8, 9 — аут - Владимир Буров

За дверью никого не было. Они начали праздновать

— Хорошо, что сегодня, в такой знаменательный для всех нас день никого не убили. Ведь обычно без этого не обходилось. Будь то боксерский турнир или праздник Нового Года. — Они выпили стоя.

Потом они едят и разговаривают.

— Это хорошая идея, — сказала Алексей.

— Какая? — спросила Даша.

— Что убийства происходили в праздники.

— Чем же это хорошо?

— Ну, как же, — продолжал Алексей, — значит, это были ритуальные праздничные убийства. Осталось только узнать, зачем в праздник обязательно кого-то приносить в жертву. Хотя сейчас вроде бы так не делается, но раньше это была обычная практика.

— Мне кажется, ты противоречишь самому себе, — сказала Анна Владимировна. — Как раз сейчас каждый праздник кого-то приносят в жертву.

— Но сегодня же этого не было, — сказала Даша.

— Вы так оба говорите, как будто выпрашиваете:

— Грохнете же, наконец, кого-нибудь!

— Я вам точно говорю, вы допроситесь. Все было так хорошо, так прекрасно. Прошу вас, не надо больше об этом, забудьте.

— Ну, хорошо, — сказала Даша, — давайте еще выпьем. Мне французского коньяка.

— Действительно, хорошо, — сказала Анна Владимировна. И добавила: — Не хватает только собаки.

— Собаки? — переспросил Алексей.

— Собаки? — переспросила Даша. — Зачем нам собака?

— Мне кажется, с собакой я буду чувствовать себя спокойно во сне, — сказала Анна.

— Спокойней? — переспросила Даша.

— Не спокойней, а спокойно. Ведь собаки и кошки охраняют нас от злых…

— Духов? — спросил Алексей.

— Злые духи живут в людях, — сказала Анна Владимировна. — Значит, не от духов, а от людей.

— Похоже, собакой сегодня буду я, — сказал Алексей. И добавил: — Спать-то мне негде. Здесь только две комнаты и две кровати.

Дамы помолчали, потом хором сказали:

— Спи здесь, в этой большой комнате.

— Можешь постелить себе коврик на диване.

— Уверен, сегодня мне приснится страшный сон, — сказал Алексей.

— А я буду спать, как убитая, — сказала Даша.

— Я тоже, — автоматически сказала Анна.

— Не надо так говорить, — сказал Алексей.

— Вам легко, — сказала мать Даши, — вас не били на турнире. Вы, можно сказать, были на курорте. А мы ведь едва живые.

— Да, теперь вы будете говорить, что в отличие от многих других испробовали на себе удар Кубинской Длинной.

Далее, сон продолжается.

Алексей еще смотрел телевизор, когда в комнату вошли трое.

— Где остальные? — спросил один лысый и бородатый.

— Кто такие? — подумал Алексей. — Похожи на духов. Эх, щас бы пулемет!

— Проснись, парень, — махнул рукой этот лысый.

— Кто вы такие? — хрипло спросил Алексей.

— Зови меня…

— Простите, я не расслышал?

— Может, ему уши прочистить? — спросил другой.

— Зови меня Крил, — повторил дух.

— А можно, я буду всех так звать? — спросил Алексей. — На самом деле вы так похожи. Как духи в Афгане. Я там их перебил!..

— Чё, много? — спросил Крил.

— Да. Я был пулеметчиком.

— Врет, — сказал второй. И добавил: — Давай, быстро оделся, и в кибитку.

— Пока вы не представитесь, я никуда не поеду.

— За рога поведем, — сказал Крил.

— Один день прожить по-человечески и то не дадут, — сказал Алексей, и поискал шкафу новый спортивный костюм адидас.

Его привезли куда-то и бросили в одиночку. Он так хотел спать, что не дождался ни подушки, ни матраса. Кстати говоря, их так и не принесли. Без завтрака его повели к начальнику.