Самое королевское убийство - Си Джей Беннет

– Гарантирую, – заверила ее Рози, – что нет.

Королева тем временем посетила Вуд-Фарм вместе с Филипом. Они отправились к болотам, где началась охота в День подарков. Именно сюда, в скромный фермерский дом, Филип отправится меньше чем через год на пенсию. Он уже предвкушал жизнь, полную занятий живописью, наблюдения за птицами и дружеских визитов. Королева тоже любила этот деревенский домик, где можно было расслабиться без слуг и суеты, слушать регби по радио и любоваться бесконечным видом на небо и море.

Она будет навещать его так часто, как сможет, хотя ей было известно, что муж прекрасно справится и без нее, и еще лучше без множества советников и сопровождающих, которые неизбежно к ней прилагались. Сегодня же супруги, снаряженные пальто и биноклями, возвращались из хижин, которые Филип построил, чтобы они могли плечом к плечу наблюдать за водоплавающими птицами.

– Выглядишь отрешенно, Лилибет, – нарушил молчание Филип. – Что‐то у тебя на уме?

Королева была рада, что он спросил. Она хотела с ним кое‐что обсудить. Филип был одним из немногих людей, которые могли понять ее заботы, не сочтя их средневековыми, хотя во многом они таковыми и были.

– Хью Сен-Сир, – ответила она.

– Неудивительно. Он все еще оплакивает Ли, это понятно. Ты молодец, что вчера к нему съездила.

– Дело не совсем в этом, – она взглянула на мужа, который, как всегда, подстраивал свой размашистый шаг под ее гораздо более короткий и слегка наклонялся, чтобы ее услышать. – Хью рассказывал о Валентине. Звучало чрезвычайно прогрессивно. Рози была под впечатлением.

Филип внимательно посмотрел на жену:

– Прогрессивно? Хью? Ты уверена?

– Знаю. Я тоже удивилась.

– Он всегда казался мне застрявшим в эпохе Возрождения. Солидный человек, очень здравый. Но много раз, когда я рассказывал ему о нововведениях на ферме, бровь его поднималась на добрых полдюйма. Он же эксперт по метафизическим поэтам, Христа ради.

– Ммм, – согласилась королева. – И тем не менее в его завещании Ледибридж переходит к Флоре.

– Неужто?

– И у Валентина скоро свадьба.

– Что? Он женится? Я‐то думал он с тем пареньком, которого они привели на Рождество. Деловой партнер, как же.

– Ты прав.

Впервые Филип сбавил шаг:

– Он выходит замуж?

– Так точно.

– И что об этом думает Хью?

– Кажется, он рад, что имя Сен-Сиров снова появится в учебниках истории.

– Что? – Филип потряс головой. – Но… у Сен-Сиров нет больше наследников мужского пола, так ведь?

– Нет. По крайней мере, из близких родственников. Ветвь прерывается.

– И Хью рад?

Королева покивала – себе самой в той же мере, что и Филипу. Слава богу, она не одна думала, что ситуация сложилась весьма необычная.

Филипу было известно то, что знала и она и что сэр Саймон объяснил бы Рози, если бы она спросила: в британской аристократии однополая пара не может произвести законного наследника. Пэр мог иметь столько детей, сколько хотел, в браке и вне его, усыновленных или как угодно еще, но только генетический отпрыск женатых родителей имеет право унаследовать титул. Таков был закон, и, хотя в стране были силы, которые желали его поменять (как и то условие, что наследник по возможности должен быть мужчиной), они пока не добились большого успеха.

Суррогатное материнство не считалось, потому что генетические родители не были женаты, даже если законные родители были. Следовательно, поскольку два мужчины или две женщины не могут произвести на свет ребенка, который генетически наследовал бы обоим, аристократы, состоящие в гей-браке, не могли передавать свои титулы по наследству. Что, возможно, объясняет, почему до сих пор в истории не было ни одной такой пары. Мужчина мог “выполнить свой долг”, создать наследника в гетеросексуальном браке и впоследствии выйти замуж – без сомнения, такое должно было когда‐нибудь случиться, но пока этого не произошло. В любом случае, Валентин поступал иначе. Это будет его первый брак. На самом деле ему было сорок семь, и до сих пор он, казалось, вообще не торопился жениться. И отец на него не давил. Все внимание Хью было сосредоточено на дочери. Это тоже было странно.

– Хью упомянул это почти вскользь, – сказала королева.

Филип нахмурился. Конечно, он мгновенно уяснил все последствия. Не было ничего необычного в дворянине, которому все равно, с кем спят его дети, но дворянин, которому безразлично, на ком они женятся, и последующая потеря земель или титулов – такой зверь был реже единорога.

Наступила пауза: супруги остановились, чтобы полюбоваться парой упитанных куропаток, крадущихся впереди них по тропинке к фермерскому дому.

– Тебе приходилось наблюдать, как Хью общается с Валентином? – спросила королева. – Хью привозил его к нам стрелять, когда Валентин был еще подростком. Ты же говорил с ними?

– Да. Мальчишка был отличным стрелком. Очень координированный, очень собранный. В поле он был прекрасен – лучше, чем его отец. Я всегда думал, что он продолжит занятия стрельбой, но потом он отчалил в Лондон и так и не вернулся.

– Они с Хью были близки?

Филип пренебрежительно фыркнул:

– Назови хоть одного тинейджера из интерната, который близок с отцом.

Королева могла назвать нескольких, но не стала.

– Но они не были как‐то особенно неласковы друг с другом? – спросила она вместо этого.

Филип разглядывал облака, пока думал:

– Сейчас вспоминаю, и, пожалуй, да. Не то что неласковы, но будто чужие люди. Не помню, чтобы они говорили между собой о чем‐то, кроме собак. Я списал это на общую застенчивость Хью.

Королеву поразило выражение “чужие люди”. Да, именно так, абсолютно. Она задалась вопросом, не притворно ли безразличие Хью. Человек, который ради сына убрал аконит из ядовитого сада много лет назад, казался совсем другим. Но с тех пор что‐то изменилось. Она не думала, что дело в ориентации Валентина. Дядя Неда, Патрик, тоже был геем, и Сен-Сиры относились к этому как к очередному проявлению фамильной эксцентричности – при условии, что он женится на хорошей женщине. Нет, дело было в другом. И Нед, как чувствовала королева, был в самом центре этой загадки.

Глава 25

До чего она докатилась?

Рози представила, как ее друзья в Лондоне, Лагосе и Нью-Йорке попивают капучино по пути на работу в сверкающих небоскребах и прохладных офисах, обмениваются историями о привлекательных мужчинах в коктейль-барах и сделках, которые они собираются заключить. И она – на краю света, с группой людей вдвое старше ее, собирается поставить себя в поистине незавидное положение.

Была