Шансон для братвы - Дмитрий Черкасов

— Хватит, хватит, иди с Адольфом погуляй. Завтра Гурген с Нателой в гости приедут, вот и обсудишь с ним...

Вечером по кабельному каналу посмотрели «Хищника — Два».

Денису приснилось, что и у нас, недалеко от города, приземлился подобный отморозок с карманным лазером. Но век его был не долог — он легко вычислялся по глубоким следам на снегу, хотя местные жители им совершенно не интересовались и на следы внимания не обращали. Попытки спровоцировать их, чтобы взяли в руки ружья, успехом не увенчались — пришельца, в его защитном переливчатом одеянии, принимали за алкогольную галлюцинацию и побыстрее старались принять стакан, чтоб «глюк» испарился. В воинской части, расположенной по соседству, оружие никто не носил — это был строительный батальон.

Пришелец грустно слонялся по всей округе, пока не был случайно прибит пьяным кочегаром, уминавшим уголь совковой лопатой и не заметившим, по причине «невидимого костюма», несчастного «хищника».

«Здесь тебе не Америка», — с удовлетворением подумал Денис, проснувшись.

Абрамович заехал к Александру Николаевичу на работу, выпил с ним кофе и погоревал о сложностях в реализации часов. Рыбаков-старший успокоил приятеля, сказав, что часы в любом случае продадутся с большой выгодой. Об истинной ценности вещи он и не подозревал, полагая стоимость в пару тысяч долларов. Абрамович умолчал и о том, что часы до сих пор не переоформили на его паспорт, а у Дениса напрочь вылетело из головы проинформировать отца о нюансах поездки в магазин.

От чтения Дениса отвлекла жена.

— Гурген через полчаса приедет, пока в магазин сходи...

— Спасибо, что предупредила, надо кошелек спрятать, — по-дурацки пошутил Денис.

— Только ты с ним так не говори! — возмутилась Ксения. — Я не понимаю, и чего ты к нему прицепился? Он уже не знает, куда от твоих приколов деваться. Вроде умный мужик, а ведешь себя иногда как ребенок...

— Ладно, не буду, понял, — Денис поднял руки, — обещаю вести себя смирно, ментовских тем не затрагивать. Да, кстати, Ксюш, а Ксюш, а чего это мы не собираемся расширенным коллективом? Так сказать, смычкой разных социальных групп. Давай я Горынычу позвоню, Ортопеду, Глюка с Садистом позовем, приедут, посидим.

— Тьфу на тебя! — Ксения вручила мужу листок бумаги. — Ну не можешь ты успокоиться! Иди, я тебе написала, что купить!

— ...И все-таки я думаю, — с акцентом сказал Денис, — что Лазарян — еврейская фамилия. — Речь шла о том, что Гурген, в «девичестве» бывший Лазаряном, предусмотрительно взял фамилию жены и стал нейтральным Котовским. — Не было в древней Армении имени Лазарь.

— Зачем так говоришь? — Гурген уже минут сорок подвергался террористическим выходкам Дениса. — Это наша старая дворянская фамилия...

— Тогда было бы Тер-Лазарян или Еги-Лазарян. У меня знакомый есть, Вартан, он мне рассказывал. У него фамилия Еги-Миронян, так предки — духовенство... Фамилия — это производное от клички или имени, по законам лингвистики. Так что ты — ереванский еврей, сокращенно «е-е» — Рыбаков заржал.

— А у тебя предки — прибалты, — не унимался Гурген, — тогда ты — петербургский прибалт, сокращенно «пэ-пэ»...

— Лучше «пэ-пэ», чем «е-е»...

— Чем лучше?

— Лучше, чем армян, — Денис веселился вовсю. Ксения показала ему кулак. — Ты сегодня, кстати, себя на улице нормально чувствовал?

— А что?

— Не, ты ответь, ты вообще на улицу сегодня выходил или все на машине?

— Да выходил, выходил! Я, считай, полдня на улице провел. И что?

— Ветер просто сильный...

— Ну и что ветер?

— Ничего. Нормально так нормально...

— Но все-таки при чем тут ветер?

— Девчонки, — Денис решил отвлечь Гургена от метеорологических изысканий и обратился к Нателе и Ксении, — смотрите, какой у Гурика цвет лица здоровый! Розовенький! Я на него как омолаживающий крем действую!

Девчонки мило улыбнулись.

— Ты только не переусердствуй! — Ксения встала и поставила чайник. — В разумных пределах, а то впечатление создается, что ты из Гургена хочешь подростка сделать.

— Да ты что! Ни в жисть! Если я это сделаю, у него же любимые игрушки отберут — ксиву, «макар» и наручники...

— И все-таки я с ветром не понял, — снова встрял Котовский.

— Ой, да просто у тебя при встречном ветре голову должно сильно отбрасывать, и все.

— Почему? — не успел сориентироваться Гурген.

— Парусность носа большая... Тебе бы галсами[91]научиться ходить, — Денис показал как. Жены собеседников едва не упали со стульев. — Хотя нет, нельзя, со стороны такой походняк по синусоиде глупо смотреться будет. Словно следишь за кем-то, что-то вынюхиваешь...

Гурген чуть не лопнул.

— Тебе, как менту, — продолжил Денис, — надо на складе шлем с опускающимся стеклом потребовать. Нет ветра — поднял, есть — опустил. Простенько, но со вкусом. Во народ дуреть будет, подумают, что космонавт забыл переодеться... Крутой авангард модельного бизнеса, особливо на пляже.

— Эх, попадешься ты мне...

— Не выйдет! Я гоп-стопами не занимаюсь! Да ты и подумать не успеешь, как я уже цидулю вашему Недоделкину накатаю. Так, мол, и так, Василь Анатольевич, мусорок ваш совсем страх потерял, косорезит, простых лохов[92]на понт берет, сколько от него можно это терпеть? Или прям министру, Куличкову, с воплем — ах, операция «Чистые руки» под угрозой, Гурген-то ваш мылом неразрешенного образца пользуется! У вас в приказе — «Земляничное», а он «Хвойное» покупает! Скоро иголками покроется! Совсем ментозавры распоясались, покоя от них нет! И примерчик для обоснования — как вы мужику левому на захвате руку сломали...

— Случайно же было!

— Это ты министру расскажешь.

— Какую руку? — заинтересовалась Ксения.

— А-а! — Денис широко улыбнулся. — Это история, леденящая кровь! Они, орлы наши сообразительные, на захват поехали, разбойника какого-то брать. И описание мужика получили, умники: будет одет в джинсовую куртку. И все. Ни цвета не узнали, ни фирмы-производителя...

— Очень бы нам это помогло, — съязвил Гурген, — можно подумать, время есть фасоны разглядывать...

— Хорошо. Может, с курткой ты и прав... Но у вас же даже фотографии не было! Только и знали, что в это время по этому адресу должен мужик среднего роста прийти. Ну вот, расположились в парадном, ждут... Кстати, жильцы потом жутко возмущались — заплевано все, хабариков куча, на стенах нацарапали: «Здесь были Гурген Леопардов и Андрюха Менестрель»... это я твоего напарника, Трубадура, имею в виду. Еще «ГУВД — форевер[93]», рисунки всякие... Номера удостоверений на потолке спичками выжгли, скучно просто так сидеть...