Мертвые хризантемы - Марина Крамер

– А я что-то неприличное спросила? – удивилась Каргополова. – Я спросила только, мог ли он войти в вашу спальню и взять, скажем, заколку из футляра. Больше ничего меня и не интересует.

– Нет! – твердо заявила Анита. – Натан никогда не позволил бы себе подобную вольность. Он вообще не поднимается на второй этаж, все вопросы мы решаем либо в гостиной, либо в кабинете, а он тоже на первом этаже. Совершенно исключено!

Полина выразительно посмотрела на сидевшего напротив Кучерова, давая понять, что опросить его все равно необходимо, и Вячеслав еле заметно кивнул и обратился к Аните:

– Можно личный вопрос?

Та сперва замерла, но тут же взяла себя в руки и кивнула:

– Если это необходимо.

– Вы адвоката для Дины наняли?

– Я так понимаю, ее пока ни в чем не обвинили.

– Это вопрос времени. Практически нет сомнений, что обвинение ей предъявят, слишком много улик, происхождение которых она никак не может объяснить. Так что по поводу адвоката я бы уже сейчас подумал, Анита Геннадьевна.

Она взялась пальцами за виски и пробормотала:

– Если я найму адвоката, об этом мгновенно станет известно… и тогда можно снимать свою кандидатуру, меня просто уничтожат…

Полина увидела, как багровеет лицо Вячеслава, он с трудом сдерживался, чтобы не наговорить лишнего. Ей и самой стало как-то не по себе – возможно, Дину обвинят и посадят, а Анита думает только о предвыборной гонке. Понятно, Кику ей не дочь, но все-таки… Но она давно взяла себе за правило не осуждать никого и ни за что, не понимая до конца мотивов, потому постаралась переключить мысли на что-то другое.

– Мы можем сейчас подъехать к вашей домработнице и взять у нее список гостей, приглашенных на прием? – спросила она, и Анита закивала:

– Конечно! Я сейчас ей позвоню, она приготовит.

– Спасибо. У меня пока больше нет вопросов, извините, что отвлекли.

– Мерзкая все-таки баба, – мрачно изрек Кучеров, когда они оказались на улице. – Никогда бы не подумал… Как ни крути, а ведь почти двадцать лет она с Динкой живет, как так можно, вообще не понимаю.

– Анита строила карьеру, – пожала плечами Полина. – А теперь Дина может разрушить все это в одну минуту. Ведь вы не хуже меня понимаете, что начнется, когда в прессе станет известно о задержании. Кстати, удивительно, что прошли сутки, а еще нигде ничего.

– Думаю, что Анита через кого-то подсуетилась, и в прессу пока никто не сливает. Но вечно скрывать не получится.

– Слава, а вы не знаете подругу Кику? – вдруг вспомнила Полина. – Людмилу Лагутину?

Кучеров вдруг замер и наморщил лоб, что-то вспоминая:

– Погодите-ка… сегодня по сводке прошел самоубийца. Молодой мужик повесился в туалете железнодорожного вокзала, какая-то знакомая фамилия… – он защелкал пальцами. – Как же… нет, не вспомню, сейчас… – он полез в карман, вынул мобильный и набрал номер: – Дежурный? Это майор Кучеров. Напомни-ка мне фамилию висельника с вокзала. Как? Ну, точно, Лушников же! Спасибо, дорогой, – он убрал телефон. – Лушников Владислав Игоревич.

– Лушников? А я тоже где-то эту фамилию видела, – удивилась Полина. – Не пойму только, какая связь между моим вопросом и этим повесившимся Лушниковым.

– А связь прямая. Опознавать его в морг приезжала Лагутина Людмила Васильевна, психотерапевт, услугами которого он пользовался.

– Вообще ничего не понимаю… Фамилия Лагутиной всплыла у меня только сегодня утром во время допроса Кику, а фамилию Лушникова я определенно видела раньше. Стоп! А почему – видела?

– Да потому, что эта фамилия была в распечатках переписок Кику с сайта знакомств! – объявил Кучеров. – Потому вы и говорите «видела» вместо «слышала».

Полина опустилась на скамью, к которой они как раз подошли, вынула сигареты и пробормотала:

– Это что же получается? Кику переписывается на сайте знакомств с человеком, который знаком с ее подругой, более того – является ее пациентом. Интересно, а трое убитых не обращались за помощью к этой самой Лагутиной?

– Сейчас мы посмотрим, где она принимает, и навестим ее. Думаю, нам найдется о чем с ней поговорить. У Кику не так много друзей, а Людмила явно была вхожа в дом, может что-то интересное рассказать, – решительно заявил Вячеслав, подавая Полине руку и помогая подняться со скамьи.

Адрес медицинского центра, где вела прием Людмила Лагутина, Кучеров нашел быстро, это оказалось совсем недалеко от мэрии, в районе бульваров. Красивый старинный особняк, хорошо отремонтированный и разделенный на две половины, был окружен небольшим сквериком. На круглых клумбах остались только оранжево-коричневые шафраны – эти цветы всегда ассоциировались у Полины с такой вот теплой, солнечной осенью.

На парковке, через которую нужно было пройти к центральному входу в особняк, Вячеслав вдруг остановился у довольно старой «Мазды» и даже присел на корточки, рассматривая переднее колесо и крыло.

– Что там? – поинтересовалась Полина, подходя ближе.

– Смотрите, как странно получается. Машина не новая, краска везде одинаковая, а вот тут – свежая и отличается. – Он обвел пальцем небольшой участок на крыле машины. – Видите?

– И что? Недавно владелец где-то ткнулся, выправил и покрасил, может, нет сейчас денег красить всю машину. Да там и не видно почти.

– Да? Ну, возможно… – как-то странно посмотрел на нее Кучеров и, поднявшись, открыл папку. – А вот давайте ради интереса сравним след протектора, вдруг… теперь видите? – он поднес снимок к колесу.

Полина наклонилась и тоже поняла, что имеет в виду Вячеслав.

– Почему вы за эту машину взглядом зацепились?

– Не знаю. Свежая краска на крыле – а сама машина не покрашена. Надо владельца установить.

– Так сейчас спросим, парковка-то закрытая, значит, владелец здесь работает.

В просторном холле было две стойки администратора – одна принадлежала центру коррекции веса, а другая – частному психотерапевту Лагутиной Людмиле Васильевне, о чем свидетельствовала табличка на стене. За стойкой сидела симпатичная девушка в белой блузке с пышными рукавами-фонариками. Она приветливо улыбнулась:

– Вы к Людмиле Васильевне? По записи?

– Нет, мы по другому делу. – Кучеров развернул удостоверение. – Она у себя?

– Да, но у нее пациент, – немного растерянно произнесла девушка. – Сеанс прерывать запрещено…

– Ничего, мы подождем, – сказала Полина.

– А вы не подскажете, кому принадлежит во-о-он та «Мазда»? – отодвинув в сторону полосу жалюзи, спросил Кучеров, указывая на машину.

Девушка выглянула в окно:

– Это Людмилы Васильевны машина.

Полина и Вячеслав переглянулись.

– Присаживайтесь. Могу я предложить вам чай, кофе или, может, минеральную воду? – заученно спросила администратор.

– Нет, спасибо, ничего не нужно. Скажите, а до конца сеанса осталось много времени?

– Около десяти минут, – бросив взгляд на настенные часы, сказала девушка. – Людмила Васильевна никогда не задерживает пациентов.

– А следующий прием у нее во сколько?

– Через час.

– Прекрасно, нам как раз хватит времени побеседовать.

Кучеров, отойдя в сторону, негромко разговаривал по мобильному, и Полина, прислушавшись, поняла, что он отдает распоряжения Речковскому – тот должен был поехать за списком гостей к домработнице и попутно ее допросить.

Ровно через десять минут дверь кабинета распахнулась, и оттуда вышла женщина в ярком