеевна.

— Ей так посоветовали, — сказала я, не называя никаких имен и должностей, — ведь именно чистосердечное признание дает шанс на смягчение наказания. Настоящий убийца все обставил так, что подозрения пали именно на Варю. Она оказалась загнанной в угол.

— Танечка, но вы ведь пойдете в суд и расскажете, кто на самом деле убил директора фирмы? — Любовь Тимофеевна обратила на меня молящий взор.

— Я сделаю все от меня зависящее, чтобы вызволить вашу дочь, — сказала я, тщательно подбирая каждое слово.

— Господи! — Любовь Тимофеевна перекрестилась, глядя на иконы. — Спасибо тебе за то, что ты послал нам эту добрую девушку. Я всегда верила, что Варя не могла совершить тот тяжкий грех, и надеялась, что правосудие будет к ней справедливым. Господи, ты дал моей дочери это испытание, и ты же послал избавление от него в лице Татьяны…

«Скорее уж в лице Людмилы, — подумала я про себя. — Если бы не она, я не узнала бы о том, в какую жуткую жизненную ситуацию попала Варвара». Я никогда не была набожной, но сейчас вдруг поверила, что это какие-то высшие силы заставили Усову искать справедливость. Современная жизнь такова, что люди постоянно куда-то спешат, извечно решают какие-то проблемы и в этой каждодневной суете забывают сказать «спасибо» тому, кто им неожиданно помог. Варина соседка оказались человеком благодарным и неравнодушным к судьбе ближнего…

Предварительно постучав, в родительскую спальню заглянула Нина и сказала, что ужин готов. Любовь Тимофеевна попросила своего супружника помочь ей подняться, на что тот заметил:

— Доктор сказала, что тебе, Любаша, надо соблюдать постельный режим. Так что лежи, Нина тебя здесь покормит.

— Мне уже гораздо лучше. — Хозяйка дома предприняла попытку подняться, но супруг уложил ее обратно в постель. — Вот что, пусть Нина смерит тебе давление. Если оно все еще высокое, то тебе не стоит вставать. Пойдемте, Татьяна!

Котляров привел меня в столовую, прикрыл дверь и сказал:

— Татьяна, спасибо вам, что вы не стали говорить о внуке, который теперь расплачивается за ошибки своей матери.

— Да при чем же здесь Варя! Она лишь жертва обстоятельств, и ей очень нужна ваша моральная поддержка. Она должна знать, что семья не осуждает ее, а верит в ее невиновность, переживает за нее…

Котляров молчал. Наверное, он пытался ответить для себя на вопросы, осуждает ли он свою среднюю дочь, верит ли он в ее невиновность, готов ли морально поддержать ее. Что-то все же останавливало его от положительных ответов. Когда он созрел-таки для того, чтобы что-то сказать, хлопнула входная дверь. Через несколько секунд в столовую забежал Петя.

— Я не опоздал к ужину? — спросил он.

— Ты вовремя, сынок! Мой руки, скоро будем трапезничать.

Нина привела под руку маму. Задумка Сергея Николаевича удалась — весть о том, что Варя не совершала тяжкого преступления, подействовала на его супругу благотворно. С ее лица не сходила улыбка. Давление, по словам дочери, у матери действительно снизилось.