Эффект чужого лица - Наталья Солнцева

И не уследил, и вылетело.

– …дети в папашу уродились. Им молоденьких подавай!

Астра уцепилась за эту ниточку.

– Молоденьких, говорите? Значит, у Нелли появился более молодой мужчина?

– Не сразу… позже. Уже после нашего разрыва.

Он спохватился, но теперь его молчание выглядело бы нелепо.

– Откуда вы знаете?

– Видел их вместе… случайно, – нехотя признался Олег.

– Вы следили за ней?

На его лице выступили красные пятна.

– За кого вы меня принимаете? Просто ехал на машине, гляжу – Нелли идет по тротуару под руку с молодым парнем. У меня был настоящий шок!

– Где вы их видели?

– Рядом с ее домом, на Вавилова. Я поехал за ними.

– Зачем?

– Чтобы убедиться, она это… или я брежу. Оказалось, она. Повела его к себе. Во всяком случае, они вместе вошли в подъезд. Вероятно, поднялись к ней в квартиру.

– Вы уверены?

– Что же им, в парадном стоять? Целоваться у батареи, как в детстве?

Видимо, любовная эпопея началась у Провоторова в раннем возрасте. Астра не могла припомнить детских поцелуев.

– Вы часто проезжаете по улице Вавилова?

– Иногда. Повторяю, я не следил за Нелли! Ехал по своим делам.

Она не стала спрашивать, по каким. Олегу будет не трудно придумать.

– Когда это было?

– Осенью, кажется… Как раз в пору бабьего лета, – его губы дрогнули в усмешке. – Бабье лето! В этом возрасте женщины становятся легкой добычей для разных альфонсов. Нелли переживала именно этот период. В ней проснулась жажда наслаждений, сожаление об упущенных возможностях… Молодые прощелыги умеют подобрать ключик к дамам не первой молодости.

Себя он к альфонсам не причислял.

– Кто он? Как зовут, фамилия?

– Я работаю в промышленной компании, а не в полиции.

– Хорошо, – кивнула Астра. – Как он выглядит, вы рассмотрели? Сможете описать?

– Э-э… весьма приблизительно. Молодой, лет двадцати пяти… рослый, смазливый… в общем, типичный бойфренд… Красавчик!

– Во что он был одет?

– Боже мой… во что одеваются подобные типы? Джинсы, курточка…

Девочке надоело сидеть на диване, она встала и подошла к дежурному за стойкой из пластика, спросила, когда придет ее мама.

Дежурный принялся звонить по телефону. Потом протянул девочке несколько конфет. Она вежливо поблагодарила.

– Твоя мама освободится через полчаса. Можешь погулять, только не уходи далеко.

Она достала из кармана варежки и со вздохом направилась к двери.

– У тебя есть часы? – крикнул из-за стойки дежурный, но девочка уже вышла на улицу.

Из двери в холл проник холодный воздух. Олег Провоторов проводил девочку взглядом. У него не было детей и уже, скорее всего, не будет. Надеялся ли он, что Нелли подарит ему ребенка? Вряд ли. В тридцать девять лет нелегко забеременеть и благополучно родить…

– И все же вы решили просить Нелли о примирении?

Он тряхнул головой, повернулся к Астре.

– Почему бы нет? Она же не так наивна, чтобы выйти замуж за молокососа, у которого ничего за душой. Уверяю вас, московская прописка влечет таких молодчиков куда больше, чем сомнительные прелести сорокалетних подруг. И потом… у них отношения не склеились.

– Вы следили за ней, не отпирайтесь.

– По улице Вавилова пролегает мой маршрут в тренажерный зал, – с вызовом сказал он. – Я покупаю льготный абонемент, как постоянный посетитель.

– И вы совершенно случайно проезжаете мимо дома госпожи Ракитиной?

– После того раза я стал чаще заезжать к ней во двор. Замучила ностальгия по нашим вечерним прогулкам, долгим разговорам, планам на будущее. Нелли, в сущности, неплохая… ее испортили родственники. Они все помешаны на каких-то древностях! Соберутся и говорят только о Вавилоне, о раскопках, о черепках и гробницах… Тоска зеленая! По-моему, увлечение мертвым прошлым не так безобидно, как кажется. Может и крыша поехать…

– «Прошлое» – всего лишь слово для обозначения течения времени. Наш с вами разговор ежесекундно становится прошлым… но не мертвым! – возразила Астра. – Все, что продолжается, – живет.

– Разве Вавилон продолжается?

– А разве нет?

Провоторов воззрился на Астру в немом изумлении.

– Каким образом вы узнали, что отношения Нелли и молодого человека «не склеились»? – спросила она, переходя с философской темы на житейскую.

– Я перестал его видеть рядом с ней, вот и все.

– У вас был повод для ревности…

– Я от всего откажусь, учтите! – раздраженно заявил он. – Я нигде не собираюсь повторять того, что говорю вам. Вы меня не заставите! Никто не докажет, что мне стало известно о новом романе бывшей… э-э… невесты. Наша беседа носит неофициальный характер. Я мог бы отказаться отвечать на ваши вопросы.

– Так почему не сделали этого?

– Мне жаль Нелли… чисто по-человечески. Она не заслужила ни смерти, ни, тем более, позора. Этот негодяй сорвал с нее одежду, вы знаете? Оставил лежать на полу голой с размозженной головой… Отчасти он оскорбил и мои чувства! Он подставил меня под удар… Из-за него я попал под подозрение, и меня будут таскать на допросы. Мне уже рекомендовали до окончания следствия не выезжать из города. А сколько оно продлится, следствие? Такие дела тянутся годами.

– Вы полагаете, что убийца – мужчина?

– Мужчина, женщина, какая разница? Не ловите меня на слове! – вспылил Олег.

Астра примирительно улыбнулась и мельком бросила взгляд на часы на стене холла. Они говорили уже около сорока минут.

– Вы дарили Нелли золотой браслет с лазуритом?

– Да…

Резкие повороты сбивали Провоторова с толку. Он начинал злиться.

– Дорогая вещь?

– На что вы намекаете?

– Просто ответьте, сколько отдали за украшение?

– Не помню точно, – пожал он плечами. – Много. Я копил деньги на первый взнос – хотел взять новую машину в кредит. А тут решил сделать Нелли предложение, и понадобился хороший подарок.

– На взнос вам все равно не хватало…

Его губы растянулись в ехидной ухмылке. Он сплел пальцы в замок и хрустнул суставами.

– Как вы догадались? Было нетрудно, да? На мою зарплату не разгонишься. В общем, на Нелли браслет не произвел ошеломляющего впечатления, но понравился. Она говорила, что лазурит – ее любимый камень. Кажется, его использовали древневавилонские ювелиры. Ракитины все пропитаны духом этого чертова города!