Брегет хозяина Одессы - Ольга Баскова

– Мы рискуем попасть в аварию, если продолжишь глазеть по сторонам, – улыбнулась Рита.

– Мне трудно, – заметил он, но сосредоточился, стал внимательнее смотреть на шоссе. Крутой поворот – и они оказались в живописном селе, вытянувшемся вдоль узкой горной речонки. Здесь не было высоких гор, поражавших своей неприступностью, справа раскинулась долина, а слева горизонт цепью закрывали лесистые холмы. Огромное озеро, заросшее камышом, сине-зеленым овалом прорезало поле. Бесстрашные мальчишки, уже загорелые дочерна, плескались у берега на маленьком пляже.

– Грушевка, – прочитала Рита название села. – Нам осталось совсем немного.

Вынырнув из Грушевки, они поехали по шоссе, окаймленному с обеих сторон высокими тополями, и вскоре извилистая дорога привела их к нужному селу.

Когда молодые люди въехали в Богатое, Сергею показалось, что они попали в зеленый оазис. Село утопало в садах, над дорогой нависали ветви плодовых деревьев, в основном груш и яблок. Припарковавшись на обочине, молодые люди вышли из машины. Где-то тихо журчала речка. Навстречу им шагал пожилой мужчина в грязных старых брюках и серой рубашке с закатанными рукавами. Густая черная борода сплошь покрывала его широкое лицо, и возраст местного жителя определить было довольно трудно. Он доброжелательно посмотрел на гостей, и Рита вежливо спросила:

– Не подскажете, как пройти к старой армянской церкви?

– Отчего ж не подскажу? – искренне удивился незнакомец. – Ее многие спрашивают. Говорят, раньше был огромный монастырский комплекс. Но безжалостное время разрушает что угодно, – он улыбнулся, продемонстрировав недостаток передних зубов. – Ступайте в эту гору по грунтовке, прямо к развалинам и выйдете. А машину здесь оставляйте, народ у нас честный, чужого не тронет, еще и присмотрит.

Поблагодарив местного жителя, Сергей немного подумал и вытащил из сумки бутылку с водой.

– Пригодится, – решил он. Рита кивнула.

– Надеюсь, мы быстро отыщем то, что нам нужно, – предположила она. Ивашов хотел возразить, но разразившийся трелью мобильный помешал ему это сделать.

– Сережа, мой мальчик, – послышался взволнованный голос дяди Виктора, – куда ты пропал? Я пытаюсь тебе дозвониться, но ты недоступен. Слава богу, появилась связь. Где ты? Почему недоступен?

– Дядя Виктор, я перезвоню вам и все объясню, сейчас очень занят, – Сергей выключил телефон. Он дал себе обещание не вмешивать в это дело дорогих и близких людей и пока не собирался его нарушать. Рита посмотрела на него, но ничего не спросила. И правильно сделала. Если Сергей сочтет нужным – он ей сам обо всем расскажет. Они прошли триста метров, и девушка вытянула руку:

– Смотри, вот она!

Сергей прищурился. Он ожидал увидеть здание, пусть очень старое, но здание, однако его взору предстали развалины, а разросшаяся зелень надежно укрывала их от человеческих глаз.

– Ты уверена, что эти руины нам подходят? – Сергей приблизился к останкам некогда могущественного храма и посмотрел на них с жалостью. – Почему Стоунхендж? По-моему, ни капли не похоже.

– Некоторые исследователи так прозвали эту церковь – Сурб Егия, – пояснила Рита. – Видишь ли, ее можно назвать чудом света. Храм строился без раствора – просто складывали камни, и тем не менее стоит себе двести лет, даже своды не полностью обрушились.

Ивашов заглянул внутрь. Он заметил, что в центральной части свод еще держался, а над входом уже начал обваливаться.

– У нее действительно три входа или все разрушилось? – поинтересовался Сергей.

– Действительно три входа, – подтвердила девушка. – Давай войдем. Или ты боишься?

– Ничего я не боюсь, – буркнул он и вошел в заброшенную церковь, внимательно осматриваясь. Его поразило, что стены и свод храма, а также многочисленные стенные ниши были украшены причудливой резьбой по камню. Необычным показался Ивашову и свод храма.

– Смотри, – он дернул Риту за плечо, – какой странный свод: по краям он стрельчатый (двускатный), а в центре крестовый, состоящий как бы из четырех сводов, встречающихся в верхней точке.

– Этот храм называют синтезом романской и армянской культур, – пояснила девушка.

– Понятно. – Молодой человек посмотрел вниз, на груду обвалившегося камня и битого стекла (последнее явно оставили не монахи). – Что ж, допустим, мы выбрали правильное место и где-то здесь спрятано то, что мы ищем. Что же делать дальше? Как найти так называемый Ад-10, где зарыт клад? Неужели нужно перетряхнуть все это? – он пнул ногой пластиковую бутылку, след современной цивилизации.

Рита замотала головой:

– Не знаю. Скорее всего, так. Знаешь, обычно нам оставляют подсказку, где искать Ад-10. Если внизу, то в каком именно месте. Должен быть опознавательный знак. Может быть, порассуждаем? Покажи-ка еще раз снимок, который твой отец вложил в конверт.

Сергей, пожав плечами, исполнил ее просьбу, в который раз пожалев, что связался с этой девчонкой. Ничего она не найдет. Рита несколько минут изучала фотографию и осматривала стены заброшенного храма.

– Я не вижу такого камня, – она протянула снимок Ивашову. – Во всяком случае, перед собой. Давай попытаемся его найти. Если ты, конечно, не боишься, что на тебя обрушится свод, – насмешливо добавила она.

Закусив губу, Сергей не удостоил ее ответом. Он прошел еще немного внутрь и остановился у развалин, которые когда-то были алтарем.

– Гляди, рельефные изображения выполнены на евангельские сюжеты, – подивился он. – Вот эта сцена, – Сергей указал на коленопреклоненного юношу, – явно из «возвращения блудного сына». Что, если я и есть этот блудный сын? – Он слегка покраснел от такого нелестного для себя сравнения и добавил: – Во всяком случае, так считал мой отец. С него станется.

– Что ж, давай попробуем поискать. – Рита опустилась на корточки и принялась разгребать мусор, но, повозившись минут десять, пока Сергей созерцал на одном из камней рельефное изображение Богоматери, сдалась. – Отец не мог зарыть здесь сокровище, – задыхаясь, проговорила девушка. – Под мусором снова камень. Первая наша попытка не увенчалась успехом. В геокешинге так бывает. Нам нужно обследовать еще три объекта.

Ивашов хотел что-то буркнуть насчет ее великих познаний, но передумал. Величественность руин поразила его, он почувствовал, как прикоснулся к вечности, и понял, почему этот заброшенный армянский храм называют местом силы. Кто-то невидимый наполнил силой и энергией его усталое тело, вселил надежду, что они обязательно решат головоломку, и молодой человек неожиданно для себя улыбнулся спутнице. Девушка, удивленная сменой его настроения, изумленно заморгала:

– Что-то произошло?

– Ничего, – отозвался Ивашов, прислонившись к холодным стенам храма и представляя, как когда-то здесь сновали монахи, – ровным счетом ничего. Я понял, почему эти руины называются местом силы.

Рита улыбнулась в ответ: