Перстень Александра Пушкина - Анна Князева

– В чем его суть? – Филиппов оглянулся, посмотрел, скоро ли принесут водку.

– Есть три трупа. Все девушки. Убивают и бросают на трассах.

– Тебе удалось что-то найти?

– Судя по реакции – да. Только, по-видимому, я сам не понял, до чего докопался. Информация и факты сильно разрознены. Никак не удается привести к общему знаменателю.

– Те, кто устроил взрыв, по-видимому, так не считают. Видать, поддел ты их за самые абрикосики.

– Только сам об этом не знаю…

Шашлычник принес графин с водкой и, прежде чем поставить на стол, разлил ее по стаканам.

– Закуску? – спросил Филиппов.

– Сейчас принесу…

– Ну что, выпьем? – Иван Макарович поднял свой стакан, Сергей Дуло – свой. Выпили, не закусывая.

– Значит, ты не поехал в Питер, а Полина поехала. Зачем?

– Ее подруга в гости звала. Татьяна Масейкина.

– Знаю. Убита. Вы с Полиной к ней приходили.

– Когда мы пришли, Татьяна была мертва.

Немного помолчав, Филиппов заметил:

– В дежурную часть позвонили, когда вы с Полиной только зашли в подъезд. – Филиппов налил еще по одной. – Вернемся к вашей поездке.

– Без меня Полина ехать не собиралась, но Татьяна уговорила ее, и она уехала. Утром мне позвонил следователь и вызвал на опознание.

– Знаю эту историю. Семенов нашел справку в бассейн. Но как справка на имя твоей жены оказалась у той женщины?

– Она работала в пункте приема и бесплатной раздачи вещей. Туда преступники отдали вещи Полины, которые находились в ее чемодане. Приемщица забрала себе кофточку, в кармане которой была справка. В этой кофточке ее и застрелили. Дальше ты знаешь.

– Подожди, – Филиппов внимательно посмотрел на Сергея. – В пункт приема сдали те вещи, что она везла в чемодане?

– В поезде ее чемодан поменяли на тот, в котором была бомба.

– Человек в вельветовой куртке…

– Ты уже знаешь?

– Стюардесса дала показания.

– Я тоже с ней говорил.

Филиппов взял в руки стакан.

– Значит, в Питер ты приехал опознавать труп жены?

– Думал, она погибла от взрыва. – Сергей поднял стакан.

Выпили.

– Представляю, каково тебе было в дороге, – крякнул Филиппов и оглянулся.

В этот момент принесли закуску. Сергей взял огурец и громко им хрустнул.

– Не передать… Чего только не передумал…

– Ну хорошо. – Филиппов подцепил помидор и, прежде чем съесть, спросил: – Тебе что-нибудь известно про женщину, которая пересела к твоей жене в поезде?

– Она представилась Милой. Они поболтали и расстались на перроне. На вокзале Полина заметила, что эта женщина сфотографировала ее и бросила телефон на пол. Полина оставила чемодан и побежала его поднимать. В этот момент взорвалась бомба. Благодаря телефону она осталась жива.

– Попутчица эта ехала с паспортом на имя Галины Ивановны Сутиной, – сообщил Филиппов. – Она украла его у своей квартирной хозяйки. А живет эта Сутина в соседней квартире с Масейкиной.

– Значит, сто процентов: она причастна к ее убийству.

– Во всяком случае, контролировала вопрос вашего приезда в Санкт-Петербург, – заметил Иван Макарович и задал вопрос: – Есть у тебя что-нибудь по типу в вельветовой куртке?

– Трифонов Александр Евгеньевич, семьдесят пятого года рождения, проживает в Москве. Из его машины выбросили последний труп девушки. Причастность к убийству доказана.

– Оба дела между собой связаны… – медленно проговорил Филиппов. – Значит, ты прав, и это меняет дело.

– Сегодня я узнал, что к делу имеет отношение Пархатский. Информация поступила сразу из нескольких мест. Во всяком случае, его фонд финансировал Трифонова, а значит, бомбу сделали на его деньги.

– Постой, – Филиппов задумался. – Его же убили!

– Полгода назад. – Сергей вздохнул. – Первый труп по моему делу появился в июне, последний – в конце сентября, через полгода после его смерти.

– Значит, он ни при чем.

– Понимаешь, есть одна фотография… – Дуло не знал, как объяснить покороче. – Третья девушка сфотографировала себя в ванной, где лежал перстень Пархатского (это подтверждено), и выслала снимок подруге. Через пару часов ее убили, а на подругу было совершено нападение, и ее телефон исчез.

– Снимок был сделан в доме Глеба Пархатского?

– Не знаю. – Сергей Дуло взъерошил рукой волосы. – Все случилось через полгода после его смерти. Черт, я совсем запутался… Понимаешь, куда ни сунусь – везде Глеб Пархатский.

– Перстень мог перейти по наследству. Его могли похитить… – сказал Филиппов.

– То-то и оно… Там, в Москве, ребята устроили засаду на Трифонова – он единственный, чье имя известно и против кого есть свидетельские показания.

Немного подумав, Филиппов спросил:

– Сможешь подтвердить, что в пункт приема сдали вещи твоей жены, которые лежали в ее чемодане?

– Приемщица видела чемодан и наверняка его опознает. И не забывай, там была справка на имя Полины.

Филиппов положил перед Сергеем блокнот:

– Пиши адрес приемного пункта. Завтра я пошлю туда человека.

Сергей записал адрес и вдруг вспомнил:

– Продавцы из магазина, где Полина купила свой чемодан перед поездкой, подтвердят, что Вельветовый купил точно такой же. Кстати, через несколько минут после нее.

– Следил? – спросил Филиппов и сам же ответил: – Точно следил. – Он вздохнул. – Поскольку нам неизвестно настоящее имя попутчицы Милы, остается только Вельветовый, а значит, надо ехать в Москву.

Филиппов забрал блокнот.

– Значит, так. Езжай к себе… Ну, где ты там ночуешь. Успокой Полину. Завтра сделаю все, чтобы решить этот вопрос. Ближе к обеду я позвоню. Только никуда не уезжай.

Они расплатились и вышли на улицу.

– Спасибо, друг. – Сергей обнял Филиппова.

Через несколько минут они разъехались в противоположных направлениях.

* * *

Когда Сергей вернулся домой, Полина уже спала. Решив ее не будить, он, не раздеваясь, лег рядом. Растянувшись на одеяле, Сергей впервые за несколько дней почувствовал, что страх отступил. Теперь у них с Полиной появилась надежда, и завтра, как только она проснется, он сможет ее порадовать.

Незаметно для себя Сергей уснул.

Проснулся он от звонка. Сначала подумал, что телефон, потом понял: это дверной. Спустился на первый этаж, подошел к входной двери, посмотрел в глазок. На крыльце стояла хозяйка дома.