Загадочные убийства - Дженнифер Роу

Очевидно, маньяки чаще следуют именно такой модели поведения. Все преступления, описанные в той статье, были практически идентичны, несмотря на какие-то незначительные различия. Серийные убийцы, начиная с Джека-потрошителя и заканчивая Бостонским Душителем, маниакально следовали определенным ритуалам, какими бы причудливыми те ни были, но именно из-за этой причудливости серийные убийства порождали собственную гротескную субкультуру подражательных убийств. Полиция обычно старалась хранить отдельные аспекты характерного модус операнди настоящего убийцы в секрете, но пресса, как правило, поднимала много шума вокруг таких убийств, что зачастую приводило к насилию и ужасу далеко за рамками естественных ограничений (а в случаях если убийцу не удавалось поймать, то и в течение многих лет спустя). Нередко другие холодно и расчетливо, чтобы избавиться от кого-то и остаться безнаказанным, следовали почерку убийцы и тем самым вводили следствие в заблуждение.

А потому вполне логично было предположить, что убийство Марго Белл как раз и есть такой случай. Эта женщина была способна вызывать сильные эмоции у всех, с кем имела дело. Берди казалось, что гладкая поверхность жизни в этом доме много чего скрывала, в том числе и мотивы для убийства. Но мотив не обязательно влечет за собой такой исход, напомнила себе Берди, иначе убивали бы сплошь и рядом: в семье, на работе, на отдыхе, в дорожных пробках…

По словам Тоби, она просто упертая. Ей не хотелось, чтобы все закончилось вот так. Убийство — это одно, убийство по причине сумасшествия — совсем другое, по крайней мере, для нее.

Лорел Мун мало что помнила о своих преступлениях — во всяком случае, так говорили обследовавшие ее психиатры, — поэтому и не могла нести ответственность за содеянное. Признать ее невменяемой — это все, чем доктора могли ей помочь. Ее невиновность никто доказывать не мог: соседка своими глазами видела, как она душила свою тетю. На ее крики "несчастная Лорел", как все ее называли, обернулась, безучастно взглянув на нее, и вонзила в шею лишившейся сознания жертвы портновские ножницы. Соседка колотила в стекло до тех пор, пока не разбила, поранив руки, а затем, перепуганная до смерти, побежала за помощью.

Полиция обнаружила Лорел Мун рядом с трупом ее тети, истекавшую кровью от многочисленных ран, нанесенных ножницами, вырванными из горла жертвы, с шеей, разодранной ногтями несчастной. Убийцу спасли: для свершения правосудия, для специализированной психиатрической клиники.

Берди, положив ладонь на сверкающую медную ручку, помедлила на пороге гостиной, вдруг вспомнив, как вчера вечером Хелен, совершенно преобразившаяся, веселая, вошла в комнату под руку с Конрадом, взяла у Алистера бокал с шампанским. Это выглядело как второе рождение, а на самом деле было вторым крещением — кровью. Именно оно окрасило ее щеки и зажгло огонь в мертвых глазах.

Берди вздрогнула. Нужно к людям, срочно, а еще кофе.

В конце концов и все остальные сделали выбор в пользу горячего шоколада. Алистер подбросил дров в камин и снова разжег огонь, и они уселись вокруг него, сжимая в руках теплые фарфоровые кружки, вдыхая сытный молочный аромат, слизывая сладкие капли с губ. Бетти Хиндер, как страж, сидела позади них на стуле с прямой спинкой, прислушивалась к треску огня и шуму дождя.

— Вроде бы затихает, — заметил Алистер, склонив голову набок. — Слышите, Бетти?

— Да. Возможно, к утру и вовсе прекратится. Тогда Джордж приплывет в лодке.

Белинда огляделась и негромко прошепелявила:

— Но мы все равно не сможем отсюда выбраться. Еще вчера ночью мы тут были все, а теперь осталось всего шестеро. Как десять негритят.

Джози фыркнула и полезла за носовым платком.

— Не совсем. Трое негритят мирно спят в своих постельках. Хотелось бы и мне оказаться в своей. А вам, Эдвина?

— Безусловно. — Безупречная кожа Эдвины посерела от усталости, тушь под глубоко посаженными глазами размазалась, придав им затравленное выражение. — Мне нужна сигарета, — резко бросила она Алистеру. — Можно тут добыть хоть одну?

Он поколебался.

— Марго хранит… хранила… В общем, сигареты есть в ее кабинете. Сейчас принесу.

Покачав головой, Эдвина встала.

— Я сама. Это мой порок. Кроме того, хочется размять ноги. Где их искать?

— В шкатулке на столе. Вы уверены…

Но Эдвина уже направилась к двери.

Берди резво поднялась и пошла следом, а она, когда Эдвина обернулась к ней, удивленно и с некоторой неприязнью пробормотала:

— Ужасно хочется покурить.

Прошло не менее получаса, с тех пор как Тоби поднялся наверх, а значит, мог позвонить в любую минуту. По закону Мерфи^[5], звонок раздастся ровно в ту секунду, когда Эдвина переступит порог кабинета. Если трубку возьмет она, Берди так и не узнает конец истории.

— Уже половина первого, — заметила Эдвина, когда они шли через холл. — Сколько еще нас тут будут держать, Верити? Полагаю, вы знаете. Похоже, по какой-то причине вы пользуетесь их полным доверием.

Эдвина старалась говорить невозмутимо, но ее глаза говорили: "Я так и знала, что жди от тебя неприятностей. Ты не одна из нас. Ты мне соврала".

— Да что вы? — постаралась как можно искреннее удивиться Берди. — Это гораздо больше, чем я думала.

Они с Эдвиной вошли в кабинет Марго Белл, и Берди подумала, что пора бы позвонить Дэну. Незаметно проверив, нормально ли лежит трубка внутреннего телефона, Берди пыталась понять, что там в голове у Тоби.

— Мне тоже мало что известно, — сказала Берди. — Как и вы, брожу в темноте.

И едва она это произнесла, как свет мигнул и погас.