Я, опять я и еще раз я - Нора Робертс

Задняя стена была открыта. Вернее, дверь, мысленно уточнила Ева. Дверь имела добрых шесть дюймов в толщину, и теперь было видно, что изнутри она снабжена рядом сложных замков.

— Су-у-упер, — пропела Пибоди, подходя к проему.

Рорк, уже вошедший внутрь, обернулся и послал ей улыбку.

— Это старое аварийное помещение, превращенное в укрепленный потайной кабинет. Входишь внутрь, закрываешь дверь, включаешь запоры, и снаружи тебя уже не достать. Вся электроника функционирует автономно. — Он указал на настенные экраны. — Полное наблюдение за домом, снаружи и внутри. Запасы еды. Тут можно пережить любой штурм. Возможно, даже ядерную атаку.

— Записи. — Ева не отрывала глаз от пустого экрана компьютера.

— Доступ закодирован и блокирован безотказным устройством. Я мог бы его обойти, но…

— Мы заберем его в управление, — перебила его Ева. — Вещественные улики надо сохранить в целости.

— Это можно, но я тебе уже сейчас могу сказать, что записи, скорее всего, стерты. И здесь нет ни единой дискеты.

— Значит, он успел их уничтожить. А может, она их забрала. Если второе верно, значит, она знала о тайной комнате. Жена должна была знать. Даже если Айкон ей не сказал, она все равно знала. Во-первых, она художник. Должна понимать, что такое симметрия, пропорции, баланс. В ванной пропорции нарушены. — Ева в последний раз пристально оглядела комнату, вышла и принялась снова изучать кабинет.

— Он не стал бы уничтожать диски, — решила она. — Он слишком педантичен, слишком похож на своего отца. А этот проект — дело всей их жизни. Это их миссия. Он не ждал смерти, и у него есть этот бункер. На этот счет он спокоен. Он вообще считает, что ему ничто не угрожает, ну, разве что я пристаю со своими расспросами. И еще он понял, что его отец держал записи — пусть даже зашифрованные — в открытом доступе. Поэтому он решил проверить бункер, просто чтобы удостовериться, что все в порядке.

— Если он знал женщину, убившую его отца, разве он не боялся, что она придет за ним? — Пибоди вышла вслед за Евой. — Может, он поэтому отослал жену и детей? Ради их безопасности.

— Если бы он думал, что к его сердцу приставлен скальпель, мог бы хоть вспотеть. Но он не вспотел. Он разозлился, когда я начала копаться в прошлом его отца. Встревожился, даже испугался, что смерть отца вызвана их работой, что из-за нас она может застопориться. Если бы он опасался за свою жизнь, побежал бы прятаться. Он не вернулся бы домой и не стал бы принимать транквилизатор. Стандартный, легкий. Моррис, — пояснила Ева, не дав Пибоди задать вопрос. — Если были записи, — добавила она, — их забрала убийца. Весь вопрос: что было в этих записях? И зачем они ей нужны? — Она повернулась к Рорку. — Давай взглянем вот с какой стороны. Ты хочешь уничтожить некую организацию, компанию. Разрушить ее или захватить. Что ты будешь делать?

— Есть несколько ходов. Но самый быстрый и безжалостный — отрубить ей голову. Отдели мозг, и тело упадет.

— Да, что-то в этом роде. — Губы Евы скривились в мрачной усмешке. — Айконы — отец и сын — были весьма башковитыми. Но даже при этом тебе потребуются данные, любые сведения, какие сможешь собрать. Особенно внутренняя информация. Они же не в одиночку проворачивали это дело! Ты захочешь узнать и других игроков. Даже если ты знаешь, кто они такие, тебе понадобятся данные. И ты захочешь замести свои следы.

— Думаешь, убийца будет убирать других игроков, замешанных в проекте?

Она кивнула.

— Убийца говорит себе: «Эй, с какой стати закругляться на этом?» Вызывай сюда экспертов, Пибоди. А потом мы едем в управление. Нам предстоит освоить кучу печатного материала.

Ева стала спускаться, пока Пибоди звонила в управление.

— Да, Надин придет на День благодарения, — сказала Ева Рорку. — И хочет привести кавалера.

— Прекрасно. Я уже поговорил с Мэвис. Она сказала, что они с Леонардо будут с боем.

— С каким боем?

— С боем часов, я полагаю.

— Какое дурацкое выражение! Совершенно непонятно, что оно означает.

— Гм. И еще Мэвис просила передать Пибоди… Нет, погодите, я боюсь что-нибудь перепутать. Если я свяжусь с вами раньше, чем она сама подаст голос, я должен вам передать, что она заарканила Трину, и, если вам по кайфу, они сегодня вечером забили стрелку у Даллас.

Ева побелела.

— Что там у Даллас? Трина? Нет.

— Тихо, тихо, — Рорк успокаивающе похлопал ее по спине. — Мужайся, мой маленький солдатик.

Вместо этого она как тигрица набросилась на Пибоди.

— Что ты наделала?

— Я… я просто хотела что-нибудь сделать со своими волосами и посоветовалась с Мэвис.

— Ах ты, зараза! Да я тебя убью! Голыми руками!

— Можно мне сначала нарастить волосы? — робко спросила Пибоди.

— Я тебе покажу, как наращивать волосы!

Она бы прыгнула, но Рорк обхватил ее сзади обеими руками и удержал на месте.

— Бегите, Делия, — сказал Рорк, но Пибоди уже сама все поняла и опрометью выбежала из дома.

— У тебя еще будет возможность убить Трину, — успокоил он Еву.

— Не думаю, что ее можно убить, — возразила Ева, вспоминая Трину, специалистку по уходу за волосами и кожей, единственное существо во всей вселенной, вселявшее в нее ужас. — Пусти! Я не убью Пибоди. Пока не убью: она мне нужна.

Рорк повернул ее лицом к себе и крепко сжал.

— Что еще я могу сделать для вас, лейтенант?

— Я дам тебе знать.

Выйдя на улицу, Ева убедилась, что Пибоди испарилась без следа. Отмахнувшись от Рорка, она опустилась на ступеньки и стала ждать прибытия бригады экспертов. Поскольку ее день был безнадежно испорчен перспективой вечерних косметических процедур, она позвонила в лабораторию и провела раунд перебранки с заведующим лабораторией Диком Беренски, известным под кличкой Дикхед.

— Фрукты были чисты. И, между прочим, превосходны на вкус. Сыр, крекеры, чай — все чисто. Сыр натуральный, из коровьего и козьего молока. Высший сорт. Не повезло парню: умер, так и не отведав.

— Ты сожрал мои вещественные улики?

— Продегустировал. И какие это улики, если они не были отравлены? Снял пару женских волосков — натуральная блондинка. Один с его свитера, два с дивана. На орудии убийства — nada. Полная изоляция. Никаких отпечатков на подносе. Ничего на тарелке, чашке, блюдце, чайнике, фруктах. Вообще нигде ничего.

«Отпечатков нет, — размышляла Ева. — Если бы Айкон сам принес поднос, он оставил бы отпечатки». Да, отсутствие отпечатков работало на ее теорию.

— Лейтенант?

Пибоди остановилась на безопасном расстоянии. Она балансировала на цыпочках, словно готовясь убежать при первых признаках опасности.