Жаркая ночь - Шеннон Маккена

Эбби прикрыла рот трясущейся рукой.

– По-моему, тебе лучше уйти, – хрипло сказала она.

– А по-моему, еще рано. – Он обжег Эбби требовательным, беспощадным, чувственным поцелуем. – Ты у меня в руках, разве не ясно? Я знаю, как распалить тебя, как заставить кончить. Ты не хочешь, чтобы я ушел, хоть и пытаешься злобствовать. Или я не прав?

– Не подлизывайся, самоуверенный болван. Ты ведешь себя, словно…

– Словно кто? Не забудь, я не приглашен на бал для избранных – так почему я должен следить за своим поведением? – Он потянул за ее блузку. – Тебе ведь нравится, когда я схожу с ума, признайся!

Эбби перехватила его руку.

– Оставь в покое мою блузку! – прошипела она. – Иначе заплатишь сто восемьдесят пять долларов!

– Бог с ней, с блузкой, – меня больше интересуют сиськи под ней, они задрапированы этой шелковой тряпкой.

– Подожди. – Эбби раздраженно отстранила его руки. – Ты сегодня и так уже порвал мою самую лучшую блузку!

– Так сними ее, если это тебя так волнует, – нетерпеливо посоветовал Зан и вдруг, сунув руки ей под юбку, ухватил трусики и стянул их.

– Теперь пора продемонстрировать следующий раунд моих свинских замашек, – загадочно произнес он, укладывая ее на софу. – Раздвинь ноги и увидишь, что я еще придумал.

Не найдя в себе сил сопротивляться ему, Эбби повиновалась, и Зан тут же уставился на ее бедра; в тишине комнаты было слышно лишь его неровное дыхание. Потом рука Зана поднялась и провела по тугим завиткам волос на чувствительных, выпуклых складках между ее ног, и один палец, соскользнув внутрь, стал медленно погружаться в темное влажное пространство.

Эбби застонала и попыталась влагалищем зажать его палец.

– Я так и знал. – В его голосе зазвучало ликование. – Ты уже готова. Выходит, ты любишь мои свинячьи замашки, да, детка?

«Нет, терпеть их не могу, здоровенный глупый ублюдок, но я люблю тебя, а это совсем не одно и то же!» Эбби хотелось выкрикнуть эти слова ему в лицо, но сейчас он ни за что бы не поверил ей.

Зан поднялся, снял рубашку и стянул джинсы. Потом, опустившись перед ней на колени, стал целовать внутреннюю поверхность ее бедер, постепенно продвигаясь вверх.

– Подожди. – Эбби, задыхаясь, дотронулась до его лица. – Я думала, что ты злишься на меня…

– Я хочу попробовать, какая ты на вкус в любом случае. Хочу получить кайф от сока Эбби. Эти сияющие розовые края твоей узкой, длинной, гладкой спрятавшейся сокровищницы – вкус шелка, морской соли и сладкого нектара. О мой Бог! Не могу остановиться и не вылизывать ее. А твой клитор, приподнявшийся, словно жемчужина, в ожидании, когда я…

Он замолчал, потом уткнулся в нее, ухватив губами клитор, и стал щекотать его языком. Отлично чувствуя тело Эбби, Зан так быстро возбудил ее, что она была готова вот-вот разразиться первым оргазмом.

Он засмеялся, его рот легко коснулся чувствительной плоти, и это прикосновение дрожью отзывалось по всему ее телу.

Потом он потянул ее вниз, и Эбби легла на бок, а Зан, удерживая ее ноги, слегка приподнялся, и его член возник прямо перед ее лицом.

– Возьми его в рот!

Эбби потянулась навстречу, желая принять в себя энергию его страсти и вновь восстановить ту волшебную близость, которая соединяла их прошлой ночью, и Зан, ухватив ее за волосы, закинул голову назад и закрыл глаза. Три раза он почти доходил до оргазма, но его член по-прежнему оставался жарким и как камень твердым. И каждый раз он отстранялся, не выпуская ее из рук. Чуткими пальцами Эбби ощущала, как пульсирует его кровь.

Сжав бедра, Эбби попыталась достичь пика наслаждения, который манил, но не становился ближе, и тогда Зан просунул ладонь между ее ляжками.

– Сожми мою руку, – приказал он, – и соси не останавливаясь.

Она удивилась:

– Разве ты не хочешь…

– Не сейчас.

– Ты никогда не позволяешь мне довести тебя до оргазма, – пожаловалась она. – Просто ненормальный какой-то! Может, ты расслабишься наконец.

Зан затрясся в беззвучном смехе и снова ткнул членом ей в рот:

– Сожми его и напрягай мышцы как можно быстрее. Еще. О Господи! Детка, да…

Наслаждение навалилось, сотрясая ее, и тут же разрушило иллюзию покоя.

Зан мгновенно подложил ей под спину подушки от софы так, что ее зад оказался на самом краю, и, высоко держа ее ноги, широко раздвинул их.

– Смотри сюда! – Он толчком вошел в нее, и Эбби вновь задвигалась, предлагая ему себя.

Теперь оба они смотрели в одну точку, загипнотизированные пульсирующим ритмом маслянисто поблескивающего дышла, которое исчезало внутри ее в потрясающе долгом движении и снова появлялось.

Потом Зан просунул руку вниз, чтобы поласкать ее клитор, и Эбби попыталась посмотреть ему в глаза, но он тут же нагнул ее голову.

– Смотри и запоминай, а когда будешь танцевать с Денежным Мешком, вспомни, что ты чувствовала, когда я был внутри тебя.

– Нет! – Эбби попыталась скинуть его с себя, но сил у нее почти не оставалось. Она неожиданно почувствовала, что сознание покидает ее, и все равно ей не хотелось, чтобы Зан смотрел, как она распадается на части в наступающем оргазме.

– Каждый раз, когда он дотронется до тебя, каждый раз, когда он взглянет на тебя, вспоминай… об… этом, – шептал он, вколачивая в нее свой член.

Затем наступила стремительная кульминация, и волна оргазма смыла все. Когда Эбби рискнула открыть глаза, Зан все еще смотрел на нее, и от его взгляда веяло холодом.

– Сволочь! – Эбби облизнула пересохшие губы. – За чем ты это сделал?

– Я поставил точку, – сказал он. – Надеюсь, теперь ты это поняла?

Эбби размахнулась и ударила его по лицу, но Зан даже не попытался уклониться: ни слова не говоря, он слез с нее, стянул презерватив со все еще возбужденного члена и ушел в темную кухню, откуда вышел уже без презерватива.

Спустив ноги с софы, Эбби попыталась встать, но попытка закончилась тем, что она снова оказалась на том же месте, уткнув разгоряченное, слепое от слез лицо в подушки.

Зан, вернувшись в комнату, стал надевать джинсы.

– То, что это означает, по-настоящему ужасно, – прошептала она.

– Да, но в любом случае ты кончила. Тебе это нравится, крошка.

– И все равно ты этим только отталкиваешь меня. Ты подвел меня к самому краю, сбил с толку, когда уже трудно было остановиться. Это некрасиво, мерзко.

Зан пожал плечами.

– Жизнь вообще некрасивая штука, Я думал над этим печальным фактом всю вторую половину дня, но так и не нашел выхода.