Сервиз для безумного чаепития - Дарья Калинина

Кузьмина с благодарностью взглянула на Сашу. Женщине сейчас была крайне важна моральная поддержка.

– А еще Митька – санитар из морга. Он с меня за молчание знаешь что требовал?

– Говорили.

– Звонит мне все время. Угрожает. Вот и опять звонит!

И Кузьмина показала свой смартфон. Звук был выключен, но звонок шел. Всего Саша увидел сорок два пропущенных звонка, и все они были от того же Митьки.

– С Митькой мы сегодня же разберемся. Он просто сам не понимает, как здорово подставляется, требуя с вас выкуп за свое молчание. Если хотите, прямо сейчас поедем и разберемся!

– Очень хочу, очень!

И Кузьмина вскочила на ноги.

– Поехали!

– Прямо сейчас?

– А чего тянуть? Мужа все равно сегодня не отпустят. Мне следователь прямо сказал: ваш муж один из подозреваемых, так что пока не разберемся, мы его подержим у себя. Сказал, что вечером из вещей можно принести, какую еду и прочее. – И двигаясь к выходу, Кузьмина со вздохом прибавила: – Хороший человек, наш следователь. Поймал бы только еще настоящего преступника. А так хороший.

Дом противного шантажиста Митьки сыщики помнили отлично. Но оказалось, что сейчас он на дежурстве и ехать надо в морг. Кузьмина не видела в этом ничего такого, а вот девушки порядком перетрусили. Это было видно по их вытянутым лицам.

– Э-э-э… – протянула Кира, – я тут вспомнила, что у меня дома… Что мне нужно зайти… Одним словом, останови, Саша, машину, я должна срочно выйти.

Ирочка кинула на подругу страдальческий взгляд. Ехать в морг без подруги ей хотелось еще меньше.

И она шепнула Саше:

– Ты ведь без меня обойдешься?

– В принципе да.

– Тогда я вернусь на работу. Прикрою тебя.

Саша не настаивал. Он предчувствовал, что Митька окажется легкой добычей. Умом санитар не блистал. К тому же он был так зациклен на мысли переспать с Кузьминой, что ни о чем другом в ее присутствии думать просто не мог.

И когда Саша с Кузьминой остались наедине, он проинструктировал женщину:

– Вы сейчас пойдете к этому вашему ухажеру и попробуете его соблазнить.

– Что?!

– Будете хихикать и строить ему глазки, чтобы он поверил, что вы в нем всерьез заинтересованы. Про мужа правду не говорите. Скажите просто, что вам надоели выходки Кузьмина. И спросите, правда ли что он приходил в морг за трупом.

– Конечно, правда. Муж сам это подтвердил.

– Но нам нужно, чтобы Митька признался в том, что он труп Кузьмину именно продал. Понимаете? Нам нужно, чтобы санитар сам заявил, что Кузьмин не самовольно забрал тело из мертвецкой, а что труп был им приобретен за какую-то сумму. Что между вашим мужем и санитаром была совершена сделка. И санитар этот труп фактически продал.

Кузьмина просияла:

– Я поняла! Если этот дурак признается, что он продал труп, то первым же и пойдет под суд!

– Ваш муж может отделаться штрафом или простым внушением, а вот санитару, который торгует вверенными его попечению телами, придется не сладко. Это уже статья, причем не административная, а самая что ни на есть уголовная.

Кузьмина поспешно накрасила губы, пользуясь маленьким зеркальцем в машине. Подвела стрелки. Надушилась. Повязала нарядный платочек на шею. И напоследок накинула на плечи пелеринку, которую вынула из своей сумки. Саша смотрел на это переоблачение едва ли не с восторгом. Он всегда знал, что дамская сумочка даже самых крохотных размеров является кладезем самых выдающихся предметов. Но трюк с пелеринкой, которая даже в сложенном состоянии казалась слишком большой для сумочки Кузьминой, произвел на Сашу особенное впечатление.

– И вы всегда таскаете с собой в сумочке все это? – уважительно спросил он.

– Не всегда. Но сегодня я собиралась на свидание с мужем. Хотела выглядеть понарядней, но вы с полицией так быстро появились, что я даже не успела ничего сообразить. – И Кузьмина снова печально улыбнулась: – С мужем вот не пригодилось, а для Митьки расстараюсь. Повторите, что он должен там сказать?

Саша пояснил. И Кузьмина отправилась охмурять санитара. Обратно она появилась спустя полчаса. Вид у нее был торжествующий.

– Все получилось! Этот гад такого на себя наговорил… Признался, что Кузьмин просил тело всего на одни сутки, обещал вернуть. Но этот гад все равно взял с мужа деньги. И еще несколько раз это повторил, наверное, чтобы я получше уяснила, какой он весь из себя ловкий и предприимчивый.

– Это замечательно! – искренне обрадовался Саша. – Это победа! Надеюсь, вы ему объяснили, что если теперь он пойдет в полицию с доносом на Кузьмина, то сам попадет под удар первый.

– Объяснила.

– И что он?

– Еще не понял. Когда я уходила, он все еще думал.

В этот момент двери больницы резко распахнулись, и оттуда вылетел давешний знакомец. Рот его был широко раскрыт, глаза выпучены.

– О! – воскликнула Кузьмина. – Додумался!

Санитар тоже увидел ее и бросился к своей несостоявшейся любовнице со всей доступной ему прытью. Скорость для такого неуклюжего увальня он развивал совсем неплохую.

И Саша занервничал. Прямое столкновение с этим динозавром в его планы не входило.

– Садитесь в машину! Скорей!

Кузьмина не заставила себя долго упрашивать. Она лихо вскочила в машину, и они рванули с места. И очень вовремя, потому что взбешенный Митька был уже совсем близко. Еще секунда – и он вытряс бы из них и душу, и диктофон. Но судьба была на стороне героев. И растопыренные пальцы санитара лишь царапнули по стеклу, не причинив ни машине, ни сидящим в ней людям никакого вреда.

– Ну что, теперь домой?

– Да. Соберу вещи, еду, отнесу все это мужу в отделение. Неизвестно ведь, сколько ему еще сидеть, пока разберутся с его делом.

– Я вас подвезу.

– Буду признательна.

У дверей полицейского отделения они тепло простились. Кузьмина пошла к мужу. А Саша поехал в музей. Надо же иметь совесть и хоть иногда появляться на своем рабочем месте.