Имбирное облако - Мария Брикер

– Да, – ответила она.

Господи, как теперь она посмотрит Олегу в глаза? Полина села в кровати, невидящими глазами уставилась в темноту. Что муж почувствует, узнав, что ее тело трогал другой мужчина? Брезгливость и отвращение, вот что он почувствует! Возможно, виду не подаст, будет стараться утешить, но ему станет неприятно и противно. Между ними появится стена. Он будет все дольше задерживаться на работе, приходить поздно домой, жаловаться на головную боль или переутомление, отворачиваться и засыпать. Она будет делать вид, что ничего не случилось, улыбаться, целовать его на ночь и радоваться, что сегодня близости не было. Пройдет время, Олег переборет в себе чувство брезгливости, мужское начало возьмет верх, но, лаская ее, он всегда будет помнить, что с ней произошло. Всегда! И она тоже будет помнить… Все кончено…

Полина задумчиво посмотрела на свою руку. В свете уличного фонаря на ее пальце поблескивало обручальное кольцо. Она попыталась снять кольцо – оно не снималось. Полина облизала палец и повторила попытку, кольцо соскочило, со звоном упало на пол и закатилось под кровать. Секунду Полина прислушивалась к тишине… и вдруг расхохоталась. Она каталась по кровати и хохотала. От хохота свело живот, но Полина продолжала истерически смеяться.

Удар по лицу был таким сильным, что Полина почувствовала, как в голове буквально перемешались мозги. Она потрясла головой и, потирая полыхающую щеку, растерянно огляделась.

В палате зажегся ночник.

– Ну и соседка мне попалась, – проворчала Соня. – Одно слово – идиотка!

– Соня, извини, – всхлипнув, прошептала Полина. – И спасибо.

– «Спасибом» ты не отделаешься, подруга. Давай рассказывай, какая тварь это с тобой сделала? Нечего в себе держать. Расскажешь, и легче станет, я по себе знаю.

Полина заглянула в большие добрые Сонины глаза, и слова вдруг хлынули из нее, как нескончаемый поток. Она рассказала Соне обо всем в мельчайших подробностях: о несчастье, которое приключилось с ней, о своем романе, о переживаниях по поводу мужа, о потерянном ребенке и майоре Быстрове.

Соня внимательно слушала, не перебивала, не вздыхала и не охала сочувственно, не старалась утешить. Она словно чувствовала, что Полине не нужны советы и сочувствие, а просто необходимо выговориться, излить душу. Соня, как человек посторонний и случайный в судьбе Полины, оказалась, как ни странно, лучшим кандидатом на роль исповедника.

– Спасибо, что выслушала меня, – сквозь слезы улыбнулась Полина, на душе действительно стало легче, захотелось верить, что все еще может быть хорошо.

– Не за что, – тихо сказала Соня. – Надо же, рассвет уже. Скоро завтрак принесут, жрать хочется ужасно. Эй, не спать! Поешь, а после дрыхнуть будешь. Тебе силы нужны. А мысли глупые по поводу себя ты брось. Нету в них прока никакого. И вины твоей в случившемся нет. Как могла в голову прийти такая фигня? Вот послушай, что я тебе скажу. Может, из моих уст это прозвучит грубовато, но я знаю, что говорю. Ты это запомни и повторяй, как заклинание: «Я – ангел, а к ангелам грязь не пристает».

– Я ангел, а к ангелам грязь не пристает, – повторила Полина и хихикнула, настолько нелепой показалась Сонина фраза на слух. Но все же было в этих словах нечто волшебное: возникло ощущение, что за спиной выросли большие белые крылья, которые взмахом расчистили воздух и все пространство вокруг, и как-то легче стало дышать.

– Вот, эффект налицо, вернее, на лице – смеешься уже не как кретинка, а как вменяемый человек, – удовлетворенно заявила соседка.

– Ты волшебница, Соня, – ласково сказала Полина и сладко зевнула. – Нет, я завтракать не буду. Спать хочу.

– Бананчик хотя бы съешь, – предложила Соня, немного смущенная комплиментом в свой адрес, тоже отчаянно зевнула, залезла в тумбочку, выудила пакет с фруктами, отломила от связки банан и протянула Полине.

– Спасибо, – поблагодарила Полина, есть действительно хотелось, с бананом она расправилась за минуту. – Сонь, теперь твоя очередь.

– Ты о чем?

– Почему ты сказала, что против бога пошла?

– Я так сказала? – наивно приподняла брови Соня. – Ерунда, вчера меня что-то расколбасило. Лирическое настроение, и все дела. Нет, это не я против бога пошла. Это хрюндель один решил, что он господь бог. Ну, ничего, мы эту паскуду выведем на чистую воду! Не будет больше свои гнусные эксперименты ставить.

– Хрюндель?

– Да ну, не бери в голову. Спи, – раздраженно отмахнулась Сонечка. – Погоди, когда майор к тебе придет?

– Не знаю, но я могу ему позвонить, если нужно. А что случилось, Соня?

– Позвони, пусть приедет днем, я ему кое-что интересное расскажу! – рявкнула соседка и добавила сердито: – Спи!

Полина задремала, сквозь дрему она слышала, как принесли завтрак, как Соня довольно резко разговаривала с кем-то по телефону. Громко хлопнула дверь – Полина проснулась. Соседки в палате не было. Полина выглянула в коридор, вернулась, подошла к окну. Соня в халате и тапочках вышла из дверей больницы, огляделась. Рядом с ней притормозил темно-синий «Фольксваген», Соня села на переднее сиденье, и машина резко рванула с места.