Искушение Ворона - Дмитрий Вересов

И так забавно!

Обе фирмы зарегистрировали, не выезжая из Москвы. Одну в Ингушетии – в так называемой «свободной экономической зоне», а вторую на Кипре – в Кипрском оффшоре.

Какие Ленька давал взятки в Московском представительстве Ингушской республики и в консульском отделе посольства – этого никто из его друзей-партнеров не знал и не ведал.

– Ленька, а нас не посадят? – спрашивал уже пьяненький Гай.

– Не ссы, моряк моряка в обиду не даст никогда, – ответил Забродин за Леонида, – я правду говорю, Леньк, а?

– Ребята, риск присутствует в любом бизнесе как его неотъемлемая компонента, даже в торговле мороженым, – говорил Леонид, – кто не рискует, тот не пьет шампанского в ресторане «Метелица»… Но наш риск находится в разумных и допустимых пределах, это я вам обещаю. В ра-зум-ных!

Выпили еще. А потом перешли из ресторана в казино. Оно занимало весь первый этаж «Метелицы». «Метлы», как называли ее в годы Ленькиной курсантской юности. Тогда, в семидесятых, чтобы попасть сюда во время их каникулярных вылазок в столицу нашей Родины, чтобы культурно выпить в баре через модную соломинку пятирублевый «шампань-коблэр», надо было выстоять трехчасовую очередь или дать швейцару «чирик» на лапу. А у кого тогда в середине семидесятых был этот червонец? У грузина-фарцовщика? У папенькиного сынка из московской золотой молодежи?

А теперь вот здесь пьют они… Ветераны флота. Но пьют в новом для себя статусе – статусе новых русских бизнесменов.

Казино занимало огромный задрапированный в черное зал с длиннющей барной стойкой.

На трех столах два мальчика и девочка-крупье, стоя, играли с тремя ленивыми прожигателями жизни. Одному прожигателю – небритому под мексиканского мачо – было лет девятнадцать. И если сбросить два года, на которые его состарило недельное похмелье с двухнедельной небритостью, то ему было семнадцать от силы.

Другой игрок в «черного джека» был толстым армянином лет сорока. Весь в шелку и бархате и весь увешанный золотыми перстнями и цепями.

Третьим игроком был дикого вида штангист-тяжеловес. С бритой башкой, низким лбом и близко посаженными малюсенькими глазками.

Трех совершенно разных игроков объединяло одно – полное равнодушие к проигрышу и бесконечная скука.

Скука была нарисована и на журнально-обложечных глянцевых личиках трехсотдолларовых проституток, что словно куры на насесте сидели на высоких табуретах вдоль барной стойки. Все с блестящей помадой на припухлых губках, все в мини-платьицах от Армани и Нины Риччи, все с ногами, да с фигурами… Но без клиентов… Пока…

– Сыграем? – спросил Леня своих новых партнеров.

– Да стремно чегой-то, – неуверенно ответил Забродин.

– Ерунда! Надо привыкать к капиталистической жизни, ребята, – весело воскликнул Леонид и пошел покупать фишек.

Он накупил на шесть тысяч долларов и, поделив поровну между ними тремя, сказал, что теперь они не могут отсюда уйти, покуда не проиграют все до конца.

– А как тут играть-то? – беспомощно вопрошал Гай.

– И ты меня спрашиваешь? – шипел в ответ Забродин, – а не ты ли брехал, что в Париже с королем Занзибара не вылезал из казино?

– Да я позабыл, – оправдывался Гай.

– Ребята, это как в наше простое старое «очко», только более цивилизованное и называется «черный джек», – поучительно наставлял Леонид.

Сели играть.

Забродин проиграл холодно-красивой крупье долларов пятьсот и поплелся играть на французскую рулетку.

Леонид тоже проиграл и тоже пошел попытать счастья у другого стола.

А Гаю вдруг начало везти. Он выиграл тысячу долларов в блэк-джек и отправился поиграть вместе с Забродиным. Забродин проигрывал и на рулетке. Ставил на красное – выпадало черное. Ставил на чет – выпадал нечет…

Гай подошел когда крупье щелчком выбросил шарик… И, резко протянув руку, положил столбик из шести стодолларовых фишек на цифру «девятнадцать».

– Ставок больше нет, – объявил крупье.

Шарик бежал-бежал… Скакал-скакал…

И остановился в ячейке «девятнадцать».

– Ну, Гай! Ну, засранец! – сокрушался Забродин. – Тебе в любви хрен теперь повезет!

Но Забродин ошибся.

Выиграв около восьми тысяч долларов, Гай уехал из «Метелицы» с двумя самыми глянцевыми проститутками. На желтом такси уехал в гостиницу «Интурист» на Тверской улице – бывшей улице Горького.

А Забродин с Леней еще погуляли по набережной Москвы-реки… Погуляли, на ходу прихлебывая по очереди из горлышка литровой бутылки шведского «Абсолюта».

– А верно говоришь, не посадят нас, Ленька? – спрашивал Забродин.

– А если я скажу, что посадят, убежишь? – переспросил Леонид.

– Пошел ты к черту, – отмахнулся Забродин…

Назавтра утром из Шереметьева-1 Забродин с Гаем улетали в Питер. А Леня из Шереметьева-2 улетал в Лос-Анджелес…

А в Мурманске… В Кольском заливе крейсер «Адмирал Захаров» готовился теперь в дальний-предальний поход. Последний в своей жизни поход.