Обреченная весна - Чингиз Абдуллаев

– Спасибо. – Разочарованный Эльдар уже собирался повесить трубку, но Автандил вдруг сказал:

– Подождите, я вспомнил. Про деньги я никому не рассказывал, но у Леонида Наумовича спросил. Я ведь сразу подумал, что это он дал деньги Славику, иначе откуда они могли у него появиться? Но тот ответил, что никогда не дает денег взаймы или на благотворительность. И сразу положил трубку. По-моему, даже обиделся.

– Вы сказали ему, что у Томина видели большую пачку денег?

– Я только поинтересовался, не он ли ее давал, – пояснил Автандил, – и, кажется, что-то сказал про деньги.

– Что именно?

– Он спросил, почему я интересуюсь, и я все рассказал.

– Как фамилия Леонида Наумовича?

– Эпштейн. Он глава коммерческого банка «Эллада». Вернее, вице-президент. А вы разве не знаете?..

– Знаю. Спасибо вам еще раз. – Эльдар положил трубку и вскочил с места.

– Если я опять должен тебя покрывать, это уже свинство с твоей стороны, – иронично заметил Журин. – Сколько можно! Опять нашел очередного злодея?

– Да... нет... Мне кажется. Я не знаю. Но я должен поехать и все проверить. Прямо сейчас.

– Ну, тогда поезжай. А куда поедешь?

– К Сергееву.

– Тогда все в порядке. Это твоя непосредственная работа – контакт со своими курируемыми офицерами. Ты все делаешь правильно. Отправляйся, а я прикрою.

– Спасибо, – кивнул Эльдар, хватая пальто и выбегая из кабинета.

До Петровки ехать было совсем не долго, и вскоре он сидел в кабинете Сергеева, подробно излагая ему свою версию.

– У тебя не голова, а вычислительная машина, – кивнул генерал.

– Сейчас узнаем про твой банк «Эллада». – Он кому-то позвонил, долго искал, затем перезвонил. Потом позвонил по другому телефону и, наконец, нашел нужного человека. – Извините, Петр Трофимович, что я беспокою лично вас, – начал генерал. – Мне хотелось бы получить справку насчет одного финансового учреждения.

– Какого? – спросил его собеседник, очевидно, бывший сотрудник ОБХСС, работающий теперь в другом подразделении, занимавшемся финансами и финансовыми учреждениями.

– Банк «Эллада», – коротко сказал Сергеев.

– Лучше не говорите, – сразу начал Петр Трофимович. – Вы тоже обратили внимание на их показатели? Это просто безобразие! Нужно позвонить Войлукову, заместителю Геращенко, и уточнить цифры. Но уже сейчас понятно, что там цифры явно завышенные.

– Что вы хотите сказать? – нахмурился Сергеев.

– У нас большие сомнения именно по банку «Эллада». Госбанк попросил нас подключиться к этим проверкам, вот мы и составили небольшой список самых подозрительных коммерческих структур, которые умудрились сдать гораздо больше обычного. Они обычно имеют наличность на сумму триста – триста пятьдесят тысяч рублей, для их профиля вполне достаточно. А после денежной реформы они сдали семнадцать с лишним миллионов! Понимаете, какая разница? Почти в пятьсот раз больше. Такие цифры не могут возникнуть просто так. Значит, им было известно, когда и как пройдет денежная реформа, и они успели тщательно подготовиться. Мы сейчас выйдем с ходатайством – проверить финансовые потоки этого банка. Вырасти за месяц в пятьсот раз не может никто. Даже мыльный пузырь.

– Ясно. Спасибо за информацию, Петр Трофимович. – Сергеев положил трубку и посмотрел на сидевшего напротив Эльдара.

– Похоже, бутылку коньяка я тебе проиграл. Банк «Эллада» явно готовился к обмену. Видимо, гравировщик должен был назвать время и купюры, которые будут менять. Точного времени он не должен был знать, а вот какие именно купюры будут обменивать, знал наверняка. И они успели подготовиться. По данным Госбанка, первая волна была именно в декабре, когда неожиданно стали сдавать много крупных купюр. На это сразу обратили внимание.

– А теперь пошла вторая волна, и Автандил, получивший свои деньги, невольно спровоцировал убийство своего друга, когда рассказал одному из владельцев банка «Эллада», что видел большую сумму у Томина, – закончил за него Сафаров. – Вот все и становится на свои места.

– Поедем прямо сейчас. Возьмем его «тепленьким», чтобы не сумел отвертеться. Хотя не знаю, как он может вразумительно объяснить выросшие в пятьсот раз остатки наличности.

– Поедем, – кивнул Эльдар. Он еще подумал, что нужно позвонить Светлане, но, с другой стороны, банкир может узнать и снова подготовиться к их встрече или вообще сбежать и уехать из страны. Нужно было брать его прямо в кабинете.

Здание банка находилось на Красной Пресне в помещении бывшего филиала института. Сергеев взял с собой шестерых оперативников, которые быстро перекрыли все ходы и выходы. Узнав о том, что президент банка сейчас отсутствует и его заменяет Леонид Наумович, они, даже не спрашивая миловидную секретаршу, прошли в кабинет вице-президента.

Эпштейн разговаривал по телефону. Он был невысокого роста, с волнообразной прической каштановых волос и квадратным лицом, на котором проявлялся слой крема и пудры. Он замер, увидев незнакомых людей, вошедших без доклада. Затем положил трубку и осторожно спросил:

– Что вам нужно, товарищи? По какому делу?

– По вашему, – ответил Сергеев, – по вашему, Леонид Наумович, – и прошел к столу. – Расскажите нам, откуда взялись семнадцать с лишним миллионов лишних денег.

– Откуда вы пришли, товарищи? – поднялся со своего места Эпштейн. – Если за кредитами, то это не ко мне...

– К тебе, – сказал Сергеев. – Думаю, ты уже все понял. Мало того что ты обманул государство и наверняка всех своих партнеров, ты еще организовал убийство мужа сестры твоей супруги. И только потому, что он мог выдать ваш план.

– Что вы такое говорите?

Даже если бы Эльдар сомневался, теперь никаких сомнений не оставалось. Леонид Наумович испугался. Было видно, как он волнуется, доставая свой носовой платок. У него начали дрожать руки. Не каждый день ему предъявляли обвинение в организации убийства своего родственника.

– Вот и все, – закончил Сергеев. – Завтра вам будет предъявлено официальное обвинение в прокуратуре. А пока прошу пройти с нами.

Эпштейн покачал головой и с трудом выдавил:

– Вы совершаете ошибку, я никого не убивал.

– Возможно, вы просто заплатили за убийство, – согласился Сергеев.

– И организовали убийство сразу двоих людей, которые могли выдать вас, – вставил Эльдар. – Своего родственника Вячеслава Томина и гравера Петухова.

– Вы ошибаетесь, – повторил Эпштейн. Было заметно, как капельки пота выступили у него на лбу. – Это все неправда. Я не знаю, кто такой Петухов. Я ничего не организовывал.

– Поедем с нами, – еще раз предложил Сергеев.

– Подождите. Откуда вы приехали? Из МВД? Я хочу позвонить своему родственнику. Вы знаете, кем работает брат моей супруги?