Расплата - Лайза Джексон

– Я давным-давно дал зарок не связываться с женщинами.

– Ах да. – Монтойя кивнул. – Из-за своей бывшей жены. Слушай, та дамочка, должно быть, подложила тебе большую свинью. Что случилось? Ты что, ее с кем-то застал?

Бенц не ответил.

– В этом все дело, не так ли? Кто это был?

– Это старая история. Все это было давным-давно, – ответил Бенц, не желая снова вспоминать всю эту мерзость. Прошло уже более восемнадцати лет, и когда он начинал думать о том, как Дженнифер призналась, что вынашиваемый ею ребенок не его, как это было больно, он приходил к выводу, что она сказала ему лишь из-за группы крови. Беременность протекала проблематично, и Дженнифер, всегда склонная придавать всему чрезмерное значение, подумала, что малышке может понадобиться хирургическое вмешательство, и тогда будет определена группа ее крови и она может не совпасть с группой Рика. Поэтому она рассказала ему правду и поклялась, что порвала с любовником, заявила, что любит Рика и хочет, чтобы их брак был счастливым, что мужчина, от которого она забеременела, не хочет ребенка, и не может его содержать и что любовная интрига закончилась, едва успев начаться. Бенц был совершенно выбит из колеи и чуть не спился, но все же сумел собраться и ни разу не пожалел о том, что признал Кристи своей дочерью. – Послушай, – сказал он Монтойе. – То, что со мной случилось, больше не имеет никакого значения.

Монтойя фыркнул.

– Тогда почему ты не нашел себе другой женщины?

– Может, я слишком занят.

– Чем? Работой? Господи, Бенц, нам всем нужна личная жизнь.

– Ты уверен? – Он откинулся на спинку стула, который не замедлил скрипнуть.

– Да, и не говори мне всякой ерунды о том, что ты слишком стар. Я-то знаю, что это не так.

– Да ни хрена ты не знаешь.

Монтойя щелкнул языком.

– Тебе нужно больше выходить в свет, Бенц. Да-да.

– Ты неплохо гуляешь за нас двоих.

– Больше нет. Не-ет, – возразил он, подмигивая. – Я же тебе говорил. Сейчас я встречаюсь только с одной.

– Ну да.

– Это правда. Я встретил замечательную женщину. Просто за-амеча-ательную женщину.

– Ты каждую неделю такую встречаешь.

– Но эта особенная.

– До следующей недели.

Монтойя передразнил его, но дальше спорить не стал.

– Ладно, сейчас, когда ты думаешь, что в нашем прекрасном городе появился серийный убийца, как быть с прессой?

– Джескил работает с сотрудником пресс-службы. Сегодня днем должна быть пресс-конференция.

– Ты там будешь?

– Только если попросят. Джескил и сама прекрасно справится. Она позаботится о том, чтобы общественность получила нужную информацию. – Им незачем было обсуждать одну тонкость: хотя общественность предупредят об убийце и часть информации будет опубликована, полиция утаит важные подробности, чтобы схватить настоящего преступника и предотвратить попытки любых душевнобольных привлечь к себе внимание заявлениями о том, что они убийцы. Наклонившись вперед, Бенц постучал карандашом по столу. – А что нового с видеозаписью пожара?

– В лаборатории продолжают работать над ней. Я видел фотографии. Пока ничего. Но парень, который снимал пожар на камеру, хочет убедиться, что у него есть права на запись. Ну, в смысле, если это станет важным для дела.

– И что? Видеолюбитель хочет копию?

– Да, думаю, это его главная забота. Ходят слухи о серийном убийце, и Хендерсон вдруг решил, что у него, возможно, есть что-то столь же ценное, как фильм Запрудера с убийством Кеннеди[20].

– Прекрасно. Разве он не подписывал соответствующие документы?

– Конечно, но теперь он нанял себе адвоката. Уверен, что после пресс-релиза он поднимет еще больше шума.

– Ну и пусть, – проворчал Бенц, и в этот момент пронзительно зазвонил телефон. Он снял трубку сразу же после первого звонка. – Бенц.

Секретарша сообщила ему, что его желает видеть Дастин Таунсенд.

– Отправьте его наверх, – сказал Бенц, и через несколько минут в дверях появился обезумевший от горя мужчина. Таунсенду было где-то около тридцати. Он начал преждевременно лысеть, и у него наметилось брюшко, характерное для больших любителей пива. Глаза его налились кровью, и он выглядел нервным.

– Можете вы что-нибудь мне сообщить? – спросил он после краткого знакомства.

– Ничего, пока мы не проведем кое-какие тесты и сравнения. Сейчас проводят сличение зубов.

– О господи, это не может быть Стефани, – воскликнул он. Лицо его было мертвенно-бледным, подбородок подергивался. – В смысле, я видел ее в пятницу днем. Нет... должно быть какое-то другое объяснение.

– Надеюсь на это, – ответил Бенц, не глядя на Монтойю. Сколько раз им приходилось выслушивать подобные надежды родственников, которые не могли поверить в случившееся? К несчастью, у каждой жертвы была семья, друзья, любовники, родители или дети, люди, которые были к ней небезразличны. – Это фотография Стефани? – спросил он, показывая на небольшой конверт в руках Таунсенда.

– А... да. Я, гм, принес несколько. – Он протянул Бенцу конверт. С полным набором отпечатков пальцев. Вдруг они им понадобятся.

– Спасибо. Почему бы вам не показать, что там внутри?

Таунсенд просто горел желанием выложить три фотографии роскошной, потрясающей девушки. На одной она стояла в обтягивающих джинсах и блузе на бретелях; на другой она была в шортах и майке, волосы были собраны в узел на голове, на лице виднелись капельки пота, и она свободно держала на плече теннисную ракетку; а на третьей Стефани бросала взгляд через плечо, глаза ее были сонными и сексуальными.

– Красивая.

Таунсенд кивнул, сел на стул, зажал руки между коленей и низким голосом ответил на достаточное количество вопросов, чтобы убедить Бенца в том, что он либо совершенно невиновен, либо чертовски хороший лжец. Через полчаса он ушел, и Монтойя, покачав головой, полез в карман за сигаретами.

– Не думаю, что это наш клиент.

– Я тоже. Но проверь его алиби. Он сказал, что высадил ее у автосервиса, в котором что-то делали для ее «Тауруса», затем она собиралась на вечернее занятие в Лойолу, а потом планировала провести уикенд с друзьями. Друзья сказали, что она не появилась, и они, в конечном счете, разыскали Таунсенда. Вчера он позвонил в полицию Ковингтона, от этого момента нам и предстоит плясать. Ее машина в автосервисе, как он и сказал. Владелец помнит девушку. Это все, что мы знаем. Я составляю список тех, кто был на занятии в университете, и уже позвонил ее преподавателю, чтобы попытаться выяснить, кто в последний раз видел ее живой. Потребуется немного времени на сличение данных ее стоматологической карточки с зубами трупа, и мы тогда узнаем, наша это мисс Икс или нет.