Убийство на площади Астор - Виктория Томпсон

– Однако несомненно… Я хочу сказать… Боже мой! – пробормотала Сара.

Фрэнк остановился и в первый раз посмотрел на нее. Она выглядела потрясенной.

– А у вас что?

– Я… я кое-что узнала насчет Алисии и… и Сильвестра Мэттингли. Вы получили мою записку?

– Да, получил. Вообще-то, я совершенно уверен, что это из-за адвоката меня отстранили от дела. Я вчера навестил Мэттингли в его конторе…

– Вчера? Это было раньше, чем я узнала про него и Алисию. А почему вы… – Тут Сара вспомнила, что надо спросить Мэллоя насчет Хэмилтона Фишера. – Знаете, он вполне мог нанять Фишера, чтобы тот нашел Алисию для него самого, а вовсе не для семьи! Что он вам сказал, когда вы его расспрашивали?

– Ничего. Он же адвокат. Они, как правило, ничего не сообщают полиции, особенно то, что может им навредить. А кто вам рассказал про дело с браком? Насколько этому можно верить?

– Я же написала вам, что ходил слух… Мне рассказала моя мать. Сама-то она не очень верит, но все об этом слышали и знали. Все в их кругах то есть, – пояснила Сара, увидев, что детектив нахмурился при этих словах.

Теперь все начало вставать по своим местам.

– Ясно, – кивнул Фрэнк. – Значит, картина такова. Девушка услышала, что отец собирается выдать ее замуж за этого старикашку, которого она ненавидела, если верить Харви, груму, хорошо ее знавшему. Она сбежала из дома и спряталась, надеясь, что отец передумает. Ничего удивительного, что Мэттингли ничего мне не сказал. Ни одному мужчине не понравится исход дела. Да еще не хватало, чтобы эта история стала достоянием гласности.

– Возможно, дело обстояло еще хуже, – заметила Сара, изрядно удивив детектива.

– Что может быть еще хуже?

– Вы забыли, что Алисия ждала ребенка. И мы не знаем, кто его отец.

Фрэнк об этом не забыл. Ну, может, только на секунду.

– По всей вероятности, это грум Харви. А кто еще? Никто другой к ней и близко не подходил.

– А как насчет ее жениха?

– Мэттингли? – недоверчиво уточнил детектив. – Да зачем ему…

– А чтобы заставить ее выйти за него, – ответила Сара. – Такое сплошь и рядом случается, когда строптивую женщину вынуждают выйти за человека, которого она никогда бы не выбрала себе в мужья. Он ее бесчестит, а потом заставляет поверить, что теперь ни один мужчина не возьмет ее замуж. А если женщина забеременела, у нее не остается иного выбора, кроме как уступить.

– Но ведь Алисия действительно зачала ребенка! – воскликнул Мэллой, в пылу дискуссии забыв о том, что ему следовало бы смутиться. – И ее семья знала об этом. Если так оно и было, то почему Алисия не вышла за Мэттингли?

– Возможно, она держала это в тайне, пока не стало слишком поздно. К тому времени, когда Алисия убежала из дома, был уже слишком большой срок, чтобы делать вид, будто ребенок зачат в браке. Вот семья и отправила бедняжку в загородный дом, чтобы она рожала там. Потом ван Даммы могли бы как-то избавиться от ребенка и все равно выдать Алисию за Мэттингли. Она к тому времени стала бы еще более податливой и на все согласной, помня, какую цену уже пришлось заплатить.

– Безумие какое-то! – запротестовал Фрэнк. – И почему это ван Даммы так страстно желали выдать девчонку за этого сукина… – Тут детектив прикусил язык. Впрочем, вряд ли Сара Брандт была слишком уж шокирована, услышав его ругательства.

– Я подозреваю, что тут имел место какой-то долг. Возможно, долг чести, более значительный и обязывающий, нежели просто финансовый долг. Или же имел место некий шантаж. Если Мэттингли ведет дела мистера ван Дамма, он, несомненно, знает такие вещи, которые лучше хранить в тайне. Богатые люди веками использовали своих дочерей для расплаты с долгами и прочих сделок, мистер Мэллой.

Фрэнк сдвинул шляпу на затылок и снова сделал пару шагов, сожалея, что здесь слишком мало пространства. Ему хотелось пройтись, чтобы как следует все обдумать. Пока все это никак не укладывалось в голове.

– Но теперь-то бессмысленно рассуждать, – вдруг сказала миссис Брандт.

Мэллой удивленно посмотрел на нее, замерев на полушаге.

– Почему?

Сара взирала на детектива не менее удивленно.

– Да потому, что вас отстранили от дела! Полагаю, это означает, что его вообще не будут расследовать.

– Наш департамент – не будет, – согласился Фрэнк, внимательно наблюдая за акушеркой, чтобы увидеть, поняла ли она намек.

Другая женщина наверняка отвела бы глаза, но Сара Брандт смело встретила взгляд, и в темной глубине ее серо-голубых глаз уже таился вопрос. Да, эта женщина Мэллоя не разочаровала.

– А кто же тогда будет расследовать?

– Возможно, некто, кто лично заинтересован в том, чтобы найти убийцу Алисии ван Дамм. Некто, кто желает, чтобы правосудие совершилось, кто, может быть, желает также и мести. Некто, кто знал ее еще ребенком.

У Сары расширились глаза:

– Но я же не детектив!

Фрэнк не мог скрыть недовольство.

– Вы работали над этим делом ничуть не менее усердно, чем я, – напомнил он. – И собрали немало нужной информации. – Он и сам поразился тому, что признание этого факта не причинило ему никакого неудобства или беспокойства.

А миссис Брандт оказалось не так уж трудно убедить. Она выглядела довольной и польщенной.

– Так вы действительно считаете… Но что я могу сделать?

Да, это дельный вопрос. Фрэнк почесал в затылке, потом поплотнее натянул шляпу на голову.

– Вы могли бы продолжать задавать вопросы, как и прежде. Снова отправиться к ван Даммам и выяснить, что они сами говорят по этому поводу. Скажете им, как вы опечалены и расстроены тем, что полиция больше не разыскивает убийцу Алисии. Вы даже можете навестить некоторых повитух, акушерок и абортмахеров и узнать что-то такое, чего они никогда не скажут мне.

Теперь Сара не просто внимательно слушала, а откровенно пялилась на него, словно вдруг рассмотрела в Мэллое нечто такое, чего никогда раньше не замечала. Сопротивляясь желанию проверить, все ли пуговицы у него застегнуты должным образом, он тоже уставился на нее:

– В чем дело?

Сара улыбнулась, как перемазанная крадеными сливками кошка, которую поймали с поличным. У Фрэнка аж зубы заломило.

– Просто минуту назад я поняла, что вы, должно быть, не меньше меня хотите раскрыть убийство Алисии.

– Разве в это так трудно поверить? – Фрэнку и самому крайне не понравился тон, каким он задал этот вопрос, – он словно бы защищался.

– Я уже говорила вам, мистер Мэллой, что знаю, как работает полиция. Они не заинтересованы в раскрытии преступления, если за этим не последует что-то для них самих. Лично вас я ни в чем не обвиняю, – быстро добавила Сара, заметив, что детектив собрался запротестовать. – Я просто констатирую факт. Я даже могу их понять. Офицерам полиции не слишком щедро платят. Естественно, амбициозный человек всегда будет стремиться как-то улучшить свое положение. Вы, кажется, говорили о своем желании стать капитаном?