Месседж от покойника - Александр Грич

— Сегодня получается продуктивный день, шеф. — Лайон был явно доволен. — Знаете, кто заходил в гости к вдове Грега Ставиского? Никогда не догадаетесь!

— Почему же? — возразил Потемкин. — Хочешь пари?

— Даю три попытки.

— Не надо трех… Если первое имя неверное — я проиграл.

Реакция шефа была для Лайона настолько неожиданной, что он даже не стал уточнять — на что именно пари.

— Корб Вентли, супервайзер графства Лос-Анджелес, — выдал Потемкин с улыбкой. — Что, угадал? Вот и не спорь с начальством, от этого одни неприятности, даже если выиграешь… Кстати, — Олег перевел разговор на другое, чтобы не смущать Лайона окончательно, — объясни мне, пожалуйста, что это за должность такая — супервайзер графства?

— Немного статистики, — оседлал любимого конька Лайон. — Их пять человек. Суммарный стаж пребывания на этих должностях сегодняшнего состава супервайзеров превышает сто лет! Целый век, шеф… Менять их трудно — они как бы и не видны, но влияние у них очень солидное. Двадцать пять миллиардов долларов в год — такими бюджетами они распоряжаются. Каждый из них имеет зарплату в 179 тысяч плюс три миллиона на содержание своего штата сотрудников, автомобилей, офисные расходы и тому подобное. Тоже не хило. Когда их начинают спрашивать об обязанностях — звучат астрономические цифры: им надо заботиться обо всем, начиная от городских пляжей, которые посещают 70 миллионов человек в год, до выдачи 60 000 свадебных сертификатов ежегодно, и 26 миллионах книг, выданных в публичных библиотеках… Достаточно?

— Сказать, что я все ясно понял, не могу, но цифры, как всегда у тебя, впечатляют. Так что же наш супервайзер хотел от Ваннессы?

— У меня такое впечатление, что цель этого визита была — погасить возможное недовольство этой дамы. Кроме обычных слов соболезнования и утешения ей была передана… компенсация, что ли? Сверток с деньгами. И она была предупреждена — мягко, но однозначно, о том, что хорошие отношения всегда лучше плохих. Что Ставиского все равно не вернешь, а переданный пакет поможет пережить тяжелые времена.

— Все зафиксировано?

— Естественно.

— Как Вентли выглядел?

— Совершенно беззаботно. Сами подумайте, шеф, какая благородная миссия — наведаться к вдове трагически погибшего доброго знакомого. И даже помочь ей деньгами… Чего уж тут стесняться?

— Да… — сказал Потемкин задумчиво. — Стесняться этим людям совершенно нечего. Они никогда не стесняются… И достать до них нам с тобой, к сожалению, трудновато. Нет улик. Пока нет. Ладно, давай еще разок вернемся к текущим делам. Рамиро отпустили?

— Более того, Крис его отвез домой на своем автомобиле. Не на служебном.

— Что думаешь — не подведет он нас?

— Есть официальная видеозапись его показаний — с цифрами и фактами. Вряд ли он решит скрыться, да и наша наружка работает. И сам Рамиро ясно понимает, что то, в чем он признался — организованный вывоз в Европу уникальных произведений искусства, — преступление тяжкое, но это же не убийство!

— Что же… Неожиданно для нас Санчес Рамиро оказался в этой цепи звеном очень важным, — проговорил Потемкин. — Думаю, он не врет, что очередная отправка — послезавтра вечером. Это — его шанс. Если получится — потом Рамиро исчезнет по программе защиты свидетелей… Посмотрим. Похоже, он на самом деле не убивал. Но кто же этого несчастного Мартина убил тогда, если не Рамиро и не Редвуд? — спросил Потемкин скорее у себя самого, чем у Лайона.

— Есть информация, шеф. Может, будет полезна.

— Говори.

— Я попросил Кима проверить все доступные источники по «Изумрудным Лугам» в ночь убийства Дэвиса. И вот что он мне показал буквально перед уходом к вам. Около двух тридцати на кладбище через деловой двор въехала «Тойота Камри». Выехала обратно в три семнадцать. Ни въезд, ни выезд не были зафиксированы даже в диспетчерской — я их журналы проверял, — потому что никто не просил их открывать ворота.

— Ты хочешь сказать, что у водителя была «открывалка» и он въезжал, как в персональный гараж?

Лайон кивнул.

— Ну не тяни! — поторопил Потемкин.

— Дело в том, что этот автомобиль принадлежит Джинне Хастинг, — сказал О’Рэйли.

* * *

— Все у них было отлажено очень неплохо…

Хопкинс и Потемкин сидели в креслах, ноги к огню, потягивая скотч из низких стаканов.

— Ставиский находил в Европе покупателей на конкретные предметы. Организовывал здесь их хищения. Рамио он встретил два с половиной года назад, пригляделся к его работе и решил, что перевозка покойников в самолетах — идеальная возможность транспортировки чего угодно. В самом деле, если самые обычные чемоданы и ручная кладь, да и грузы проходят в аэропортах пристальную проверку, то покойников как-то не очень проверяют. Цинковые гробы, в которые должен быть запаян груз, не откроешь… Да еще и отношение у людей к усопшим… По-человечески понятное… Словом, создалась идеальная ситуация. С лос-анджелесского конца по транспортировке все было обеспечено.

Конечным пунктом Ставиский выбрал Польшу и там нашел организацию, которая принимала эти «гробовые посылки». Всегда ли летали реальные покойники, мы пока не знаем. Польские коллеги обнаружили всего четыре захоронения из полутора десятка полученных «посылок». Значит, возможно, и грузы «фабриковались» по мере необходимости. Оформляли бесхозные трупы, да и все тут…

На калифорнийском конце Ставиский, конечно, один бы не справился. Мы пока точно не знаем, с какой именно командой он работал, но то, что это были люди влиятельные и с возможностями, сомнению не подлежит. Что подтверждает визит твоего знакомого супервайзера к Ваннессе Ставиской и вручение бедной вдове кругленькой суммы.

— В общем, транспортная цепочка работала через «Изумрудные Луга», — продолжал Потемкин, — а Эрик Редвуд, опечатывая «транзитные грузы», даже не представлял, что он отправляет в Европу. Он знал лишь, что болтать о «транзитах» не следует, получал двойную оплату за ночную работу — и все. Не только о масштабах, но и о самой сути «транспортного моста» он понятия не имел.

Потемкин сделал большой глоток, покачал жидкость в стакане, поглядел на свет.

— Хочу себя еще раз перепроверить, Хопкинс: правильно я сделал, что выпустил этого Рамиро в расчете на послезавтрашнюю посылку?

— Ты уверен, что посылкой будет эта самая твоя антиохийская Чаша?

— Вряд ли они нашли другой канал. А Рамиро клянется всеми святыми, что через него она не улетала.

Хопкинс почесал нос.

— Какую-то ты мне говорил русскую поговорку. Насчет орденов на груди или виселицы — так, что ли?

— Грудь в крестах или голова в кустах, — сказал Потемкин по-русски. И добавил уже по-английски: — Слова другие, но смысл ты запомнил верно. Так что я тебя понял.

— На ордена ты определенно можешь не рассчитывать, — растолковывал Хопкинс серьезно, — зато со второй частью все всегда бывает в порядке… Слушай, — спросил Хопкинс после минутной паузы, — а почему все-таки Ставиского убрали? И кто?