Глаз Ночи - Наталья Александрова

Узнав об этом, Зарудный позвонил на мобильник Мише Молотку иотдал ему короткое распоряжение.

Миша был парень неглупый и любил пофилософствовать. Подходяк парадной, он сказал своим подручным:

– Знаете, на какие категории делятся все люди?

– На лохов и конкретных пацанов, – не задумываясь,ответил ему один из ребят.

Миша поморщился.

– Это само собой, но вообще-то люди делятся на тех,кого можно бить, и тех, кого бить нельзя, – опасно.

– Ну да, – подтвердил тот же парень, – закоторых братва конкретно отомстит.

– Не только, – снова поморщился Миша, – опаснобить также людей богатых, влиятельных, известных…

Они подошли к подъезду, и философская дискуссия закончилась.Миша посветил на кодовый замок фонариком, и в боковом освещении сразу сталовидно, какие четыре кнопки больше вытерты от частых прикосновений. Миша нажалэти кнопки, и дверь подъезда послушно отворилась.

Тройка поднялась на четвертый этаж, подошла к двери, которуювычислили, исходя из расположения светящегося окна. Миша, который любил нетолько философствовать, достал универсальную отмычку и двумя ловкими движениямиоткрыл дверь. Стараясь не шуметь, все трое вошли в темный коридор.

В дальнем его конце из-за неплотно прикрытой дверивыбивалась полоска света.

Миша крадучись подошел к этой двери, остановился, достализ-за пазухи пистолет, перебросил его в левую руку и сильным резким ударом ногираспахнул дверь.

Они оказались на кухне. Человек с усиками успел переодетьсяв синий «адидасовский» спортивный костюм и теперь сидел за столом и пил черныйкофе из яркой фаянсовой кружки. Увидев на пороге своей кухни незнакомых людей,он изумленно вы таращил глаза и потянулся за лежавшим на столе хлебным ножом.Миша Молоток, не дав ему опомниться, ударом ноги вышиб из-под него табуретку инесильным прямым тычком свободной правой руки отправил в угол кухни.

Грохнувшись на пол, человек с усиками охнул и остался сидетьв углу, изумленно таращась на незваных гостей.

– Что ж ты так плохо гостей принимаешь? –осведомился Миша. – Сесть не предложишь, кофе не нальешь?

– Да вы, я вижу, и без приглашения в чужом доме хорошоуправляетесь, – ответил хозяин квартиры, справившись наконец со своимголосом.

– Ну мы тогда с твоего позволения сядем, – Мишаусмехнулся и сел на шаткую табуретку, с которой он только что сбросилхозяина, – сядем и поговорим.

– О чем говорить-то? – спросил хозяин, переводявзгляд с Миши на его подручных. – Вы, ребята, меня, похоже, с кем-топерепутали. Вы, может, к Гринбергу шли с третьего этажа? Он зубной врач, у неготочно бабки есть, а я человек бедный, маленький, здесь червончик перехвачу, тамрублик подработаю…

– Заткнись! – прервал его Миша, шарахнув кулакомпо столу. – Говорить будешь, только когда я позволю. Ни с кем мы тебя неперепутали. Ты сейчас был в клубе у гомосеков?

– Да за кого вы меня принимаете? – Мужичонкаударил себя кулаком в грудь, и глаза его забегали еще быстрее. – Да я сэтими педиками никаких дел не имею! Кого хочешь спроси – Витя Скелет реальныйпацан, меня на Петроградке каждая собака знает…

– Собаки тебя, может, и знают, – брезгливопоморщился Миша, – ты с ними на одной помойке роешься, а я вот тебя незнаю и знать не хочу! А приходится о такую мразь руки марать.

Он обернулся к одному из своих подручных и сказал:

– Леха, дай-ка мне твою докторскую трубку, она у тебявсегда с собой, я знаю.

Леха с садистской улыбкой достав из кармана резиновуютрубку, набитую свинцовой дробью, шагнул к скорчившемуся в углу хозяинуквартиры и просительно взглянул на Мишу:

– Молоток, можно я сам его полечу? Руки чешутся!

– Видел, как пацан в дело рвется? – осклабившись,повернулся Миша к дрожащему от страха Скелету. – Можно сказать, горит наработе! А трубка у него – это класс! Настоящая докторская трубка… от заиканиялечит лучше всяких лекарств! Одно плохо – руки-ноги ломает, как карандаши, такчто тебе после этого Лехиного лечения очень трудно будет своирублики-червончики зарабатывать…

– Не надо, ребята, не надо! – захныкалСкелет. – Я же разве что? Я ничего, я как скажете… Ну был я в этом клубе,так что с того? Я же не по склонности, а только разговор у меня там был с однимчеловеком… поговорили с ним и разошлись…

– Видишь, Леха, какая у тебя трубочка хорошая! –Миша с усмешкой повернулся к напарнику. – Ты его даже не тронул, толькопоказал ее человеку, а он уже и вылечился от заикания, поет лучше соловья.

Затем он снова повернулся к Скелету и рявкнул:

– Кто такой? Что за человек, с которым в клубе базарил?

– Черт его знает, – Скелет понизил голос иопасливо огляделся по сторонам, – гастролер какой-то, кличут Дупель, то лииз Москвы, то ли из Нижнего, а только по всему видать – человека пришить емупроще, чем пуговицу.

– И что же этому гастролеру от тебя, такого мелкого инезаметного, нужно было? Сам же говоришь – ты все по мелочи, на побегушках, тамкопейку, здесь пятачок…

– Да вот он все меня и гоняет, – снова занылСкелет, – то кому-то привет передать, то от кого-то чемоданчик забрать…самому западло, или светиться не хочет, вот меня и гоняет…

– Ты мне тут сироту не разыгрывай! – рявкнулМиша. – Ты давай колись, что за чемоданчик забирал! В жизни не поверю, чтоты, такой, блин, честный, в этот чемоданчик не заглянул!

– Да ребятки! – снова заныл Скелет. – Дупельэтот – страшный человек, узнает, что я с вами про него базарил – печеньвырежет, боюсь я его, проклятого!

– Тебе сейчас не его бояться надо, – медленно иугрожающе произнес Молоток, – тебе нас бояться надо, он далеко, а мырядом. А ну, Леха, где твой инструмент докторский?

Леха радостно взмахнул трубкой, и Скелет, забившись в угол,испуганно заверещал:

– Не надо, не надо, ребятки, все скажу, все, что знаю!Ну заглянул я в тот чемоданчик, тяжелый больно. Вдруг, думаю, оружие – надо жезнать, что по городу таскаешь… А там инструменты.

– Какие еще инструменты? – удивленно переспросилМиша.

– Да какие – обычные. Отмычки да кусачки, да сверлавсякие. В общем, воровской инструмент – сейф чтобы открыть или дверь железную…Ну сами понимаете.

– Понятно! – кивнул Молоток. – Это ты Дупелюсвоему чемодан привез? А от кого?

– Не знаю, – Скелет пожал плечами, – мужикатого я первый и последний раз видел. Дупель сказал – подъедешь к метро«Нарвская», он сам к тебе подойдет – мужик в кепке и с чемоданом… Так оно все ибыло. Я чемодан привез, куда Дупель велел… Только по дороге в подворотню зашел,заглянул, что там, в чемодане.