Карма красотки - Марина Серова

конспирации я включать не стала, решив обойтись без него. Примерные ориентиры у меня были, поэтому я быстрой и незаметной тенью пробежала через двор и оказалась у строения, где недавно была в заточении. И где с другой его стороны покоится тело Степана Петровича и пребывает в глубоком сне его подельник с заячьей губой. Вот только куда, интересно, подевались Микки и Викки? С другой стороны, их отсутствие только мне на руку, поэтому не будем озадачивать себя этим вопросом. Главное, чтобы на дальнейшем пути они мне не повстречались и дали спокойно покинуть территорию.

Когда я обогнула каменный дом и оказалась возле деревянных пристроек, где росли яблони и где я так опрометчиво попалась в лапы своих врагов, мой слух снова уловил какой-то звук, похожий на чье-то пение. Я замерла и прислушалась.

Так и есть — кто-то тихо завывал прямо в саду, и это больше было похоже на пение мантры или молитвы. А это значит, что на территории монастыря еще кто-то есть. Кто? Может, кто-то из «воспитанников» случайным образом затерялся в саду и таким образом лишился возможности быть запертым под амбарным замком. Голос, как я определила, был точно женский, и это меня заинтересовало. Кто знает, вдруг это моя Вероника, непонятнейшим образом очутившаяся здесь, решила заняться вечерними песнопениями, сидя под яблоней. И, в конце концов, кто бы это ни был, я должна обязательно посмотреть на этого певуна.

Ориентируясь на голос, который словно волшебным образом манил меня к себе, я через пару минут обнаружила того, кто издавал столь странное пение. Под одной из яблонь, прямо на траве, абсолютно неподвижно сидела девушка с белыми вьющимися волосами, полностью игнорируя мое присутствие. На какой-то миг я даже обрадовалась, предположив, что… Но нет, это точно была не Вероника. А когда я подошла ближе и присела рядом, то даже без помощи фонарика узнала в этой тихо поющей особе девушку Яну.

«Иногда я посещаю это место…»

Я аккуратно дотронулась до ее плеча, но она этого словно не заметила.

— Яна, — обратилась я к ней.

Только после этого она перестала издавать звуки и перевела на меня свой взгляд. Выражения глаз мне было не разглядеть, но по каким-то слегка уловимым движениям лица я поняла, что она меня узнала.

— Татьяна. Прекрасная белокурая красавица, — тихо, но с нотками радости в голосе произнесла она. — Я рада тебя видеть. Так и знала, что ты будешь здесь…

— Что ты тут делаешь? — спросила ее я.

— Я… я же говорила, что иногда люблю посещать это место. Сегодня на меня нахлынула некая волна, и я поняла… поняла, что хочу быть здесь. Сегодня необычный вечер. И будет необычная ночь. Решающая… Знаешь… — Мне показалось, или я увидела блеск ее глаз в темноте. — Мне кажется, что я скоро должна умереть.

— Что ты такое говоришь?

— Да… Что-то такое произойдет… Три блондинки…

— Послушай, Яна… скажи мне, как ты сюда попала? Ты приехала на машине?

— Да.

— Так это твой внедорожник стоит у ворот?

— Моего отца. Но я на нем приехала.

— А твой отец… Он где? Тоже здесь?

— Не знаю, — она дернула плечами. — Но вот ОН точно здесь.

— Кто он?

— Кому нужна третья жертва. Третья блондинка. — Она неожиданно взяла мою правую ладонь в свои руки. Ее кисти были горячими. — Мне показалось… что ты в опасности, поэтому я приехала. Я же говорю, сегодня особенная ночь.

Интересно, эта особа тоже под чем-то, как и те ребята в закрытом амбаре, или у нее началось осеннее обострение? Господи, и почему в этом расследовании у меня столько неадекватных личностей?

— Яна, ты еще кого-нибудь здесь видела? — спросила я, выговаривая каждое слово.

— Я видела только, как этот… Юрка удрал. Что-то его сильно встревожило, он сел на их с Сашкой тарантас и укатил.

Значит, я не ошиблась в своих предположениях, что тогда в уехавшей отсюда машине находился именно Юра. А также я теперь знала имя парня с заячьей губой — Сашка. Хотя мне, по сути, было на это наплевать — его имя мне было совсем не интересно.

— И больше ты никого не видела? — уточнила я.

Она молча покачала головой. А потом снова ответила своим низким устрашающим голосом:

— Я ЕГО не видела, но ОН здесь. Татьяна, пожалуйста, беги…

— Подожди… ты хочешь сказать, что некто, кто похищает девушек-блондинок, сейчас здесь и он хочет сделать меня своей… жертвой?

Она снова молча кивнула.

— Но зачем?

— Таково его желание.

— А ты откуда это знаешь?

— Он приходит ко мне во снах.

— Может, тебе в твоих снах ОН рассказал, где прячет Веронику? А также твою недавно пропавшую подругу Елену? — с раздражением произнесла я.

— Он мне этого не говорит…

— Ладно… Ты еще долго тут намереваешься оставаться?

— Пока все само собой не решится…

— Что должно решиться?

— Я же говорила — это необычная ночь.

Раз, два, три… Я вдохнула-выдохнула. Все происходящее сейчас походило на разговор между психиатром и душевнобольным. Вот только психиатром я была никудышным, поэтому не знала, в каком направлении повернуть дальше наш странный диалог.

Но зато в моей голове стала вырисовываться одна из версий — именно эта мысль тогда вскользь посетила меня, когда покойный Степан Петрович сбил меня своим присутствием. Именно эта невероятная и такая пугающая версия нарисовалась в моей голове совсем недавно, а сейчас… Мне нужно было четко решить, как действовать дальше.

«Вероника в Красноармейске остановилась у какой-то подруги…»

«Сюда приехал генерал… И его дочка…»

Остается только убедиться в том, насколько эта Яна вменяема и что именно руководит ее мотивами. А пока что продолжим играть по ее правилам.

— Яна, ты уверена, что сейчас не хочешь покинуть это место? Ты можешь уехать вместе со мной? — обратилась я к ней, словно к маленькой девочке, которая неожиданно заблудилась в лесу.

— Я пока что останусь здесь…

— Мне кажется, тут не совсем безопасно. Ты сама мне недавно об этом говорила.

— Для меня тут нет никакой опасности, — ответила она. — В опасности ты. Пожалуйста, уходи отсюда!

Я поднялась и ответила:

— Хорошо. Тогда я пошла…

— Не бойся Викки, он безопасен. Один он ничего не сделает, — вдруг сказала она.

— Один? Что ты имеешь в виду?

— Микки кто-то застрелил.

— Микки? Ты его видела застреленным?

— Да, — закивала