Муж за алиби - Наталья Андреева

— Итак, молодые люди, займемся делами. — И она уселась перед монитором. — Сначала работа, а потом удовольствия. Надо чтоб в понедельник новый директор чувствовал себя уверенно…

…О том, что уже девять часов вечера, ей напомнил Никита:

— Вера, магазин закрывается. Может быть, и мы поедем?

— Устал? — улыбнулась Вера.

— Если так работать, то не останется времени на личную жизнь. И желания тоже, — намекнул он.

— Ладно, заканчиваем. Что поделать: я такая. Мне всю жизнь приходилось рассчитывать только на себя. Где бы ты хотел поужинать?

— Знаешь, Вера, я чувствую себя неловко. Дама приглашает в ресторан! И собирается оплатить счет. Кто я после этого?

— Раньше тебя это не смущало, — слегка насторожилась Вера. С чего это он стал деликатничать?

— Последнее время ты меня все больше и больше удивляешь. Раньше ты была мне просто хорошим другом, а теперь я вижу в тебе женщину. И то, что ты оплатишь счет в ресторане…

— Ну, во-первых, дама, которая оплатит счет, твоя невеста, — перебила его Вера. — А во-вторых, придет время, и ты сможешь меня пригласить.

— Тогда на твое усмотрение. Куда ты хочешь, туда и поедем.

Вера не любила экспериментировать. И хотя она давно уже терпеть не могла пиццу, в ресторанчике, куда они с Никитой приехали, это было основное блюдо. Пицца с грибами, пицца ассорти, пицца «Море и горы», пицца…

— Ты так любишь пиццу? — спросил Никита, взяв в руки меню.

— Откровенно признаться, терпеть не могу.

— Но почему тогда ты привезла меня сюда?! Ведь в Москве так много ресторанов, где никогда не подают пиццу! Кроме итальянской кухни есть еще масса других! Почему мы не поехали в суши-бар или в мексиканский ресторан? Или в простой кабак, где пьют водку и закусывают солеными грибами? Почему?

— Не знаю. Что поделать: я такая, — во второй раз за сегодняшний вечер сказала Вера. — Это был первый ресторан, который я посетила. С тех самых пор… Ну заказывай. Хватит воспоминаний.

Он выбрал спагетти со сложным соусом и салат, вкус которого показался Вере немного странным. Да, она не любила эксперименты.

— Ты в шахматы играешь? — спросил вдруг Никита.

— Да, — утвердительно кивнула Вера.

— Хорошо?

— Ну когда-то давно была чемпионкой школы.

— А я никогда не был чемпионом. Хотя играл неплохо.

— Почему? — удивилась Вера.

— Не люблю делать стандартные ходы, описанные в учебниках. А мои эксперименты, как правило, заканчивались провалом.

— Люди играют в шахматы с незапамятных времен, — наставительно сказала Вера. — То, что описано в учебниках, не раз проверено на практике.

— И что с того? Разве не мешает внести в нашу скучную жизнь хоть немного разнообразия? Мы очень разные люди, Вера. Ты консервативна, я, напротив, склонен к риску и авантюрам. В тоже время мы люди самостоятельные. У тебя сильный характер, себя я бы тоже не назвал слабым человеком.

— Вот как? — Она спросила это с откровенной иронией и напомнила: — А как быть с долгом, который ты ни за что не смог бы без меня отдать? С тем, что ты согласился на мои условия? Это, по-твоему, поступок сильного человека?

— Когда ты узнаешь все, то посмотришь на меня по-другому.

— Что я, интересно, узнаю? Какие у тебя секреты? Женщины?

— По-твоему, я ни на что больше не способен?

— По-моему, нет, — отрезала Вера.

Оба замолчали. «Да, не так я себе представляла этот вечер», — подумала Вера. Это не было похоже на романтический ужин двух влюбленных, а скорее, на боксерский поединок. Она — в красном углу, он — в синем. Перерыв заканчивается, второй раунд. И Вера сама ударила в гонг:

— Продолжай, пожалуйста. У меня сильный характер, у тебя тоже. Какой вывод?

— Такие люди вместе не уживаются. Ты хочешь меня подавить. Уже давишь изо всех сил. Неужели тебе это приятно? Хотя, да. Понимаю. Ты генеральный директор фирмы. Если бы я не работал под твоим началом, у нас еще мог быть какой-то шанс. А так…

— А так нам пора сменить тему разговора.

— Хорошо. О чем ты хочешь поговорить?

— Не знаю. Быть может, о твоем магазине?

— Это называется сменить тему?! — Кажется, он сказал это с отчаянием.

— Ну да. Ведь это уже не о нас с тобой. О работе.

— О нашей работе, — подчеркнул он. — А тебя не кажется, что только она нас и объединяет?

— Это уже немало, — отмахнулась Вера. — Ведь на работе человек проводит большую часть времени.

— Какой человек? Ты? Хочешь, чтобы и я жил так же?

— Это хорошая жизнь.

— Это твоя жизнь. Но есть люди, которые все имеют, но на работе не надрываются. Посмотри хотя бы на Марго.

— Ах, вот оно что! — Вера со злостью бросила на стол салфетку. — Теперь я понимаю! Думаешь, я не заметила, как ты на нее смотрел?! Конечно! Если большую часть дня проводить в парикмахерских и массажных салонах и половину месяцев в году жить на курортах… — Она захлебнулась от злости и замолчала.

— Женщины, которые не умеют зарабатывать деньги, умеют выбирать себе мужей.

— И какие, по-твоему, вызывают больше уважения? Которые умеют деньги зарабатывать или мужей выбирать?

— А вторым уважение и не нужно. Они любовью живут.

— Ах, вот оно что! Марго живет любовью! Да не смеши! Она еще более расчетлива, чем я! Думаешь, она любила своего мужа? Ха-ха! Я по крайней мере всю жизнь продавала свои способности, а не тело. Последнее, по моему мнению, унизительно.

— А по моему мнению, кому что дано.

— Да как ты смеешь!

— Ты сама постоянно меня провоцируешь. Вера, давай прекратим этот разговор. У нас получается научная дискуссия, а не романтический ужин. А ведь мы с тобой жених и невеста. До нашей свадьбы осталось десять дней.

— Уже меньше, — машинально поправила Вера. Она во всем любила точность.

— Это я виноват. В том, что ужин испорчен. Хотел доказать тебе, что мы разные люди и друг другу не подходим. Что мы вряд ли уживемся. Но если ты придумала какой-то план, то заставить тебя от него отступить не под силу ни одному человеку. Только не говори потом, что я тебя не предупреждал. Мы поженимся, Вера. Но потом…

— А что потом?

— А ничего. Когда мы должны встать из-за стола? — невинно поинтересовался Никита.

— Когда поужинаем, — она пожала плечами.

— Только не говори, что точное время у тебя не запланировано.

— Да с чего ты взял? — пробормотала Вера. По ее расчетам через пятнадцать минут они должны были покончить с десертом, а кофе выпить уже дома.