Объект власти - Чингиз Абдуллаев

— Вы полагаете, что мы можем провалиться и с Гейтлером?

— Боюсь, что пока у нас ничего нет.

Богемский сердито кивнул, соглашаясь. Если Гейтлеру удастсясовершить покушение, генерала Богемского в лучшем случае разжалуют, а в худшем— просто отдадут под трибунал.

— У вас нет никаких предложений? — спросил Богемский.

— Мне нужны данные по экспертизе останков тел. Мне их невыдают без вашего приказа.

— И не выдадут. Какое отношение имеют фрагменты останков кнашему расследованию? Это дело следственной группы ФСБ.

— И мое тоже. Погиб мой друг.

— Опять вы за свое?

— Я хочу знать, чьи останки не найдены или вызываютсомнения.

— Таких нет. Мы провели экспертизу на клеточном уровне. Отнекоторых сотрудников ничего не осталось, только фрагменты. Но все ониидентифицированы.

— И никто не пропал?

— Никто. Хотя троих разнесло буквально на мелкие частицы.

— Кого?

— Какая вам разница?

— Я хочу знать. Кого?

— Они все погибли, — напомнил Богемский.

— Чьи тела вы не нашли? — упрямо повторил вопрос Дронго.

— Полковник Кашаев, представитель МВД…

— Я его помню.

— Генерал Полухин и генерал Машков. Они втроем стояли устола, на котором лежало взрывное устройство. Несколько килограммов тротила.Все вокруг разнесло на кусочки.

— И генетическая экспертиза установила, что разбросанныеостанки принадлежат этим трем офицерам?

— Не только им троим. Там еще было много погибших. Вы жезнаете, что погибли семнадцать офицеров. Но конкретно речь идет об этих троих.Тела сгорели, остались только фрагменты.

— А остальные?

— Все идентифицированы. Все без исключения. И нам остаетсясделать вывод, что заложивший бомбу негодяй был смертником, который погиб вовремя взрыва. Сейчас мы проверяем и всех погибших.

— Он не мог быть таким идиотом, — возразил Дронго. —Человек, который продумал и осуществил устранение Истрина, а также сумелорганизовать взрыв в прежнем здании комиссии, по-своему был гением. А выделаете из него параноика.

— Я не делаю. Просто рассуждаю. Тогда кто? Святой дух?Только я в духов не верю. Или каким-то образом сюда мог проникнуть сам ГельмутГейтлер? И в это я тоже не верю. Тогда кто? И куда он исчез?

— Из здания можно было выйти?

— Только через официальный вход, где дежурил офицер. Онпроверял документы. Вы же все сами видели.

— Другой выход есть?

— Есть. Но он всегда закрыт.

— У кого могли быть ключи?

— Не считайте себя умнее всех. Ни у кого. Может, только уМашкова. Это было здание ФСБ, а не клуб филателистов. Постарайтесь это уяснить.

— Но кто-то же взорвал в этом здании зал, — напомнил Дронго.

— Да. И поэтому мы пытаемся его вычислить. Как и вы Гейтлера.С вами работают два переводчика и восемь наших сотрудников. Уже две недели. Иникаких результатов.

— Я помню, — невесело признал Дронго. — Значит, ключи моглибыть только у Машкова? Может, разрешите мне посмотреть данные ваших экспертов?

— Вы сумасшедший, — зло заявил Богемский. — Я же вам сказал,что специалисты провели исследование на клеточном уровне. Проверяли ДНК всехнайденных останков. Никто не сбежал из здания, обнаружены фрагменты всехпропавших.

— И все-таки я хотел бы посмотреть данные экспертизы, —упрямо повторил Дронго.

— Хорошо. Я прикажу, чтобы вас с ними ознакомили. Хотитебыть последовательным? Надеетесь найти больше, чем сотрудники ФСБ? Лучшевычислите Гейтлера, и я первый буду просить, чтобы вас наградили.

— Посмотрим, — буркнул Дронго и, помолчав, поинтересовался:— Как себя чувствует Эльвира Нащекина?

— Она в больнице, и к ней никого не пускают. Нервный срыв.Для офицера в ее возрасте это довольно странно.

— Она столько всего перенесла, — напомнил Дронго.

— Мы все много чего перенесли, — заметил Богемский. — Хотя…конечно, ей пришлось труднее, чем остальным.

— Что с ней произошло?

— Инсульт. Отнялась левая рука. Врачи делают все возможное.Они считают, что у Нащекиной есть шансы выкарабкаться. Однако, видимо, работуей придется сменить.

Дронго ошеломленно промолчал. Потом тихо спросил:

— Я могу ее увидеть?

— Я же сказал, к ней никого не пускают. Сколько вам ещенужно времени, чтобы вычислить Гейтлера или его возможного помощника?

— Не знаю. Столько, сколько нужно. И я буду надоедать вам,пока мы их не найдем. Только даже не пытайтесь меня отсюда выставить. Я будуздесь сидеть до конца. — И, подумав, Дронго добавил: — Если выдержу…