Голубые ангелы - Чингиз Абдуллаев

— Это ваша идея?

— Я должна отвечать?

— Если можно…

— Моя. Она вам явно не нравится, да?

— Да. Это не женское дело.

Координатор позволила себе откровенно улыбнуться.

— И только поэтому?

— Не только, — у него почему-то дрогнуло лицо, — не только…я… я боюсь за вас. Вы… словом, этот план не пойдет.

— Поздно, Дюпре, увы, поздно. Документы уже высланы. Ядоложила, что все уже согласовано с вами.

— Вы… вы… — От волнения он даже вскочил. — Вы толькопомешаете мне, Элен, я против. Категорически. Вы не выдержите. Я не имею праваподвергать вас риску.

Она встала. Медленно, спокойно. Сделала шаг к Дюпре.

— Это мое дело. Я генеральный координатор зоны, господинДюпре, вы забыли об этом.

— Вот и сидите в своей зоне, — кажется, он ответил чуточкурезче, чем следовало.

— Это приказ, господин инспектор. Кроме того, я напоминаювам, что по служебной субординации вы не можете мне приказывать. Я, слава богу,еще не подчиняюсь вам, — кажется и она ответила чуточку резче, чем следовало, —скорее это вы должны выполнять мои инструкции. Впрочем, я вас больше незадерживаю. Можете идти, — правая рука указала на дверь.

Несколько секунд в комнате стояла тишина. Первым опустилглаза Дюпре. Наклонил голову. Повернулся к дверям.

— Простите, но я ведь люблю вас, — пробормотали его губы; несмея поднять головы, он сделал шаг к дверям.

— Шарль, — раздался за его спиной голос. В нем уже не былопрежнего металла.

Он резко обернулся. Очевидно, можно говорить молча, если вэти несколько секунд оба не сказали друг другу ни слова. И сказали больше, чемза все их предыдущие встречи.

Она сделала шаг навстречу. И они бросились в объятия другдругу.

Они были вместе вот уже второй час и не могли оторватьсядруг от друга. Им обоим казалось, что они шли к этой встрече всю свою жизнь. Ивсе те случайные, посторонние, чужие люди, мужчины и женщины, которые до этогобыли в их жизни, казались им теперь какими-то нереальными, забытыми, ушедшими впрошлое. Оба вдруг пронзительно ясно ощутили, что это были лишь тени. И толькосейчас, здесь, сегодня, они достигли того, к чему подсознательно стремились всевремя, стараясь найти в ласках друг друга то не испытанное ими ранее чувствополного единения души и тела.

Наверное, люди живут на земле ради вот таких моментов своейжизни. Они, словно яркая вспышка, на короткое мгновение озаряют их тусклоесуществование, придавая ему то неповторимое очарование, к которому так всестремятся. Если в жизни мужчины хоть однажды бывает такая женщина, значит, егожизнь удалась. Если в жизни женщины хоть однажды встречается такой мужчина,значит, воспоминание о нем будет преследовать ее всю жизнь. Это будет еемужчина. Тот, о котором она мечтала бессонными ночами, соединяясь с которым онаможет прикоснуться к чему-то такому, что потом останется на всю жизнь. Амужчины? Мужчины иногда не понимают, что значит ТАКАЯ женщина. С которойвозможно, да и то лишь на короткое мгновение, полное слияние душ. К старостиони это понимают. Иногда, к сожалению, слишком поздно.

Тяжело дыша, Дюпре откинулся на кровать. Руки продолжалиобнимать прекрасное тело. И хотя сил уже не было, желание и страсть не угасали.

Голова Элен покоилась на его груди. Волосы были рассыпаны, иот них шел волнующий, дразнящий, дурманящий аромат.

— Шарль, — тихо позвала она.

— Да.

— Как тебя зовут?

Он улыбнулся. Потом начал смеяться. Через несколько секундзасмеялась и она.

— Какой ужас! Целовать человека, имени которого не знаешь.Полное падение нравов! — Он притворно вздохнул.

Ее левая рука приподнялась и легонько стукнула его поживоту. Мышцы непроизвольно сократились.

— Ага. Ты, значит, считаешь, что я падшая женщина. Вот тебе,вот.

— Больно. Больно. Сдаюсь. Беру свои слова назад.

Приподнявшись на локте, она перебросила себя на него. Обвиларуками его шею и устремила на него ласковый взгляд.

— И все-таки как тебя зовут? Если не хочешь, можешь неговорить.

Дюпре сказал. Она недоверчиво покачала головой.

— Откуда ты?

Дюпре сказал и это.

Она засмеялась. Радостно, легко. Несколько раз повторила егоимя, точно пробуя на вкус.

— А все-таки Шарль красивее.

— Можешь называть меня, как тебе нравится. Она наклонилаголову.

— Так звали д'Артаньяна, хотя мне теперь все равно. Лишь быты был со мною. — Ее мягкие губы скользнули по его щеке и, прикоснувшись корту, вновь слились в нескончаемом поцелуе.

— А как тебя зовут? — спросил он, когда вновь обрел дыхание.

— Урсула. Урсула Андерсон. Я из Швеции. Отец — швед, мать —фламандка.

— Урсула, — он повторил ее имя, — Урсула. Я люблю тебя,Урсула. Я искал тебя. Очень долго.

Ее губы коснулись его лица.

— А я ждала тебя. Сейчас мне кажется, что я знаю тебядавным-давно. С самого детства. Вот таким добрым и сильным я тебя представляла.Но ты появлялся только в моих снах. Ночью. Знаешь, как мне бывало тяжело.Особенно после того, как я ушла от мужа. Случайные встречи, малознакомыемужчины. А я ждала тебя. Только тебя. Я искала идеал, но с каждым годом верилав него все меньше и меньше.

Уголки его губ дрогнули.

— Значит, я идеал? Вот уж не думал.

— Идеал. Самый настоящий, — счастливо подтвердила она.

— Поэтому ты хочешь в Италию? — вспомнил он.

— Я буду рядом с тобой. Я так хочу.

— Самое печальное, что и я так хочу. Но только с однимнепременным условием.

— С каким? — нахмурила брови Элен.

— Мы полетим туда как супружеская пара. Настоящая пара.Только в этом случае я согласен.

Она легко засмеялась. Закрыв глаза, тряхнула головой, затемнаклонилась к нему.

— Ты делаешь мне предложение? Довольно экстравагантное.

— Ну почему экстравагантное? Просто немножко необычное.

— Я согласна. Но давай решим этот вопрос после нашейпоездки.

— Но полетим мы туда как супруги?

— Конечно. Но я не поняла, что тебя волнует. Какая теберазница?