Горячая шестерка - Джанет Иванович

– Я обыскала весь дом, – сказала я. – Я не видела женских драгоценностей. Но если хочешь, можешь убедиться.

Она пожала плечами:

– Не больно я и надеялась. Надо было раньше спохватиться.

– Ты не боялась налететь на Ганнибала? – спросила Лула.

– Я рассчитывала, что раз Александр приехал на похороны, то Ганнибал живет в доме на побережье.

Мы все вместе спустились вниз.

– Как насчет гаража? – спросила Синтия. – Вы там смотрели? Не нашли случайно мой серебристый «Порше»?

– Черт, – высказалась пораженная Лула. – Ты ездишь на «Порше»?

– Ездила. Гомер подарил мне машину на наш полугодовой юбилей. – Она вздохнула. – Я же говорила, он мог быть очень милым, если хотел.

«Милым» в ее лексиконе, как я понимаю, означало «щедрым».

У Ганнибала имелся гараж на две машины, пристроенный к дому. Дверь туда вела из холла. Она была заперта на задвижку. Синтия открыла дверь и зажгла свет в гараже. Там стоял... серебристый «Порше».

– Мой «Порше»! Мой «Порше»! – оживилась Синтия. – Никогда не думала, что снова его увижу. – Она прекратила кричать и сморщила нос. – Что это за запах?

Мы с Лулой переглянулись. Мы знали, что это за запах.

– О-хо-хо, – вздохнула Лула.

Синтия подбежала к машине.

– Надеюсь, он оставил ключи. Надеюсь... – Она вдруг замолчала и заглянула в окно машины. – Кто-то там спит.

Мы с Лулой поморщились.

Тут Синтия начала снова верещать:

– Он мертвый! Он мертвый! Он мертвый и лежит в моей машине!

Мы с Лулой подошли к машине и заглянули внутрь.

– Да, он наверняка мертвый, – сказала Лула. – Об этом говорят три дырки в голове. Тебе повезло, – обратилась она к Синтии. – Похоже, он получил свое из пушки 22-го калибра. Если бы это был 45-й, его мозги разлетелись бы по всей машине. А 22-й застревает и вращается.

Человек сидел, согнувшись в три погибели, так что трудно было сказать, какого он роста, но, скорее, пять футов десять дюймов. И примерно пятьдесят лишних фунтов. Волосы темные. Лет сорок пять. Одет в шерстяную рубашку и спортивное пальто. Кольцо с бриллиантом. Три дырки в голове.

– Ты его узнаешь? – спросила я Синтию.

– Нет. Никогда раньше не видела. Ужас. Как это могло случиться? Там кругом кровь на обшивке.

– Не так уж страшно, ведь он получил пули в голову, – утешила ее Лула. – Только не мой горячей водой. Тогда пятна останутся.

Синтия открыла дверцу и попыталась вытащить труп из машины, но мертвец отказывался ей посодействовать.

– Я не отказалась бы от помощи, – сказала Синтия. – Пусть кто-то из вас зайдет с той стороны и толкнет.

– Эй, подожди, – воскликнула я. – Это же место преступления. Нужно все оставить, как было.

– Черта с два, – заявила Синтия. – Это моя машина, и я в ней уезжаю. Я работаю на адвоката и прекрасно знаю, что произойдет. Они задержат машину и не вернут мне ее до скончания века. А потом, скорее всего, ее получит его жена. – Она наполовину вытащила тело, но ноги мертвеца застыли и не разгибались.

– Тут нужны Зигфрид и Рой, – заметила Лула. – Я их видела по телику, так они умудряются разрезать тело напополам и даже не напачкать.

Синтия тянула мужика за голову, так она могла покрепче ухватиться.

– У него нога зацепилась за рычаг передач, – сказала она. – Надо, чтоб ее кто-то пнул.

– Даже не смотри на меня, – возразила Лула. – Я мертвяков боюсь. И прикасаться к нему не собираюсь.

Синтия схватила мужика за куртку и потянула.

– Не получается, – пожаловалась она. – Мне никогда не вытащить этого придурка из машины.

– Может, тебе его смазать, – предложила Лула.

– Может, ты бы лучше помогла, чем советы давать, – парировала Синтия. – Обойди машину и пихни его ногой в задницу, а Стефани поможет мне тянуть.

– Ну, разве что ногой, – сказала Лула. – Наверное, это я смогу.

Синтия покрепче ухватилась за голову трупа, я вцепилась в рубашку, а Лула вытолкнула его одним хорошим пинком.

Мы сразу же отпустили его и отступили.

– Как вы думаете, кто его убил? – спросила я. Собственно, на ответ я и не надеялась.

– Гомер, разумеется, – Синтия не замедлила с ответом.

Я покачала головой:

– Он не так давно умер, чтобы это мог быть Гомер.

– Ганнибал?

– Не думаю, чтобы Ганнибал оставил тело в собственном гараже.

– Ну, мне плевать, кто его убил, – заявила Синтия. – Я получила «Порше» и отправляюсь домой.

Мертвец горой лежал на полу, скрюченный под странными углами, волосы всклокочены, рубашка выбилась из брюк.

– А как насчет него? – спросила я. – Не можем же мы так его оставить. Он так... неудобно лежит.

– Все дело в ногах, – пояснила Лула. – Он окоченел в сидячем положении. – Она вытащила низкий складной деревянный стул из кучи вещей, сложенных в углу гаража, и поставила его рядом с мертвецом. – Если мы его посадим, он будет выглядеть более естественно, ну, вроде, ждет, чтобы его подвезли.

Мы подняли тело и водрузили его на стул. Отошли, чтобы оценить дело рук своих. Только, когда мы его отпустили, он свалился со стула. Плюх, и прямо на физиономию.

– Хорошо, что он мертвый, – заметила Лула, – иначе бы ему было ужасно больно.

Мы снова втащили его на стул, но на этот раз привязали шнуром. Нос у него слегка повредился, и один глаз закрылся от удара об пол. Так что один был открыт, а другой закрыт. В остальном он выглядел ничего. Мы отошли, и он остался сидеть.

– Я сматываюсь, – сказала Синтия. Она опустила все стекла в машине, нажала на кнопку, открывающую дверь гаража, задом выехала и рванула вниз по улице.

Дверь гаража опустилась, и мы с Лулой остались наедине с мертвецом.

Лула переминалась с ноги на ногу.

– Как думаешь, надо сказать что-нибудь над умершим? Мне не хотелось бы отнестись к покойному без уважения.

– Я думаю, нам надо убираться отсюда к чертям собачьим.

– Аминь, – закончила Лула и перекрестилась.

– Я-то думала, что ты баптистка.

– Да, но на такой случай у нас ничего не предусмотрено.

Мы вымелись из гаража, выглянули в окно сзади, нет ли кого поблизости, и выскочили из дверей во двор. Захлопнули за собой калитку и по велосипедной дорожке направились к «Бьюику».

– Не знаю, как ты, – сказала Лула, – но я поеду домой, постою часа два под душем, а потом отмоюсь «Хлораксом».