Пепел надежды - Чингиз Абдуллаев

Казбек сцепил зубы и пробормотал ругательство. Он не зналкак разговаривать с этим странным человеком. Через час они были уже на месте. Внебольшом поселке стояло несколько грузовиков. Около них ходили вооруженныеавтоматами люди. Они подъехали прямо к грузовикам. Казбек выпрыгнул из машины идовольно долго беседовал с человеком средних лет в военной камуфляжной формебез погон. Потом сделал знак рукой. Высоченко выбрался из автомобиля, подошел кАртему.

— Отсчитайте четыреста тысяч, — тихо сказал он емуи только после этого направился к Казбеку, стоявшему рядом с неизвестным.

— Привезли товар, — радостно сообщилКазбек, — все, что мы просили.

Отдадут вместе с двумя машинами. В качестве презента. Еслидобавим еще пятьдесят тысяч.

— Хорошо, — кивнул Высоченко, — но я долженпосмотреть, что за товар.

— Чего там смотреть, — пожал плечами человек вкамуфляже. У него было полное бабье лицо с жирными складками и маленькиепоросячьи глазки. Он явно торопился.

Высоченко обратил внимание, что остальные его люди,охранявшие машины с оружием, были в форме офицеров и прапорщиков вооруженныхсил. Он поднялся в кузов, открыл один ящик. Здесь лежали гранатометы.Упакованные, в маслянистой бумаге. Высоченко задумчиво потрогал их. Потомпопросил открыть другой ящик В нем находились автоматы. Полковник поднял один.Это была последняя модернизированная модель универсального автоматаКалашникова, которая еще не поступила на вооружение армии. Высоченко нахмурилсяи закрыл крышку. Он спрыгнул на землю и пошел ко второй машине.

— У нас здесь есть даже управляемые снаряду «земля —воздух», — улыбнулся ему прапорщик стоявший у машины.; — Если хотите,можем привезти…

— Управляемые, снаряды, — кивнул, тяжело дыша,Высоченко. Он вдруг резким ударом кулака свалил прапорщика на землю. —Управляемые снаряды!..

— заревел он, оборачиваясь и бросаясь к человеку вкамуфляже, приехавшему во главе группы.

Тот испуганно попятился. Высоченко схватил его за шиворот.

— Это ведь армейское оружие со складов! — хрипелон. — Как же ты можешь, сукин сын, торговать всем этим? Мы там умирали, аты у нас за спиной оружие продавал, гнида!

— Стой! — раздалось у него за плечами, и онпочувствовал, как ему в спину уперлось дуло автомата.

— Отпусти его, — сказал уверенный голос. Полковникобернулся. Позади него стоял один из продавцов оружия в капитанской форме.

— Сукин сын! — сказал полковник, обращаясь кнему. — На нашей крови деньги себе делаете. Вам нужно, чтобы война здесьникогда не кончилась.

— А ты, моралист? — спросил капитан, грязновыругавшись. — Ты разве сюда не за товаром прибыл? Или деньги твои чистые?Плати деньги и проваливай.

Тоже мне, архангел Божий.

— Откуда оружие? — спросил Высоченко, все еще неотпуская человека в камуфляже. Но капитан не стал медлить. Он поднял прикладавтомата ударил полковника. Тот упал. Капитан навел дуло автомата в лицоупавшему.

— Кончай дергаться, — зло посоветовал он, —мы решим, что ты сюда не за оружием приехал, а хочешь подставить нас. Если тебенужны машины, бери их.

Если не нужны — проваливай.

— Подожди, — отвел его автомат бросившийся к нимКазбек. — Вон деньги несут. Ты не видишь разве, он раненый был, не в себечеловек.

Капитан убрал автомат и плюнул себе под ноги. Прямо рядом слежавшим на земле Высоченко. И отошел. Другой продавец начал считать деньги.Стоявшие около грузовиков вооруженные люди опустили свои автоматы.

— Все правильно, — кивнул считавший деньги, —ровно четыреста тысяч.

Еще пятьдесят — и две машины ваши. Чтобы не перетаскиватьоружие.

— Нет, — возразил Казбек, — твои машины намне нужны. У нас будут свои.

Сейчас мы уедем. Вечером тебе пригонят твои грузовики.

— Как хочешь. Мне все равно.

Высоченко поднялся с земли. Он понимал, что глупо сорвался.Оружие было заказано, его группа не могла обойтись без него. И капитан был прав— деньги, которые они привезли, были в крови убитых. Но все равно он чувствовалсебя очень плохо. Дно дело — грабить банки, а совсем другое — подавать родину исвоих товарищей, считал половник. И хотя такие рассуждения были изначальнопорочны и он подсознательно понимал это, тем не менее для него, офицера,прошедшего войну, подобное предательство было неслыханным кощунством.

Еще тогда, когда их перебрасывали на эту грязную войну,среди солдат и офицеров ходили слухи о предательстве генералов и штабных крыс,которые находились в тылу. У чеченцев неожиданно появлялись самое совершенноеоружие последних моделей, самые надежные аппараты связи. Они знали о всехпередвижениях воинских частей и даже знали пароли, которыми офицеры вызывалидруг друга. Без массового предательства такое было бы невозможно. Чеченскаявойна была самой грязной и подлой, которую только можно было себе представить.

Куда уж хуже, если генерал, одной рукой посылающий своихсолдат на смерть, другой рукой продавал их врагам оружие и боеприпасы.

И хотя подобные слухи доходили и до полковника, он всегда ихотвергал, считая невозможным подобное невероятное предательство. Увы, теперь онбыл вынужден убедиться в этом лично.

Всю дорогу назад он угрюмо молчал. Казбек, понимавший егосостояние, ничего не говорил. Даже Серебряков, испуганный случившимся, сидел,забившись в угол, и ничего не пытался обсуждать. К четырем часам дня они ужебыли в Минводах.

— Грузовики подождут нас на нашем складе, — решилКазбек. — А мы поедем за машинами, чтобы сразу перегрузить на них оружие.

Высоченко молчал, закрыв глаза. Кажется, его уже ничего немогло удивить в этой жизни.