Вуду для «чайников» - Галина Куликова

Разгуляев стоял возле барной стойки с каменной спиной. Мимонего постоянно кто-то протискивался, его толкали, но он никак не реагировал.Корнеев чувствовал его страшное напряжение, потому что сам испытывал такое же.В какой-то момент главбух обернулся, и они встретились глазами. Корнеевсоорудил на лице легкую улыбочку и отвернулся.

Однако к свободному столику, на который он нацелился, емуподойти не дали. Два вышибалы с любезными улыбками взяли его в «коробочку» и,подталкивая кулаками, легко и быстро впихнули в дверь справа от стойки.

— Что происходит?! — возмутился Корнеев, когда унего отняли пистолет и заломили правую руку за спину. — Я зашел выпить! Яклиент! В вашем Тушине уже и выпить нельзя?!

Громилы молча затолкали его в ближайшую комнату. Лязгнул замок.Судя по звуку, он был гигантским, словно дверь запирали металлическим прутом.Абсолютная темнота обрушилась со всех сторон. Темнота и холод.

— В холодильник меня, что ли, посадили? — вслухподумал Корнеев, расстроившийся из-за того, что его так быстро разлучили спистолетом.

Нашарив в кармане зажигалку, он высек огонек и поводил рукойвокруг себя. Сразу увидел выключатель возле двери и зажег свет. Вспыхнулатусклая лампа под потолком, осветив длинный стол с обработанной свиной тушей илотками, наполненными кусками окорока и потрохов. Вероятно, здесь разделывалимясо, прежде чем передавать его на кухню повару. Корнеев заметил и окошко сприлавком, через которое осуществлялась подача. Оно было закрыто металлическойпластиной. Он бросился туда и стал царапать пластину ногтями, но открыть проемне получалось. Тогда он достал из кармана ручку и обтыкал ею щелки со всехсторон. Щелки не расширялись. Корнеев почесал затылок, разбежался, в последниймомент вскинул ногу и каблуком ударил в окошко. Окошко даже не дрогнуло, затосам он отлетел назад и чуть не убился. Поднялся, потирая бок, и сказал ссожалением:

— Да, я не Джеймс Бонд. Я неподготовленный. —Подумал и добавил: — Я неподготовленный, но умный и довольно сильный.

Подошел к мясным лоткам и внимательно их осмотрел. Потомпринюхался и, ведя носом вдоль стола, радостно воскликнул:

— Печень! Это именно то, что мне нужно. Иди сюда,дорогая печень, будем спасать меня от лютой смерти.

Примерно через четверть часа за ним пришли. Судя по голосам,несколько человек.

— С чего вы взяли, что этот тип следил заМаксом? — спросил один голос.

— А он вошел в бар сразу после него.

«Ах я, дурак! — подумал Корнеев. — Вперед мненаука. Если у меня еще что-то будет впереди, естественно…» На самом деле онотчего-то не верил, что его могут убить. Но в том, что побьют, и побьют сильно,даже не сомневался. Сжал пальцы, которые привыкли порхать над клавиатуройкомпьютера, и решил, что кулаки получились довольно приличные. «Надо будетпопросить Ивана научить меня драться, — решил он. — Не делатьподсечки и обманные движения туловищем, а именно бить в рожу».

— Мы его подержим, босс, — предложил третийголос, — а ты с ним поговоришь по душам.

— Поговорю, поговорю, — пророкотал знакомый бас, игигантский негр первым ступил в подсобку.

Один из его людей хлопнул по выключателю, и глазам ихпредстал окровавленный Корнеев, валяющийся на полу. Несколько пуговиц нарубашке были расстегнуты, и оттуда вылезали внутренности. Глаза он закатил, ипод веками была видна белая полоска. Лицо походило на кровавое месиво;

— Кто?! — заревел негр таким ужасным голосом, чтоего люди брызнули вон из комнаты. — Кто распускал руки?!

Корнеев услышал, что кого-то вырвало в коридоре. Ну еще бы!Свиная печень воняет отвратительно.

— Тащите его отсюда! — раздался приказ. —Заверните во что-нибудь и вынесите во двор. И скажите Витьку, чтобы подогналгрузовик и увез его подальше. Бросьте на дороге, чтобы кто-нибудь подобрал. Ненужно, чтобы человек, побывавший вечером в моем баре, отбросил копыта. Когда ясказал, что с ним нужно разобраться, я не это имел в виду, болваны!

— А он что, жив? — спросил дрогнувший голос.

— Жив. Я вижу, что он дышит.

«Конечно, я дышу, скотина ты эдакая», — подумалКорнеев, которого уже схватили под мышки, предварительно набросив на него кусокбрезента. Глупые бандосы вынесли его из холодильника вперед ногами и потащилипо коридору. Но тут раздались торопливые шаги, и кто-то запыхавшийся доложил:

— Во дворе молодняк из местных. Надо сначала ихспровадить, а потом уж выносить его.

— Тащить его обратно?

— Да нет, забросьте пока сюда.

Его действительно куда-то забросили и закрыли на замок в дваоборота. Когда Корнеев высунулся из-под брезента, то увидел небольшую комнаткус канцелярским столом. Здесь никого не было, однако на столе стоял компьютер сгорящим монитором, на экране которого висела какая-то табличка.

Ведомый неодолимой силой, Корнеев выполз из-под своегосавана, поднялся на ноги и подошел поближе. Он решил, что услышит, когда за нимпридут и успеет нырнуть обратно. Не замечая того, что пачкает все вокруг себякровью и свиными потрохами, он уселся на вертящийся стул и потянулся к мышке.

Кабинет принадлежал Марье Васильевне Линюшкиной, котораяотлучалась на кухню. Заканчивалась ее смена, и ей хотелось взять домойчто-нибудь вкусненькое. У поваров всегда оставались пирожные, или кусочкиторта, или деликатесная колбаска, которой они охотно оделяли сотрудников. МарьяВасильевна дернула свою дверь, но она не поддалась. Она покрутила ручку ипостучала носком ноги по дереву и на всякий случай крикнула:

— Эй! Есть кто-нибудь?

Никто не отозвался, и тогда она, чертыхаясь и придерживаяподбородком пакет, полезла в узенький кармашек кофточки за ключом, решив, чтокто-то из материалыциков запер кабинет ключом со своей связки. Замок щелкнул,Марья Васильевна пхнула дверь коленкой и шагнула внутрь. И тут увидела такое,отчего ее бедное сердце сделало кульбит и шлепнулось прямо в пятки.

За ее столом сидел окровавленный человек. Кожи на лицепрактически не было, мясо отслаивалось и кусками свисало вниз. Из рубашки,расстегнутой на животе, лезли внутренности. Однако этот монстр не валялся наполу без признаков жизни, а сидел и печатал на компьютере. Клавиатура тожеоказалась залита кровью, и куски плоти лежали повсюду вокруг стула. Охватив всюэту кошмарную картину одним взглядом, Марья Васильевна разинула рот и завопилатак, что перекрыла музыку в зале. Гланды вибрировали в ее разверстой глотке,как два флажка на ветру.

Поскольку монстр не реагировал, Марья Васильевна присела и,продолжая голосить, швырнула в него пакет с пирожными. Пакет отскочил и упал напол, а монстр вздрогнул и повернул голову. Взгляд у него был изумленный. Потомон встал и сделал шаг вперед. Несмотря на то что у него были явно мирныенамерения, Марья Васильевна не выдержала потрясения и упала в обморок. Темвременем на ее крик уже бежали люди, но, увидев окровавленного Корнеева,который перепрыгнул через их служащую и растопырился в коридоре, они тожезавизжали и поскакали обратно, как смятая противником конница.