Три ступеньки в небо - Наталья Андреева

«Если хочешь, чтобы все было сделано так, как надо, берись за дело сам», – думал Орлов, паркуясь у дома, где жили Сашкины родители. Начальник службы безопасности – идиот законченный, есть такой подвид в классификации человеческих особей. Нет, если отбросить эмоции, бывший опер, конечно, толковый парень, иначе не сделал бы карьеру на его фирме, но мозги у него работают слишком уж медленно. Отряд «тормоз дубинус», много их там, в этом отряде, и все немаленькую зарплату получают. А за что, спрашивается? Пока служба безопасности, или отряд «тормоз дубинус», – под руководством законченного идиота – найдет Туманова, Аля будет окончательно потеряна. Надо отыскать Сашку раньше. То есть браться за дело самому.

«Ну почему тогда, три года назад, я повел себя как дурак? – казнил он себя. – Зачем я сохранил ему жизнь?» – «Ты прекрасно знаешь зачем, – тут же вступился Евгений Орлов за Евгения Орлова. – Чтобы заполучить его деньги. Кома в то время была тебе гораздо выгоднее, чем Сашкина смерть, и ты поступил так из выгоды. А теперь пожинаешь плоды своей жадности. Либо дудочка, либо кувшинчик, другого не дано. Жить – это значит выбирать. Решать, что для тебя важнее, дудочка или кувшинчик. Аля – дудочка. Волшебная свирель, которая еще способна пробудить твои чувства. А кувшинчик – это кубышка, наполненная деньгами. Ты сохранил Туманову жизнь и потерял Алю…»

– Еще не потерял, – вслух сказал он, присаживаясь на лавочку у знакомого подъезда.

Надо перевести дух и подумать, как вытянуть из Сашкиных родителей нужную информацию. Слабое звено – Ирина Витальевна. Потому что она женщина. Но как знать? Может, она, напротив, сильнее? Она мать, следовательно, сына не сдаст. Сашка наверняка рассказал ей о своих подозрениях. Значит, надо действовать хитростью.

День был очень уж теплым для октября, просто невероятно теплым, поэтому плащ он оставил в машине. Его жизнь проходила в офисе, дома и в развлекательно-спортивных центрах, то есть все время под крышей, поэтому сейчас он с наслаждением вдыхал осенний воздух с пряным привкусом опавшей листвы.

– Здравствуй, Женя!

Он поднял голову: консьержка. Как ее там…? Галина Ивановна! Как всегда в критической ситуации, его мозг включился на полную. Голова была удивительно ясной, он боролся, значит, жил. Его принцип: если есть хоть один шанс из ста, что дело выгорит, а девяносто девять против, то надо использовать этот единственный шанс по максимуму. Надо бороться до конца.

– Добрый день, Галина Ивановна! Вы, как всегда, цветете! – он включил свою мужскую харизму тоже на полную, и она расцвела от удовольствия.

– Ты кого-то ждешь? Уж не Алю ли?

– А она разве сюда заходит?

– Только что ушла. Вы, Женечка, с ней разминулись.

«Аля была здесь?! Я так и знал! Она решила действовать самостоятельно! Надо выяснить, чего она добилась».

– Они с Ириной Витальевной очень сдружились во время Сашкиной болезни. Значит, Аля не перестала ее навещать и теперь, – задумчиво сказал он.

– Так ее же нет дома! Ирочки!

– Куда же она ушла? В магазин?

– Не ушла, а уехала. Ее уже давно нет. Вместе с Сашей и уехала.

– Ах вот как…

«Идиот законченный, – мысленно обругал он начальника службы безопасности. – Нет, хуже, кретинус максимус! Уволю сволочь! С родителей надо было начинать! С родителей! И прочих родственников! Золотое правило!»

– Куда же они поехали, Галина Ивановна? – вкрадчиво спросил он, гипнотизируя женщину своей неотразимой улыбкой. – Вы ведь у нас все знаете. Не в Кисловодск? Сашке сейчас минеральная водичка не помешает.

– Этого не знаю, Женечка, – с сожалением сказала она, тая под его взглядом. Он всегда извлекал из своей внешности максимум пользы.

– А что Игорь Александрович?

– Работает. День и ночь работает, – притворно вздохнула консьержка. Проблемы Игоря Александровича ей были до фонаря, а вот поговорить о них – охота. – Я его почти и не вижу… – развела руками Галина Ивановна. – Уходит засветло, приходит затемно и все рукой машет: некогда, мол, потом. А я все о Саше спросить хочу: как он?

– Что же Игорь Александрович так надрывается-то?

– Должно быть, деньги нужны. В две смены работает, да еще квартиру они сдают.

– Какую квартиру? – насторожился Орлов.

– Сашину.

– А вы откуда знаете?

– Так жильцы ж приходили. Сказали: мы к Туманову, квартиранты его. Ты же меня знаешь, Женечка. Мимо меня мышь не проскочит! – гордо сказала она. – Я все должна знать: к кому, зачем, надолго ли? Мало ли какие жулики здесь шляются! Время нынче неспокойное, с работой плохо, вот люди и подворовывают. Недавно мою сменщицу развели. – Она так и сказала: развели. Блатной жаргон из бесконечных сериалов прочно вошел в жизнь обывателей, даже далеких от криминала. – Прошмыгнули в подъезд, поднялись в лифте на последний этаж и зажгли там газеты…

Он рассеянно слушал захватывающий триллер о том, как из каморки консьержки была похищена «база данных»: тетрадка с номерами мобильных телефонов жильцов. Да, в наше время главная ценность – это информация.

– …и теперь мы собираем деньги на видеокамеру. Что с тобой, Женя? Ты меня не слушаешь?

– Простите, – он невольно вздрогнул. – На видеокамеру, значит. Что ж, разумно. А Игорь Александрович дома?

– Сейчас дома. Спит, должно быть. Умаялся сердешный. Лица на нем нет. Уж как мне его жалко, Женечка, – хитро посмотрела на него Галина Ивановна.

– Но с Алей они говорили? Долго она там пробыла?