Джокер - Кен Макклюр

Выходя из душевой вместе с Кейт Лайнхэм, Кэролайн выглядела более усталой, чем когда-либо. Она похудела, с горечью отметил Стивен, под глазами появились темные круги.

Кейт пыталась убедить ее взять выходной.

— Займись чем-нибудь, — посоветовала она. — Неважно, чем, просто смени обстановку.

— Я буду здесь. Я не видела, чтобы ты брала выходной.

— Я более привычна к подобным вещам, чем ты.

— Никто не может привыкнуть к такому, — упорствовала Кэролайн, отрешенно глядя куда-то вдаль.

— Решать тебе, — сдалась Кейт, — но, если ты заболеешь, никому пользы не будет. — Она повернулась к Стивену и сказала: — Я умываю руки. Проследите, чтобы она легла спать пораньше.

В этот день Кэролайн пришлось оставить автомобиль дома, поскольку он отказался заводиться, поэтому Стивен повез ее обратно на своей машине.

— Тяжелый был день? — спросил он, хотя ответ бы написан у нее на лице.

— Самый ужасный. Знаешь, я вообще перестала понимать, что происходит. С того момента, как я пришла в церковь, только три человека потихоньку начали выздоравливать. Все остальные умерли. Мы только и делаем, что убираем кровь, рвотные массы, мочу и дерьмо… целый день, каждый день, снова и снова… А потом они умирают.

Стивен глянул на Кэролайн краем глаза и увидел, что по щекам у нее катятся слезы, хотя лицо было бесстрастным.

— Кейт права. Тебе нужно отдохнуть хоть немного, — сказал он тихо.

— Не выйдет, — твердо ответила она. — Во всяком случае, до тех пор, пока к нам не придут еще медсестры-добровольцы.

— Ты уверена, что делаешь это не из подсознательного чувства вины? — спросил Стивен как можно осторожнее.

— Может быть, так и было вначале, — не протестуя, согласилась она, к удивлению Стивена, — но сейчас уже не из-за этого.

— Тогда почему?

— Знаешь, наверное, просто потому, что я надеюсь — кто-нибудь сделает то же самое и для меня, если мне это когда-нибудь понадобится, — сказала Кэролайн. — Это самая убедительная причина, которая приходит мне в голову.

— Я считаю, что ты к себе несправедлива, — вздохнул Стивен. — Но не буду смущать тебя уверениями, что ты необычная женщина. Лучше я накормлю тебя обедом.

— Ты серьезно?

— Абсолютно.

Остаток пути они провели в молчании. Кэролайн закрыла глаза, откинувшись на подголовник.

* * *

Еда, которую приготовили в гостинице, была обильная, хотя и холодная. Впрочем, поскольку оба они были голодны, но не особенно интересовались пищей, это не имело значения.

— Ты ничего не рассказал о том, как прошел день, — сказала Кэролайн, когда они сидели перед камином, не спеша потягивая вино.

Стивен сообщил ей о своих открытиях.

— Операция на сердце? — воскликнула она. — Но какое это имеет отношение к вирусу?

— Знаю, это звучит странно, — согласился Стивен, — но таковы факты, и я думаю, это больше, чем простое совпадение.

В глазах Кэролайн все еще читалось сомнение.

— Если бы им всем проводили хирургическое вмешательство в одной больнице в одно и то же время, я бы могла согласиться, что это подозрительно, но это не так, и даже время операции у всех разное. К тому же операции проводились несколько месяцев назад. Инкубационный период у этого вируса составляет от семи до десяти дней — как это вообще может быть связано?

— Понятия не имею, — признался Стивен. — Мне нужно поговорить с хирургом, чтобы хоть немного войти в курс дела.

— А пока, может быть, откроем вторую бутылку?

— Вода из Леты уже течет…

Через некоторое время Кэролайн соскользнула с кресла и села перед камином у ног Стивена, положив голову ему на колени.

— Сколько еще до Рождества? — спросила она. — Я потеряла счет времени.

— Десять дней, — отозвался он. Этот вопрос напомнил ему о Дженни. Видимо, ему не удастся провести с ней Рождество. Надо будет позвонить Сью и выяснить, как девочка это воспримет.

— Где ты его проведешь? — спросила Кэролайн, словно прочитав его мысли.

— Здесь, судя по всему. А ты?

— В церкви, — тихо ответил она, — складывая тела друг на друга. Интересно, как Господь разберется с таким количеством душ…

Стивен нежно потрепал ей волосы, она благодарно вздохнула.

— Боже, кажется, меня сто лет не гладили так, — пробормотала она.

Вино и тепло огня сделали свое дело, и Кэролайн вскоре заснула. Стивен осторожно встал с кресла, поднял ее на руки и отнес в спальню. Положив ее на кровать, снял туфли и накрыл одеялом. Центральное отопление автоматически отключилось, и в комнате было холодно.

Кэролайн сонно пошевелилась и, не открывая глаз, сказала:

— Значит, ты все-таки уложил меня в постель?

— Я обещал Кейт Лайнхэм, — прошептал Стивен и выключил свет.

Он выпил слишком много, чтобы садиться за руль, поэтому устроился на диване в гостиной. Проснулся он через несколько часов с ноющей шеей. Яростно растирая мышцы, он босиком подошел к окну, раздвинул занавески и протер запотевшее стекло. В свете уличных фонарей порхали крупные снежинки, белым ковром покрывая улицу и сад. Стивен поежился и взглянул на часы — было четыре часа утра. Не лучшее время суток для прилива оптимизма, но что-то в том, как снег бесшумно засыпал спящий город, заставляло задуматься о природе добра и зла.

— Ты, наверное, замерз, — сказала Кэролайн за его спиной. — Я не приготовила для тебя одеяло.

Повернувшись, Стивен увидел, что она стоит в дверном проеме.

— Все нормально, — улыбнулся он. — Не спится?

— Сплошные кошмары… Нужно выпить кофе. Ты будешь?

Он кивнул и задернул занавески. Кэролайн сварила кофе, и они уселись на диване, грея руки о кружки с горячим напитком и молча глядя на камин, который Кэролайн включила на полную мощность.

— У меня плохие предчувствия, — прошептала Кэролайн вдруг.

— Самый темный час — перед рассветом, — отозвался Стивен.

— Может, рассвета и вовсе не будет. Ты в курсе, что число самоубийств в городе за прошлую неделю выросло в восемь раз?

— Я не знал.

— Они считают, что это их вина. Родственники заболевших чувствуют себя беспомощными, потому что ничем не могут помочь — даже похоронить не могут своих близких из-за распоряжения всех кремировать.

Кэролайн зябко поежилась, и Стивен обнял ее одной рукой.

— Ты не сочтешь меня ужасно нахальной, если я предложу тебе лечь спать вместе? — спросила она, пристально глядя на огонь.

— Нет, — искренне ответил Стивен.