Я подарю тебе все... - Марина Серова

– Это мой… Друг, – сказала Роксана не очень уверенно.

– Как его зовут?

– Сережа. Сережа Феклистов. Мы встречаемся уже полгода. Он никакого отношения не имеет к моей работе!

– Зачем же он приезжал сюда в середине дня? И почему передал тебе деньги?

Роксана вздохнула.

– Понимаешь, я попала… Сергей меня сразу предупреждал, что не хочет пока что строить семью и тем более заводить детей. И я всегда старалась быть осторожной. А тут так получилось, что я расслабилась и, в общем… неделю назад купила тест и узнала, что я беременна. Сначала подумала – может быть, это ошибка, но врач все подтвердил. Я была в отчаянии! Сообщила Сергею, и он, разумеется, был очень недоволен. Сказал, чтобы я выпутывалась самостоятельно.

– И, в конце концов, он дал тебе деньги на больницу? – уточнила я.

– Да… – прошептала Роксана.

– А при чем здесь Ковалев? О чем ты просила его?

– Понимаешь, я не могу сделать аборт! Для этого придется отпрашиваться с работы, что-то врать, дома наверняка все узнают… У меня очень строгие родители. Отец меня просто убьет! К тому же Сергей никогда ему не нравился, отец всегда был против наших отношений. Я врала, что мы просто друзья. Я боялась, что отец оторвет мне голову! А Дмитрий Сергеевич химик, и я подумала, что он должен знать какие-то средства, помогающие избавиться от беременности без… больницы. Ну, в смысле, выпьешь и…

– И все само рассосется! – усмехнулась я.

– Ну хотя бы обойдется без аборта! – Роксана смотрела на меня умоляющим взглядом. Она и в самом деле казалась перепуганной до крайности.

– И что же Дмитрий Сергеевич? – продолжила я.

– Он сначала сказал, что ему нужно подумать, а потом… Потом отказался. Сказал, что не может взять на себя такую ответственность. Этот способ непредсказуем по последствиям, я вообще могу отправиться на тот свет, а он не желает чувствовать себя виноватым.

– Что же, в этом он полностью прав, – кивнула я. – Как тебе такое вообще пришло в голову?

– А что я еще могла придумать? Мне всего девятнадцать лет! Сергей не захотел мне помочь. А родителям я ни за что не скажу!

– Послушай, глупышка, но ведь девятнадцать лет – все-таки не двенадцать! Ты совершеннолетняя, взрослая девушка, вполне самостоятельная, имеешь работу, в конце концов! – принялась я убеждать Роксану. – Почему ты решила, что твоя беременность – это катастрофа?

– Отец меня убьет! – как заведенная, твердила Роксана.

– Ничего не убьет! – с досадой махнула я рукой. – В худшем случае выскажется, покричит, а потом остынет. Ты сама-то что хочешь?

– Я не хочу ложиться на аборт! – заскулила Роксана. – Я боюсь! И вообще не хочу я избавляться от ребенка! Врач сказала, что он уже все чувствует, хотя еще совсем крошечный…

– Тогда не морочь никому голову и сегодня же расскажи все родителям. Твоя ситуация не такая уж безвыходная. Думаешь, ты первая молодая дуреха, с которой приключилось подобное? А Сережа твой, что бы он там ни твердил и к чему бы он там не был готов, обязан давать тебе средства на содержание ребенка. Правда, для этого придется пройти процедуру установления отцовства, но это тоже не смертельно. Зато ты хоть с какими-то деньгами останешься. Да и родители, я уверена, от тебя не отвернутся.

– А он женится на мне? – робко спросила Роксана.

– Не знаю, – честно сказала я. – И не понимаю, откровенно говоря, для чего тебе это надо? Главная твоя задача – выработать грамотную стратегию по устройству своей жизни. Чтобы тебе было где жить и на что. Может, кстати, у твоего Сережи через некоторое время настроение кардинально изменится и он окажется ко всему «готов» – и жениться, и о ребенке позаботиться… Но это возможно только в том случае, если ты не примешься ему названивать, давить, шантажировать его и убеждать, какой он козел. Хотя он и козел, но говорить ему этого не стоит. Лучше произвести на него впечатление уверенной в себе женщины, которая вполне справится со всем сама. Дай ему понять, что ты не удерживаешь его и тебе от него нужны лишь деньги на воспитание ребенка. Просто потому, что это справедливо. Поняла? Ты самостоятельная, сильная женщина! Ну? Ты ведь такая и есть?

Я подмигнула Роксане. Она немного успокоилась и даже повеселела.

– Спасибо, – проговорила она. – Ты первый человек за это время, который все понял и действительно мне помог.

– Ну, я вообще-то пока что ничем конкретным тебе не помогла, – развела я руками.

– Все равно спасибо. Я сегодня же поговорю с родителями!

Я протянула ей ее сумку:

– Ступай. И не реви больше, раз уж решила стать мамой.

Роксана слабо улыбнулась и, кивнув мне, вышла из моей комнатки. Оставшись одна, я глубоко вздохнула. Линия оказалась ложной. Все мои подозрения – из-за личных заморочек неопытной дурехи-секретарши. Теперь вся надежда на Летова и Виватенко. И еще остается Ковалев… Пока у меня есть время до вечера, следует продумать, как подсунуть ему «жучок» в сотовый. Я налила кофе в прозрачную чашку и на некоторое время впала в задумчивость. Через несколько минут мой план созрел.

* * *

В половине третьего в коридорах фармакологического объединения «Поволжск-фарм» показалась пожилая женщина в круглой светленькой шляпке, украшенной кокетливыми цветочками, и в длинном летнем платье, с накинутой на плечи кофтой. Она была в старомодных очках, за которыми ее выпуклые голубые глаза казались больше. Она шла по коридору, опираясь на палку. У кабинета заместителя директора Ковалева женщина остановилась и сильно постучала в дверь палкой.

– Да! – послышался голос Ковалева, и женщина прошла внутрь.

Дмитрий Сергеевич окинул ее удивленным взглядом и уточнил:

– Вы ко мне?

– Да, – тяжело дыша, ответила женщина хриплым астматическим голосом. – Очень жарко, я добиралась к вам с другого конца города…

– Но, собственно, по какому вы вопросу? – спросил Дмитрия Сергеевич, ничего не понимая.

– У меня для вас есть кое-что, – женщина открыла огромную старомодную черную сумку и достала из нее небольшой пузыречек с какой-то жидкостью. – Это средство от псориаза. Очень хорошее! Оно меня всегда выручало. Но мне всегда присылала его сестра, москвичка. Недавно сестра умерла, и я осталась без своего лекарства. Это – последний флакон…

Женщина посмотрела на Ковалева и скорбно поджала тонкие ненакрашенные губы, не тронутые помадой.

– Ну, а чего вы от меня-то хотите? – нетерпеливо спросил Дмитрий Сергеевич, слушавший посетительницу вполуха.

– Мне сказали, что у вас лучшее фармакологическое объединение в городе. Что вы здесь сами изготавливаете лекарства! Вот я и подумала: может быть, мы заключили бы с вами договор? Мне нужно по одному флакону в месяц, в год – двенадцать штук… Я не думаю, что это средство так уж сложно изготовить. Если бы вы сделали мне лекарство и продали его мне, нам обоим это оказалось бы выгодно.