Город чужих - Лана Брайтвуд

– Где документы? – прозвучал низкий гаркающий голос, без сомнения, принадлежащий Дику – тот самый неприятный деревенский мужик, который помогал с поисками Джеки.

Оливера тут же швырнули на землю, он стал искать пистолет, но еще раз ощутил на себе сильный удар, кажется, это была бейсбольная бита, как тогда на парковке.

– Спрашиваю еще раз, – наклонился к нему Дик, обдав неприятным дыханием, – где документы?

– Вас подослал мистер Вудсон? – проигнорировав его слова, спросил Оливер, стараясь потянуть время и в темноте рассмотреть, что происходит: Дик стоял перед ним с ружьем в руках, а с двух сторон Оливера окружили сыновья-громилы.

– Так я тебе и сказал, – ответил Дик, выпрямился и обратился к своим сыновьям: – Ребята, надо обыскать машину.

Один заломил ему руки, а второй отошел в салон и скоро вернулся с желтой папкой.

– Отлично. – Дик забрал конверт, пролистал его, достал зажигалку, раздался щелчок, и бумаги медленно загорелись. – А теперь избавимся от детектива. Оставим подальше в лесу, как и Джима…

– За убийство детектива вам грозит пожизненное, – бросил Оливер, прекрасно понимая, что дела его плохи.

– А нам наплевать, – ответил Дик. – Нам за тебя столько денег дали, что уже завтра мы будем в Канаде.

На этих слова Дик поднял ружье…

И Оливер внезапно понял, что совсем не испытывает страха, наоборот, в душе пронеслось облегчение: ему больше не надо будет заставлять себя каждый день подниматься с кровати и делать вид, что живет. Больше никаких таблеток, депрессий и всего того, что так сильно его тяготило в последний год. И перед тем как зажмуриться, он заметил свой пистолет в траве, но хорошо знал, что поднять его не успеет, так что он закрыл глаза и приготовился… Как вдруг Дик выдавил хрип и грузно упал на землю. Оливер открыл глаза, увидел, как тот дергается на земле, а за ним стоит Лили с вытянутым шокером. Оливер понял, что времени у них совсем немного и сейчас не только ему, но и ей грозит опасность. И, недолго думая, он перехватил руку того, кто его держал. Скрутил, подтянул к себе и со всей силы вырубил одного из сыновей Дика ударом локтя. И пока второй соображал, что происходит, Оливер подскочил, подобрал пистолет и выстрелил ему в ногу. Тот закричал от боли и свалился на землю. А Оливер быстро поднялся на ноги, адреналин кипел в его крови, но даже с ним он хорошо чувствовал, как невыносимо болят ребра, и от старых, и от новых ударов.

– Лили, – нервно усмехнулся Оливер, – а вы со своим шокером куда опаснее тех, кто с пистолетами и дубинками. И разве вы не должны были его сдать?

Но не успела она ничего ответить, только смущенно улыбнулась, как из минивэна, кряхтя, вылез Джим.

– Что у вас здесь произошло? – он оглядел всех. – Дик? А ты-то что тут делаешь? – Он перевел взгляд на Оливера – Где документы?

– Их больше нет, – вздохнул Оливер, рассматривая пепелище из бумаг.

Глава 20

– Вам не обязательно идти со мной, – произнес Оливер, сидя во внедорожнике на пассажирском месте напротив особняка Вудсонов.

В небе светили яркие звезды, и была до того поздняя ночь, что впору было говорить – раннее утро. Они оставили Джима, когда вызвали подмогу, и Кевин с остальными помощниками шерифа погрузили Дика и его сыновей по машинам. Правда, когда приехала машина «Скорой помощи», чтобы забрать одного из братьев, у которого была прострелена нога, Оливеру тоже предложили помощь, но он отказался. После разговора с Джимом в машине до нападения он решил, что ему надо сегодня же переговорить с мистером Вудсоном. Оливер хотел ехать один, но Лили предложила свою помощь, и он не отказался – все же за последние двое суток ему досталось немало.

– Документы сгорели, и теперь мы разве не должны получить от него признание? – Из размышлений вывел голос Лили, Оливер кивнул. – Тогда я точно могла бы вам помочь. Если папа не захочет разговаривать с вами, может быть, за столько лет хотя бы мне расскажет правду.

– То, что вы услышите, может вас очень сильно ранить. Я бы не хотел…

– Не беспокойтесь обо мне, – мягко перебила она, – что бы там ни случилось, я ко всему готова, в конце концов, я полицейский.

– Вы все же решили вернуться в участок? – спросил Оливер.

– Помните, я вам говорила, что я захотела стать полицейским из-за сериалов? – Оливер кивнул, а она продолжила: – Это не совсем так, моя мама всегда говорила, что мы должны помогать тем, кто в этом нуждается, и защищать тех, кто этого не может сделать сам. Меня слова ее всегда вдохновляли. Но я не могла понять, что же я-то могу сделать? Какая-то слабая девчонка, конечно, с хорошими оценками, но ничего выдающегося во мне не было. Я всегда думала, что поступлю на юридический, выйду замуж и буду всю жизнь жить за чьей-нибудь спиной. И когда оказалось, что отец не может оплатить мое обучение, я так обрадовалась. Вот это шанс, подумала я и сразу же вспомнила мамины слова: «помогать и защищать…». В медицинский я бы не успела поступить, а вот на полицейского… Но и тут возникли проблемы: надо было не только сдавать экзамены, но и физическую подготовку, с ней у меня всегда были проблемы. И я уже так сильно расстроилась, мне приходили и приходили отказы, пока однажды я не получила письмо из академии в Портленде. – Она отвела взгляд на особняк и продолжила уже более грустным и тихим голосом: – Отец был очень расстроен моим выбором. Мама уже тогда сильно болела, конечно, тоже переживала за меня, но сказала, что очень сильно гордится мной. – Оливер заметил на ее глазах слезы. – Гордится… – Она замолчала, утерла слезы и обратила на него свой светлый взгляд. – Так что я не могу подвести ее…

– Лили, – тяжело вздохнул Оливер, даже не зная, что ей сказать, но она нарушила тишину первой.

– Пойдемте, – произнесла она, – свет в кабинете отца еще горит, значит, папа еще не спит.

Лили открыла машину и вышла на улицу, Оливер последовал за ней. На улице было очень холодно, даже намного холоднее, чем когда они стояли недалеко от свалки и ждали Джима.

– Какой же долгий день, – вздохнула Лили.

В доме горело всего лишь одно окно на втором этаже. Они пошли по мощеной