Затаившийся - Грегг Олсен

Я смотрю, как Кристен запивает утренним кофе пригоршню разноцветных гормональных таблеток. Ее светлые волосы еще не высохли после душа, и, хоть она и не успела накраситься, я думаю, что во всем мире не найти более прекрасной женщины. В такие моменты я порой не могу понять, как вообще смотрел на другую. Она словно подобрала меня из грязи и устроила здесь, в этой райской жизни.

Она улыбается:

– Не отчаивайся, Коннор. Все будет хорошо.

Я не знаю, что она имеет в виду – что ей удастся забеременеть или что у меня все будет хорошо.

Как бы то ни было, я ей благодарен.

* * *

Кристен отправляется на работу, а я включаю кулинарное шоу и убавляю громкость. Мика Рейнольдс, шеф-повар «Синей двери», трижды пытался попасть туда, но безуспешно. Он хороший парень и очень талантлив. Но я не уверен, что ему под силу соревноваться с ребятами вроде Бобби Флэя и Масахару Моримото. Если ты чего-то хочешь – еще не факт, что получишь. Я никогда не верил, что одним только упрямством можно чего-то добиться.

У Мики и его жены Сары тоже проблемы с зачатием. Я ничего об этом не знал, пока не услышал случайно, как Мика сказал ей что-то про базальную температуру. Я всю сознательную жизнь провел в ресторанах и прекрасно знал, что это не кулинарный термин. Кристен и я погрязли в том же болоте.

* * *

Однажды вечером, когда персонал успел разойтись по домам, мы с Микой немного выпили, готовя ресторан к закрытию.

– Я тебя понимаю, – сказал я ему.

Он посмотрел на меня полуприкрытыми глазами:

– В каком смысле?

Мне следовало промолчать. Это очень личная проблема. Но я продолжил.

– Я услышал, о чем вы говорили на днях, – сказал я, следя за его реакцией. – Мы с Кристен тоже безуспешно пытаемся зачать.

Мика – крупный парень с двумя золотыми серьгами и редеющим хвостом. У него широкая грудь и руки, которыми не может похвастаться ни один другой повар. Он мог бы отправить меня в нокаут. Но вместо этого просто кивнул.

– Да, – сказал он. – И вы тоже?

– Раз за разом, – ответил я. – Зная мою жену, думаю, она никогда не сдастся.

– У меня такая же, – сказал он, доставая из бара бутылку дорогой текилы. Он плеснул ее мне в кофейную кружку; бокалы уже были в мойке, и он не любил оставлять посуду в раковине на ночь. Я дождался, пока он нальет текилу в свою кружку.

Мы оба выпили алкоголь залпом.

– Это нелегко, – сказал Мика, а потом признался, что Саре было еще тяжелее. Намного. – У меня есть двое детей от Дарлы, – добавил он, – так что дело не во мне.

Я жестом попросил его налить еще текилы. Это был Patrón. К тому же, бесплатно. Хотя одна из этих причин была лучше другой. Бесплатная выпивка всегда меня подводила. Дешевые бутылки, стоящие на самой нижней полке в магазине. Откровенно говоря, я скатывался все ближе к алкоголизму с самой аварии. Или я уже тогда был алкоголиком? Кто знает?

Мика налил нам еще.

– Да, – сказал я. – У меня тоже.

Он посмотрел на меня настороженно:

– Я не знал, что у тебя был ребенок до Кристен.

Никто в ресторане этого не знал. Я бы не стал это обсуждать. И даже упоминать.

– Не до, – признался я. – Я не говорю об этом с Кристен. Вообще ни с кем не говорю. Просто знаю, как и ты, что проблема не во мне.

Мика отстранился и не стал развивать тему.

– Неловкое положение, – сказал он, предлагая налить еще.

Я прикрываю пустую кружку ладонью. Я достаточно умен, чтобы не напиваться с шеф-поваром. Он владеет рестораном.

– Да, – сказал я ему. – Каждый месяц одно и то же. Меня это убивает, как и ее. Она не желает усыновлять или использовать чужие яйцеклетки для ЭКО. Хочет забеременеть сама.

– Сара тоже, – сказал Мика. – Я говорил, что мы можем усыновить, и к тому же, она уже стала мачехой для моих детей. Но ее это не устраивает. Она хочет родного ребенка. Как будто материнство – это какая-то почетная медаль.