Жизнь замечательных детей - Люся Лютикова

Это уже Нина Платоновна.

– Нет, – ответила я и отвернулась к стене.

Пусть я трусиха, пусть! Но я не в состоянии встретитьсялицом к лицу с проблемой. Я просто ума не приложу, что мне делать! Я молилась,чтобы эта неделя поскорей закончилась, а выясняется, что впереди меня ждетминимум месяц такого же кошмара. Чем кормить детей? Кто за ними будетприсматривать? Нина Платоновна скоро уйдет няней в богатый дом. И даже если онапредложит мне помощь, чем я оплачу ее труд?

Нет, лучше я никогда не вылезу из-под одеяла!

– Теть Люсь, тебя вызывает в школу Марина Гестаповна.

Я выглянула на свет божий и столкнулась нос к носу сИгорьком. Мордочка у ребенка была несчастная.

– Кто-кто?

– Ну, то есть Марина Остаповна. Мы зовем ееГестаповной, потому что она злая.

– Это по какому же предмету?

– Это не по предмету, она психолог. У нас былотестирование, и вот…

Он протянул мне свой дневник. Красной ручкой в нем былонаписано: «Явиться родителям в школу к психологу! Срочно!» Последнее слово былодважды подчеркнуто.

Нет, в этом доме мне определенно не дадут провести остатокжизни под одеялом.

– Признавайся, что ты натворил?

– Честное слово, ничего! Я просто рисовал, как мнесказали. А потом Марина Гестаповна стала кричать, что я выродок…

Глаза у Игорька были честные-пречестные.

Я стала листать его дневник и наткнулась на другие автографыучителей:

«Пел на уроке пения!»

«Не умеет сидеть».

«Смеялся без причины 20 минут!»

«Свистел Петуховой в ухо!»

«Бегал за Петуховой и, взяв палку для открывания фрамуги,крючком развязывал бант на ее голове».

– Эта Петухова, наверное, красивая девочка? –поинтересовалась я.

– А, ничего особенного, – махнул рукоймальчишка, – задавака.

Я решила, что сейчас самое время провести воспитательныймомент, и сурово нахмурила брови:

– Слушай, Игорек, прошло лишь полмесяца учебы, а у тебяуже столько замечаний. Я думала, что ты хороший мальчик, а ты, оказывается,первый проказник в классе.

– Нет, я не первый, – грустно вздохнулИгорь, – я только второй. Вот у нас есть Илюшка Бурлаченко, так он –первый. Мне с ним никогда не сравняться.

– Ой, не зарекайся, – рассмеялась я. От моейпоказной суровости не осталось и следа. – Ну, беги на занятия. Я зайдусегодня в школу.

Ребенок умчался, а я пошла в ванную умываться. Ладно, будурешать проблемы по мере их поступления. Сначала поговорю с Ниной Платоновной.

На кухне я съела два сырника и лишь потом собралась с духомдля нелегкого объяснения.

– Теть Нин, тут такое дело… – начала я, –сегодня утром звонила Женя, мать детишек…

– Да, я слышала.

– Так вот, они с мужем заболели холерой, и им придетсязадержаться в Аргентине еще на месяц. Минимум.

Украинка всплеснула руками:

– Господи, да как же их угораздило?

– Понятия не имею. Женя сказала, общались с местнымнаселением. Я теперь думаю: кто присмотрит за детьми, пока они не вернутся? Яне могу, вы сами видите, какая из меня хозяйка, у меня же никакого опыта. Адети маленькие, они в этом возрасте постоянно болеют. Нам еще повезло, что этунеделю обошлось без болячек…

Нина Платоновна ласково взяла меня за руку:

– Люсенька, да я готова за ними присмотреть. Разве же явас брошу?

Я отвела глаза.

– Понимаете, теть Нин, я вам пока не смогу заплатить. Уменя следующая зарплата только в конце месяца. А вы ведь в Москву приехали назаработки…

– Ничего, всех денег не заработаешь, – простоответила няня.

Я едва не расплакалась.

– Спасибо вам большое! Я, честное слово, не забуду вашудоброту.

– Да будет тебе! – отмахнулась Нина Платоновна,собирая посуду со стола.

Тут я вспомнила про Алексея Невского и его предложение.

– Знаете, теть Нин, мне один знакомый предложилподработать…

Я пересказала ей, в чем заключается операция «Многодетныйпапаша».

– Я чего опасаюсь: не извращенец ли этот холостяк? Счего это вдруг выкидывать на ветер такие деньжищи? Вдруг он маньяк? Изнасилуетнас всех, а потом убьет, а?

Нина Платоновна покачала головой:

– Не думаю. За такие деньги человек может совершеннооткрыто изнасиловать и убить десяток человек. По крайней мере у нас на Украине.Зачем ему эти сложности – ютиться в тесноте, выносить детские горшки? Нет,скорее всего у него действительно серьезная психологическая проблема.

– Так вы что советуете – соглашаться или нет?

– Это только тебе решать, – ответила няня. –Но на мою помощь можешь рассчитывать в любом случае.

Следующие полчаса я так и эдак прикидывала, взвешиваларазные варианты. Выходило, что это единственная возможность заработать нам всемна жизнь. Покорившись судьбе, я набрала телефон Невского.

– Я согласна.

Алексей принялся что-то возбужденно тараторить, но я егопрервала:

– Подожди радоваться, у меня есть два условия.

– Какие еще условия? – оторопел бывший журналист.

– Во-первых, я хочу больше денег. Две тысячи долларов внеделю.

– Согласен. – Невский ответил так поспешно, что японяла: можно было просить больше. – Какое второе условие?

– Рональд Пузырьков.

– Кто?!

Я объяснила, что это одноклассник Оли, которому надо помочьв нее влюбиться.

– Ладно, сделаем. Это все условия?

Признаюсь, что у меня возникло сильное искушение устроить спомощью «Радости жизни» и свое счастье тоже. Ведь можно же подтолкнуть РусланаСупроткина к мысли, что я – самая обаятельная и привлекательная? Пусть капитанвлюбится в меня, словно мальчишка! Но что-то внутри меня сопротивлялось этомушагу. Наверное, стойкое убеждение, что все в нашей жизни предопределено. Иотношения между мужчиной и женщиной должны развиваться так, как это былозаписано на скрижалях судьбы. Поэтому я твердо сказала:

– Да, это все.

– О кей! Значит, сегодня и начнем.

– Как? Уже сегодня? – испугалась я.

– А чего тянуть? Клиент давно созрел. Да, начнемсегодня. Он приходит домой, жена встречает его в старом выцветшем халате, тещабросает взгляд, полный ненависти, дети кидаются на шею с криком: «Папа, папа!»…