Когда-нибудь я ее убью - Кирилл Казанцев

— Далеко собралась?

Ответа, разумеется, не последовало, что объяснимо. Ладно, попробуем по-другому.

— Топор с собой возьмешь? Правда, он большой очень, и я забыл, где он лежит. Но если подождешь, поищу, — сменил тактику Егор, но ответа снова не дождался. Вика надела шубку и теперь пыталась справиться с пуговицами, а те так и норовили вырваться. Даже из кухни Егор видел, что руки у девушки дрожат, а нижняя губа снова прикушена, и царапина на щеке стала красной. Вчерашний день и минувшая ночка для обоих даром не прошли, понятно, что Вика сочла себя третьей лишней и торопится уйти, она же видела только то, что видела. Ну, и слышала вдобавок вчера у калитки, а вот вечернее представление прошло мимо нее, впрочем, это вряд ли бы изменило ее решение. И что теперь с ней делать, как убедить, как остановить? Ведь не послушает.

— Иди, иди, тебя там ждут. На болоте, я имею в виду, — негромко сказал Егор. Вика замерла на мгновение, но не обернулась и ничего не ответила, принялась шарить по карманам, ища перчатки. Нашла, натянула кое-как и шагнула к двери, Егор оказался рядом и взялся за дверную ручку.

— Пять человек. Так что насчет топорика я бы на твоем месте подумал, может, парочку спугнешь.

Улыбнулся, но не подействовало, Вика вцепилась в ручку и толкнула дверь. И все молча, не глядя на него, без слез, без истерики, без обвинений и проклятий. Она просто хочет уйти, вот и все, и сама не знает куда, главное — подальше отсюда. Толкает дверь плечом и смотрит в одну точку, короткие волосы растрепались, челка прилипла ко лбу. Егор аккуратно взял Вику за локоть и отодвинул от двери, но девушка вырвалась, крутанулась ловко и бросилась обратно. Выскочила на крыльцо и вскрикнула — Егор схватил ее за капюшон шубы и втащил в дом.

— Не трогай меня! — заорала Вика. — Отойди, не лезь! Не трогай!

Метнулась к двери, толкнула ее и отлетела назад, в комнату, не устояла на ногах и свалилась на пол. Егор грохнул дверью, подошел к Вике, поднял ее и швырнул на диван. Та забилась в угол к окну и смотрела исподлобья, молча смотрела, следила за ним, как волчонок, поджала ноги и терла сухие глаза.

— Дура, — негромко сказал Егор, — ты просто дура. Куда ты пойдешь?..

И осекся, прислушался — звонил забытый в кухне мобильник. Глянул на Вику, закрыл дверь, кинулся в кухню и схватил трубку со стола, глянул на определившийся номер. Ритка, ну кто бы сомневался. Прав Роман, и тогда был прав, и сейчас. Ладно, рефлексия потом, сейчас делаем вид, что все идет по-прежнему, не спугнуть бы ее, Ритка, хоть и курва распоследняя, но фальшь всегда ловила на лету, чувствовала, когда он врет, а когда искренен, точно на исповеди, обмануть ее было непросто, ели только она сама не хотела поверить в эту ложь.

— Привет, — услышал он спокойный, немного усталый голос, — как ты?

— Нормально, — повторил Егор, прислушиваясь, что делается в комнате. А там ничего не происходило, Вика в дверь не ломилась, не орала, не пыталась выйти в окно, что обнадеживало. Может, одумалась?

— Хорошо, — судя по голосу, Ритка улыбнулась, — давай встретимся. Я заеду за тобой через полчаса. Если ты не передумал, конечно.

— Не передумал, — Егору показалось, что эти слова он произнес слишком поспешно, поэтому прежде, чем продолжать, глубоко вдохнул, выдохнул и сказал небрежно:

— Приезжай, я сейчас соберусь.

Из трубки понеслись короткие гудки, Егор убрал телефон, толкнул дверь. Вика стояла напротив и даже не скрывала, что подслушивала. Улыбнулась зло и многозначительно, отвернулась и подошла к окну, Егор остался в коридоре. Ну вот что прикажете делать, если рассказывать все, от и до — дня не хватит, и не факт, что Вика поверит ему, просто пошлет куда подальше и отвернется точно так же. Ладно, и это потом, у них еще будет время поговорить, и ей придется его выслушать, а там будь что будет.

— Мне надо уехать, — сказал Егор, — ненадолго. Не делай глупостей, прошу тебя. Я приеду и все объясню. Это не то, что ты думаешь.

Вика не шелохнулась, смотрела в окно, за которым уже разливался синеватый свет ранних сумерек, так и стояла в своей шубке, запахнув ее, точно в доме было холодно.

— Я вообще ничего не думаю, — услышал Егор, — можешь делать все, что захочешь. Мне плевать, куда ты пойдешь. Проваливай.

Это не обида, это гораздо серьезнее и глубже, чем просто рана от неосторожного слова или действия. Но лечится это быстро, достаточно пары глотков хорошего коньяка и одной длинной ночи, но нет у него времени сейчас ни на то, ни на другое. Хорошо, что коньяк тогда не допили, позже он им пригодится.

Егор оделся, вышел из дома и закрыл дверь на замок, подергал ручку и достал мобильник, набрал Романа. Тот ответил моментально, словно ждал звонка, выслушал, одобрил все и напутствовал:

— Давай, двигай. И вытряси из этой сучки всю душу, пока не расколешь — не возвращайся. Но у тебя все получится, я верю! Ни пуха! — не удержался и съехидничал он напоследок. Егор послал друга к черту и сказал:

— Слушай, тут такое дело… Ты не мог бы через час или полтора ко мне подъехать. Вика тут одна, дурью мается. Я ей ничего объяснять не стал, некогда, сам понимаешь. В общем, я ее в доме закрыл, проверь, как она.

— Психует? — уточнил Роман и хмыкнул понимающе:

— Доверяешь мне? Ладно, так и быть, проверю твою птичку, послежу, чтобы не улетела. Ключ?..

— Там же, — Егор приподнялся на носки и положил ключ на балку, что держала крышу крыльца. Это условленное место знали все свои, знала и Ритка в той, их общей прошлой жизни и запросто могла найти там ключ, если бы захотела попасть в дом. Егор прошел по дорожке, обернулся, уже закрывая за собой калитку. В окнах никого, не шелохнулась занавеска, не видно черного силуэта, вообще ничего не видно. Вика не врет, ей действительно плевать, куда он пошел и когда придет, наплевать, если не вернется. Нормальная реакция, другой после всего вчерашнего и быть не должно. Ничего, уже завтра утром все будет по-другому.

Ритка опоздала на пять минут, красная иномарка подкатила к съезду с прилегающей дороги уже в темноте, остановилась, и Егор сел в пахнущий духами салон. Ритка вопреки ожиданиям губы не дула, наоборот, улыбалась и смотрела многообещающе. Включила музыку погромче, выехала на трассу, разогналась под двести и, вылетев в левый ряд, обходила попутки, как стоячие. Торопится или просто настроение хорошее — пока непонятно, улыбается таинственно и ничего не говорит, только подпевает песне, что гремит из динамиков. Пролетели стороной город, проскочили по объездной и выехали на шоссе, погнали в сторону Москвы. Трафик в этот час был так себе, по дороге шли в основном огромные фуры, Ритка легко обходила их, периодически забывая включать поворотник. Егор следил за ней, смотрел на ее профиль, на закинутые назад волосы, на тонкие, все в кольцах, пальцы, что крепко держали руль, и ждал удобной минуты, чтобы начать разговор. Город давно остался позади, в свете фар мелькали указатели и рекламные щиты, а Ритка все барабанила пальцами по рулю и мурлыкала в такт песенке. Егор глянул на часы, Ритка перехватила его взгляд, приглушила музыку и спросила: