Жертва разума - Джон Сэндфорд

Лукас положил досье и снял трубку.

– Лукас Дэвенпорт.

– Я играю в разные игры, – осторожно заговорила женщина, в голосе которой звучали вопросительные интонации. – Мне сказали, что я должна с вами поговорить?

– Да?

Лукас испытывал нетерпение; он ждал звонка от полицейских Лос-Анджелеса, которые должны были сообщить, что им удалось узнать об актере по имени Франсис Ксавьер Питер, любителе устраивать пожары.

– Мне кажется, я видела парня с портрета, – продолжала женщина. – Я играла с ним в «Подземелья и драконы» пару месяцев назад в доме у одной девушки… В Динкитауне…

Дэвенпорт оживился.

– Вам известно его имя или где он живет?

– Нет, но он был с девушкой, в ее доме, так что она его знает.

– Насколько вы уверены?

– Я бы совсем не была уверена, если бы не глаза… Глаза такие же. Рот другой, но глаза правильные. И он превосходный геймер, настоящий Мастер подземелий, который знает все. Но он меня пугал, был каким-то нервным. А из слов девушки я поняла, что он лечился.

Лукас посмотрел на часы.

– Где вы? Я бы хотел встретиться с вами и поговорить.

Он записал ее адрес и сказал:

– Слоун, пошли.

Его худощавый напарник взял пиджак – еще один оттенок коричневого.

– Куда мы идем?

Дэвенпорт объяснил на ходу.

– Я ей верю, – сказал он. – Думаю, она что-то видела.

Девушка жила в студенческом комплексе неподалеку от шоссе I-494, рядом с университетом. Лукас поставил серый «Плимут» возле пожарного гидранта, и они вошли в дом вслед за студенткой-блондинкой в короткой юбке и куртке для игры в боулинг. Остановились возле лифта. Дэвенпорт и Слоун искоса поглядывали на девушку; она была очень хорошенькой, с большими голубыми глазами и вздернутым носиком. Девушка пристально смотрела на цифры над дверью лифта. Все молчали. Двери открылись, и они вошли в него, продолжая смотреть на бегущие номера этажей.

Студентка вышла на третьем этаже, повернулась, улыбнулась им и зашагала по своим делам.

– Кажется, она мне улыбнулась, – сказал Слоун, когда дверь закрылась.

– Прощу прощения, но я уверен, что она улыбнулась мне, – заявил Лукас.

– Чепуха. Просто ты встал на пути ее улыбки.

Синди Макферсон, геймер, оказалась робкой дояркой из Висконсина. Крупная девушка с идеальной кожей и милой деревенской улыбкой, которая одевалась в черное с головы до пят, а на шее у нее, на кожаном ремешке, висела семиконечная звезда.

– Чем больше я смотрю на портрет, тем больше убеждаюсь, что это он, – сказала Синди. Она сидела на краешке старого дивана и активно жестикулировала: у Лукаса сложилось впечатление, что под черным платьем скрывается отчаянная любительница баскетбола. – В его лице было что-то такое. Он напоминал койота – узкие глаза и скулы. Он мог быть очень сексуальным, но чего-то ему не хватало. Он ни с кем не общался. Однако с Глорией его что-то связывало. Она часто к нему прикасалась.

– А как фамилия Глории?

Девушка пожала плечами:

– Я не знаю. Мы с ней несколько раз встречались, я видела ее с другими знакомыми, но мы не дружим. Пару лет назад все тусовались в технопарке на 280-м шоссе; там я с ней и познакомилась. Потом видела в Динкитауне, два месяца назад снова встретила, и она сказала, что они начинают игру. Ну, я туда пошла, и он был там Мастером подземелий.

– Вы можете показать нам это место? – спросил Слоун.

– Конечно. Там на почтовом ящике фамилия Глории. Она в него заглянула, когда мы поднимались по лестнице, и я увидела, что там написано «Глория»… дальше я не запомнила.

Динкитаун являлся коммерческим центром студенческого кампуса Университета Миннесоты; в его двух– и трехэтажных зданиях продавали одежду, компакт-диски, лекарства, делали ксерокопии. Здесь же располагались многочисленные кафе быстрого питания. Макферсон протянула руку и сказала:

– А вот и Глория, в этом доме она живет.

Глория оказалась худой сутулой девицей, одетой, как и Макферсон, во все черное; и тоже с амулетом на шее. Но если у Синди было милое открытое лицо и прекрасная кожа, то Глория оказалась смуглой, мрачной и закрытой, осторожной, как лисица.

– Подождите нас здесь, купите себе сэндвич, – сказал Лукас Макферсон. – У нас могут возникнуть дополнительные вопросы.

Они со Слоуном перешли на другую сторону улицы и оказались у входа в дом, когда Глория вытащила из почтового ящика зеленый конверт со счетом за электричество и взяла его в зубы, чтобы открыть дверь.

– Глория? – спросил Лукас.

Она вытащила изо рта конверт и посмотрела на них.

– Да?

– Мы офицеры полиции…

– Нам нужна ваша помощь, – закончил Слоун.

Глория Кросби была бы хорошенькой, если бы больше ухаживала за собой. Однако она казалась немного неумытой и постоянно хмурилась. С некоторой неохотой девушка повела их в свою квартиру, которая находилась на верхнем этаже.

– Я писала курсовую работу, не успела навести порядок, – сказала она.

Глория открыла квартиру, и они сразу почувствовали запах томатного супа, табака и марихуаны.

– Курите травку? – весело спросил Слоун.

– Нет, не курю, – сказала она. Глория казалось немного заторможенной. – Марихуана делает тебя глупее, чем ты есть. Некоторых это устраивает, но только не меня.

– Однако здесь сильно пахнет травкой, – заметил Слоун.

– Вчера вечером у меня были гости, и они курили, – рассеянно ответила она. – Я – нет.

– Вы думаете, это неправильно? – спросил Лукас.

– Нет, а вы?

Лукас пожал плечами, а Слоун рассмеялся.

– Около двух месяцев назад вы играли здесь в «Драконы и подземелья», впятером. Нас интересует человек, который выступал в роли Мастера подземелий, – сказал Слоун. – Нам нужно его имя. – И он протянул ей фоторобот.

Кросби взяла распечатку, долго на нее смотрела, потом наморщила лоб.

– Ну… это не он, но я знаю, кого вы имеете в виду. Он похож, только у него другие глаза. Его зовут… Дэвид. – Она опустила руку, подошла к окну и посмотрела на улицу, поглаживая нижнюю губу.