Гори все синим пламенем - Марина Серова

— Почему же с преступниками боролись только вы, когда рядом находились два здоровых и полных сил мужчины? — удивленно спросил он.

— Все это произошло моментально, в какие-то мгновения, — ответила я. — Мне удалось сориентироваться быстро только потому, что это моя работа и я уже имею неплохие навыки, привыкла производить оценку ситуации и принимать нужное решение, реагировать на нее.

— Отец не совсем здоров, — заявил вдруг Виталька, вступаясь за несправедливо обиженного папашу. — Он ранен.

Валерий Павлович выпучил глаза от столь неожиданного заявления. Я тоже такого поворота событий, конечно, не ожидала.

— Как? — спросил следователь, продолжая писать и не отрывая взгляда от бумаги.

Беккер-младший и тут не опомнился и кратко изложил все, что произошло недавно ночью в их доме. Наверное, в его голове зрели какие-то выводы и соображения, которые и послужили толчком к такому заявлению. Он, вероятно, решил, что первое и второе нападение, без сомнения, связаны между собой, а потому о первом следует известить милицию в целях содействия следствию и его ускорения.

В планы же Валерия Павловича вряд ли входила такая откровенность. Тем более что он сразу решил не заявлять о произошедшем.

Теперь следовало как-то объяснять это. Если бы не сотрудники предприятия, предусмотрительно и своевременно позаботившиеся о вызове милиции, и если б не труп охранника, он, может быть, вообще не стал бы прибегать к помощи органов, а тут волей-неволей приходилось становиться откровенным.

Я, честно говоря, к милиции всегда относилась несколько скептически, но в этот момент подумала, глядя на Витальку: "А что?

Пускай. Одна голова — хорошо, а две лучше".

Следователь весьма заинтересовался сообщением Беккера-младшего и как-то оживился. Выслушав до конца, он немного помолчал, анализируя информацию, а потом заключил, обращаясь к Беккеру-старшему:

— На вас определенно есть заказ. Думаю, вы не станете спорить, что сам «рыжий» не является вашим врагом и недоброжелателем? Он только исполнитель. Второй по счету исполнитель…

— Дело в том… — прервал его Виталька и сообщил обо всем том, что мне поведала тетушка, а я — ему о показаниях задержанного грабителя.

Матвиенко немало удивился такой полной осведомленности, но все же взял сказанное себе на заметку и тут же позвал одного из работающих на месте убийства охранника сослуживцев. Он отдал ему распоряжение, согласно которому тот должен был все выяснить и либо опровергнуть, либо подтвердить нашу информацию. Я нисколько не сомневалась, что, вернувшись, сотрудник скажет: «Да, так оно и было», поскольку сведения, предоставляемые тетушкой Милой, всегда являлись стопроцентно надежными. В этом я убеждалась не единожды.

— Так или иначе, — продолжал следователь, — но заказчик, как подсказывает мне опыт, больше не захочет воспользоваться помощью неудачника в парике, а будет искать нового исполнителя. Поэтому, во-первых, настоятельно рекомендую придерживаться — прежних мер безопасности, во-вторых, отказаться от встреч с людьми, которые кажутся вам неблагонадежными…

Я дальше не слушала, уйдя в собственные размышления, так как все, что скажет Матвиенко, было мне наперед известно.

Закончив длинную поучительную тираду, следователь сказал:

— Так, ладно, пойду с народом побеседую, — и вышел из комнаты.

— Отец, — тут же, как только Матвиенко скрылся за дверью, сказал Виталька, — я не назвал имя Вьюнца, но, может быть, нам все же это сделать, пока.., не поздно…

— Иди ты! — воскликнул Валерий Павлович, и без того обозленный на сына.

Потом он побурчал что-то себе под нос, а в качестве вывода заявил:

— Он, конечно, мразь, но…

Долго мы еще сидели в кабинете, то молчали, то обсуждали произошедшее. Беккеры благодарили меня за ловкость и находчивость, которую я проявила в данной ситуации. Валерий Павлович, потирая ушибленное при падении от моего спасительного удара место, заметил:

— Это того стоило, — и улыбнулся.

Виталька же чувствовал себя немного неловко, так как, не будь меня, он не смог бы никак защитить ни своего отца, ни самого себя. Он укорял себя за это, а я его успокаивала, говоря, что ко мне такая сноровка тоже пришла не сразу, что на то я и телохранитель, чтобы выполнять все то, чего не могут другие.

— Что же.., что же делать? — закрыв лицо руками, в один из моментов проговорил Валерий Павлович.

Мы с Виталькой молчали, размышляя над тем же вопросом.

— Ведь как бы ты меня ни охраняла, учитывая настойчивость заказчика, нам вряд ли удастся обойтись без неприятностей. Таких, например, как сегодняшняя, — Беккер-старший кивнул на дверь, имея в виду застреленного охранника.

— Теперь твой недоброжелатель, отец, будет искать киллера более надежного, — заметил Виталька.

— А то я не знаю, — согласился Валерий Павлович.

— Слушайте! — воскликнула вдруг я, осененная внезапной идеей.

Беккеры одновременно вскинули на меня исполненные надежды взгляды.

— Ваш враг, Валерий Павлович, будет искать исполнителя в криминальных кругах, так?

— Так, — непонимающе, протяжно ответил тот.

— Ну… — кивнув и желая побыстрее узнать, что же я имею в виду, поторопил меня Виталька. Но тут же сам сообразил и, глядя на меня, несмело спросил:

— Тихоня?

— Угу, — улыбаясь, кивнула я.

— В самом деле! — воскликнул Виталька. — Мы же собирались поговорить с ним, когда он освободится, но так и забыли об этом!

— У-у-у, — разочарованно вздохнул Беккер-старший. — Да он теперь бы уж сам позвонил, если б знал что-то. Такие новости по криминальному миру быстро разносятся.

— Как же они разнесутся, — не согласился с отцом Виталька, — если мы все скрывали? Давай с ним поговорим, может, он поможет. Вдруг он этого рыжего знает?

— Да никакой он не рыжий! — отмахнувшись, отрезал Валерий Павлович и глянул на меня.

— Попытка — не пытка, — утвердительно качнула я головой.

Честно говоря, насчет Тихони, а точнее говоря — криминального мира, у меня была другая затея, но я решила раскрыть ее суть несколько позже, когда Валерий Павлович будет настроен более оптимистично.

Беккер-старший еще немного помолчал, а потом, снова махнув рукой, сказал:

— А, ваша взяла!

— Мы ж все равно ничего не потеряем! — обрадованно воскликнул Виталька.

Теперь нам не терпелось поскорее убраться из офиса, чтобы осуществить задуманное. Валерий Павлович позвал одного из своих приближенных, если можно так сказать — управляющего и отдал ему соответствующие распоряжения насчет дальнейшей работы предприятия. Тот спросил, не надо ли о случившемся сообщить Олегу Станиславовичу, и был очень удивлен, когда Беккер сердито отмахнулся.