Девушка сбитого летчика - Инна Бачинская

Федор Алексеев добрался до дома в начале второго ночи. Бросил испоганенный плащ на вешалку, аккуратно положил шляпу на тумбочку. Мельком взглянул на себя в зеркало и вздохнул. Вид… видок! А с другой стороны, кто сказал, что мужчина должен быть красив? Мужчина должен быть мужественен. Мужчину украшают шрамы. А пахнуть от него должно луком и потом… как сказал кто-то из латиноамериканских писателей. Луком и потом от Федора не пахло, и шрамов на нем не было, во всяком случае, на физиономии, а сочный синяк под левым глазом и разбитый нос, на котором запеклась кровь… несмотря на умывание в туалете участка, его отнюдь не украшали. И с этим придется жить, подумал он. С неделю…

Кроме того, он устал, как – цитируя Колю Астахова – последняя собака, или, другими словами, как собака, живущая полнокровной жизнью. Полцарства за горячий душ, любимый халат и чай с ромашкой… Он скривился. Чай? С ромашкой? Только кофе! И спать, спать, спать…

Задержанного звали Валерий Павлович Кот. Был он человеком без определенных занятий, жителем их города в прошлом, отсутствовавшим последние несколько лет и пару месяцев как вернувшимся. По его словам, он хотел поговорить с Анной, с которой познакомился тридцать первого декабря на улице и вместе встречал Новый год. Выглядел он неважно – синяк под глазом, распухший нос, запекшаяся на физиономии кровь. Если добавить сюда хрипатый голос, пучок волос на макушке и разбитые кулаки, то получалась личность, которой вполне можно пугать непослушных детей и желательно не попадаться в темном переулке.

Федор выглядел не лучше, но его белый плащ, даже грязный и помятый, выглядел намного респектабельнее, чем кожаная куртка «Круизера» с клювастым марсианином на спине.

Полковник Кузнецов ни о чем его не спросил, только посмотрел внимательно. Федору Алексееву тут же захотелось вытянуться во фрунт, отдать честь и заверить, что никаким частным сыском он не занимался и на Круизера наткнулся абсолютно случайно – провожал Анну Ломакину, с которой дружит. А тот бросился… и вот, пришлось ввязаться в драку и на всякий случай задержать… принимая во внимание последние события… так сказать.

Задержанный Кот заявил, что не собирался драться, но этот… – он кивнул в сторону Федора – накинулся и пришлось защищаться. Если бы этот… объяснил по-человечески, что это его девушка и вообще, никакой драки не было бы. Хотел поговорить с девушкой, это что – преступление? В городе… кажется, с конца октября. Из Кракова, где участвовал в соревнованиях. До этого жил… ну, так сразу и не вспомнишь! В Сибири, на Алтае, в последнее время – в Крыму.

Проживает гражданин Кот в данный момент в собственной квартире, которая стояла закрытая, пока его не было. За квартиру платила соседка, он высылал деньги.

Алиби? А в чем, собственно, его подозревают?

При личном досмотре у подозреваемого нашли ключ от квартиры Барбары Шулики, который он, по его словам, прихватил из вазочки на тумбочке, когда уходил по-английски, не прощаясь, утром первого января, и собирался вернуться попозже, но не сложилось. Ключ был запасной, потому что еще один лежал на тумбочке рядом с вазочкой.

Утром у него на квартире произведут обыск, возможно, найдут что-нибудь…

Федор должен был чувствовать глубокое моральное удовлетворение, но он его не чувствовал. Все произошло быстро, случайно и как бы само по себе. Не было тут места для напряженной работы серых клеточек и аналитических размышлений, а также дедукции. Не было красивого, как росчерк пера ученого каллиграфа, решения задачи. Не было даже столь любимых им ночных бдений под кофе, когда десятки листков исчерканы схемами и графиками, строчки подчеркнуты и перечеркнуты, и везде расставлены восклицательные и вопросительные знаки, а также кружочки, квадратики и овалы. Не все коту Масленица, как говорит родная бабушка Федора, оставившая ему в наследство свою квартиру и пребывавшая тем не менее в добром здравии и прекрасной физической форме.