Судить будет полночь - Алексей Макеев

Удивленный взгляд рейдера лучше всяких слов говорил о том, что он и понятия не имел, с кем в тот вечер встречалась Вероника.

– А что он там делал? Он же собирался жениться на Ворониной? – неожиданно спросил рейдер.

– Вы хотите сказать, что Самарский и Воронина имели близкие отношения? – Теперь уже и Стас подошел вплотную к Соколову.

– Конечно. Когда я еще встречался с Вероникой, они уже планировали свадьбу.

– Та-ак. – Лев прошелся по кабинету. – Час от часу не легче.

С минуту Соколов смотрел на полковника, а потом спросил:

– Постойте. Вы что, хотите сказать, что это Самарский убил Веронику?! – Рейдер сжал кулаки.

Гуров ничего не ответил.

– Можно уводить, – обратился он к капитану.

После того как рейдер был отправлен в камеру, полковник сел за стол.

– Что скажете, господа офицеры?

– Честно сказать, мне что-то не очень верится, что известный хирург мог совершить убийство, – первым начал капитан. – Он же не уголовник какой.

– Уголовниками, капитан, не рождаются. Каждый из них когда-то совершает свое первое преступление.

В это время у Гурова зазвонил телефон, и все замолчали.

– Да, я слушаю, товарищ генерал, – как-то устало поздоровался сыщик.

– Это я тебя слушаю, Лев Иванович. Сегодня похороны Пахомовой, – напомнил ему Орлов. – Я тоже буду там присутствовать.

– Я знаю, – спокойно ответил Гуров, переложив телефон в другую руку. – Сейчас едем на задержание убийцы.

– И кто же он? Какой-нибудь отморозок?

– Известный хирург, – ответил Лев так, как будто бы каждый день задерживал известных людей за убийство.

– Интересно, что его заставило пойти на такой шаг? Ревность?

– Приеду – расскажу, Петр. Сейчас нет времени, извини.

– Хорошо. Давайте заканчивайте там да возвращайтесь обратно. Вас здесь ждет еще одно серьезное дело.

– Лучше бы ты сказал, что нас ждет премия, – все так же устало ответил Гуров.

– Насчет премии подумаем, – пообещал генерал Орлов на прощание.

Убрав телефон, Лев посмотрел на часы.

– Ты, капитан, сейчас поедешь на квартиру Самарского, а мы с полковником отправимся в клинику. Возможно, и у него сегодня день тоже начался рано.

– А может, позвонить и узнать, где он сейчас? – предложил Родионов.

– Не надо его предупреждать о нашем приезде. Кто знает, что у него на уме. Вздумает еще бегать от нас, – возразил Гуров, вставая из-за стола.

– А что с рейдером-то будем делать? – Капитан кивнул на дверь, за которой минуту назад скрылся Соколов. – Мы и так его уже больше суток держим. Его адвокаты могут поднять шум.

– Во-первых, у нас еще нет признания Самарского, – начал полковник, – а во-вторых, – он посмотрел на Стаса, – сопротивление при задержании. Правильно?

– Конечно. У меня до сих пор ноги болят оттого, что я за ним два квартала бежал, – иронически ответил Крячко.

– Нет, ну, я серьезно, товарищ полковник… – Было видно, что капитан действительно озабочен этим вопросом.

– А если серьезно, капитан, – Гуров подошел к Родионову и положил ему руку на плечо, – у кого будут вопросы по законности данного дела – пусть звонят прямо генералу Пахомову. Ясно? Не забывай, капитан, убийство чьей дочери мы расследуем.

– Да не дрейфь ты, капитан! – Стас тоже подошел к Родионову, видя, что тот все равно не до конца понимает, о чем говорит Лев. – В случае чего вали все на нас. Мол, это был приказ москвичей. А мы уж найдем, что ответить. Так ведь, Лева?

– Да конечно, – отмахнулся Гуров. – Был бы еще законопослушным гражданином этот Соколов – другое дело, было бы за что переживать. Да и вообще я думаю, что он и сам не захочет поднимать шум и привлекать к себе внимание. Ему это ни к чему.

Оказавшись на улице, Лев еще раз проинструктировал Родионова:

– Если Самарского не окажется дома – оставайся на месте и жди нашего звонка.

Капитан кивнул и отправился к своей машине, где его уже ждали двое оперативников.

Не успели сыщики сесть в машину, как у Крячко зазвонил телефон. Посмотрев на экран, он пожал плечами и остановился.

– Полковник Крячко слушает.

– Здравствуй, Стас, – услышал он знакомый голос налогового инспектора, – это Валерий.

– Я уже узнал. – Стас посмотрел на Гурова, который с интересом слушал разговор друга, пытаясь понять, с кем тот разговаривает.

– Я хотел узнать, как продвигаются дела с рейдером. Удалось доказать его причастность к убийству? Вы же знаете, для нас это больной вопрос.

– К сожалению, он оказался невиновным. Но я думаю, с вашим вопросом мы что-нибудь придумаем, – обнадежил его Стас.

– Не знаю, получится ли, – расстроенно ответил инспектор. – Я просмотрел всю документацию и не нашел ни единого пункта, по которому можно было хотя бы оттянуть передачу завода. Последняя надежда была на то, что он будет обвинен в убийстве, и тогда бы вопрос отпал сам собой.

– Я постараюсь тебе помочь. А сейчас извини, Валер, мне некогда. Я позвоню позже. Договорились?

– С нетерпением буду ждать твоего звонка. – В голосе инспектора Стас услышал радостные нотки.

Сев в машину, Крячко рассказал в двух словах о своем разговоре с инспектором и положении дел с заводом своему другу.

– И как ты собираешься помочь им в данном вопросе?

– Пока не знаю, но помочь надо, – уверенно ответил Стас. – Придется обратиться с этим вопросом к генералу.

Почти всю дорогу сыщики ехали молча, и только когда стали подъезжать к клинике Самарского, Гуров, сидевший на переднем сиденье, повернулся к Кириллу:

– Останови здесь, на углу, – дальше мы пешком. Не надо, чтобы нашу машину видели.

– Мне вас здесь подождать?

– Да. Когда будем выходить – позвоним. – Лев взялся за ручку двери, дожидаясь, пока машина полностью остановится.

– Мы так конспирируемся, будто не хирурга собрались задерживать, а международного преступника, – ухмыльнулся Стас, когда они уже направлялись к дверям клиники.

– Судя по припаркованным машинам, его пока нет. – Гуров кивнул на стоянку, где стояло всего три машины. – Поэтому ему и не надо знать, что мы уже здесь.

Войдя в холл, сыщики увидели сидящую за столом женщину, которую встречали еще при первом посещении клиники. Женщина тоже узнала сыщиков и, поднявшись, направилась им навстречу.

– Если вы к Самарскому, то его сегодня не будет. – Женщина отвела глаза в сторону, и Лев понял, что она откровенно врет.

– А мы, собственно говоря, к вам, – не задумываясь, ответил Гуров.