Приговор - Джеймс Шиан

Через неделю Джек Тобин приобретал недвижимость в Бэсс-Крике, дом на Брод-стрит в двух кварталах от городского отеля на берегу реки Окалачи. Он приметил это место много лет назад, когда его мечта стать сельским адвокатом только зарождалась. И вот она вдребезги разбилась. Но осталось несколько месяцев свободы до того, как он займет пост прокурора. Следующие семь недель он намеревался воспользоваться этой свободой в благих целях. Первым шагом должна была стать собственная адвокатская контора.

Вернувшись на следующий день в стены своего роскошного кабинета в Майами, Джек вызвал Нэнси. Его отношения с этой девушкой с тех пор, как ее приняла на работу Корин, кардинально изменились. После того дня, две недели назад, когда Корин не вышла на работу, он каждое утро задерживался у стола Нэнси и перебрасывался с ней несколькими фразами. А иногда приглашал в кабинет, и они болтали обо всем и ни о чем – о спорте, о новостях и об интимной жизни или, вернее, об отсутствии личной жизни у Нэнси. Даже об этом. Девушка чувствовала себя с Джеком совершенно свободно, как и он с ней. Памятное утро разрушило стену отчуждения, которую Тобин, Глисон и Гарднер выстроили между собой и подчиненными. Разрушило отчуждение по крайней мере между ними двоими.

Но в кулуарах фирмы их отношения вызвали озабоченность. Корин была потрясена нарушением протокола и высказала свои опасения Рику Вудсу. А тот не преминул в то же утро поговорить об этом с Джеком.

– Знаете, Нэнси, – сказал девушке Джек, когда она села на стул в его кабинете, – сегодня ко мне заходил Рик Вудс поговорить о нас с вами. – Юрист откинулся в кресле и положил ноги на стол – его обычная поза в последние дни.

– Он собирается меня уволить? – предположила Нэнси, хотя до конца не верила в эту версию.

– Возможно, вы правы.

Девушка потеряла дар речи. Она рассчитывала, что после их сближения Джек ее защитит. Но у того были другие планы.

– Послушайте, – продолжал он, заметив на ее лице испуг, – через несколько дней я уезжаю отсюда. Как скоро, зависит от того, насколько быстро сумею привести в порядок дела.

– Куда?

– В маленький городок под названием Бэсс-Крик. Слышали когда-нибудь о таком?

– Конечно. Отец, когда рыбачил, несколько раз брал меня туда с собой.

Джек понял, почему еще ему понравилась эта девушка – она знала толк в рыбной ловле.

– Зачем вы туда едете?

– Всегда мечтал открыть маленькую сельскую адвокатскую контору.

– Вы – сельский адвокат? – От такой нелепости Нэнси разобрал смех.

– Почему бы и нет. – Он широко улыбнулся.

– Джек, там живут реальные люди. У них на ботинках грязь, могут пролить кофе вам на ковер, и там нет мамочки Корин.

Тобин откровенно расхохотался. Корин услышала его из приемной и удивилась, чем они там занимаются на сей раз? В этой ужасной ситуации чувствуешь себя так неловко!

– Довольно, вы меня убиваете! – Джек прервал Нэнси и посерьезнел. – Я давно это планировал, но все время что-то мешало.

Нэнси сразу все поняла.

– О нет, только не я. Я не буду вашей мамочкой Корин. Поищите кого-нибудь еще.

– Подумайте минуту-другую, мисс Импульсивность. Предлагаю вам двадцатипроцентную надбавку к зарплате и такую же к страховому пособию. Представляете, как можно жить в Бэсс-Крике с такими деньгами? Купите лучший в городе дом с отдельной квартирой для отца, и он сможет к вам наезжать или даже жить вместе с вами. Или вот что: я сам куплю для вас дом – выдам ипотечный кредит, и вы будете мне платить. – Джек знал свое дело. Понимал, какие затронуть струны, чтобы быстро решить вопрос. И уже видел, что Нэнси обдумывает его предложение, представляя собственный дом и отца, который каждый день отправляется на рыбалку.

– Почему я?

– Потому что вы мне понравились и я хочу, чтобы мне было комфортно в моей новой конторе. И чтобы там не было ничего от здешней отвратительной формалистики. Будем работать рука об руку, получать удовольствие, и я обещаю, вы многому научитесь. Не исключено, что когда-нибудь тоже станете адвокатом.

От этой мысли Нэнси зарделась.

– Я могу подумать?

– Разумеется. А я пару дней обойдусь Риком. – Они рассмеялись. Обоим стало хорошо. Нэнси поднялась:

– Извещу вас через два дня.

Через две недели она приступила к своим новым обязанностям в Бэсс-Крике. Но перед тем, как Нэнси дала согласие, Джек рассказал ей о своих планах по поводу Руди и возможных последствиях.

– Не исключено, что, прежде чем все подойдет к концу, мне придется сжечь кое-какие мосты. В таком случае не останется ничего иного, как вернуться к первоначальному плану и стать сельским адвокатом. Но и в канцелярии прокурора, и в частной адвокатской конторе вы останетесь со мной и будете получать ту зарплату и страховку, о которой мы договорились.

Он выполнил и другие обещания. Через неделю после того, как Нэнси дала согласие, она подыскала в Бэсс-Крике жилище для себя и отца – двухэтажный, обшитый досками дом с полами из лиственных пород дерева и огромной верандой со стороны фасада в тени двух гигантских дубов. В Майами о таком доме она могла только мечтать. Джек, как и договаривались, купил ей особняк. При доме был гараж с квартиркой, но Нэнси решила, что отец будет жить с ней. А в этих комнатах, если подвернется подходящий мужчина, они смогут покувыркаться в постели. В особняке никто не жил, Джек заплатил наличными, и через несколько дней сделка состоялась. Кредит оказался совершенно необременительным – на тридцать лет с процентами гораздо ниже обычных.

– А если я завтра уйду с работы? – спросила Джека Нэнси.

– Что ж, – ответил он, – я не держу вас на привязи.

– Отлично, – кивнула девушка, берясь за перо, но сознавая, что она здесь надолго.

Джек ссудил ей пять тысяч долларов на мебель и дал неделю на покупки. Когда Нэнси приступила к работе, то жила уже в новом доме вместе с отцом. У них с Джеком оставалось пять недель, чтобы спасти Руди.

Когда в понедельник утром Джек и Нэнси сидели в его кабинете и обсуждали планы на следующие пять недель – он во вращающемся темно-красном кожаном кресле, она в одном из не менее впечатляющих американских красных кожаных кресел для посетителей, – раздался стук в дверь и, прежде чем они успели ответить, порог переступила Пат Мортон.

– Я опоздала на совещание? – улыбнулась она.

Джек растерялся.

– Какое совещание? – пробормотал он.

– Первое совещание следственной группы по делу Руди, какое же еще?

– Откуда ты узнала, что мы будем говорить о Руди?