Кошмар за счет отеля - Алексей Макеев

— Это было необходимо и для меня, и для репутации отеля.

— А знаете, что я думаю по поводу ваших слов? — сердито возразил Лев. — Что вы просто пытаетесь выкрутиться! И выражаете сожаление о судьбе бедной женщины только теперь, когда вас поймали! А тогда, когда думали, что убийство сошло с рук, полагали, что все устроилось наилучшим образом. По крайней мере, Светлана Озерская гарантированно вас больше не побеспокоит.

— Почему вы так думаете? — пробормотал Волкан.

— Потому что в ином случае вы сами вызвали бы к ней медиков, когда поняли, что время идет, а переполоха в отеле никто не поднимает.

— Я не хотел к себе внимание привлекать!

— При желании ваш изворотливый ум нашел бы способ. Но вы предпочли дать женщине умереть.

Гуров уже готов был заканчивать допрос. Он полагал, что в этом деле для него не осталось белых пятен. Но, повинуясь интуиции, решил уточнить один момент:

— Волкан, скажите, вы ведь довольно часто выходили в море поздним вечером?

— Да, конечно, а зачем вы спрашиваете? Этим делом ведь другие сейчас занимаются.

— Мой вопрос к контрабанде не относится. Руслан ведь всегда вас сопровождал?

Волкан молча кивнул.

— Скажите, вы или ваши люди имеют какое-то отношение к происшествию с Ником Петровым?

— Я — нет!! — тут же отреагировал Волкан.

— Хочется добавить: как всегда, — съязвил Лев. — Значит, кто-то другой причастен?

— Правда, я ничего не делал! И даже не знал! Руслан мне не стал докладывать, а рассказал уже потом, когда вы появились со своими вопросами! А меня там даже не было в тот вечер!

— И что конкретно произошло?

— В то вечер я возил Светлану на свидание, а катер раньше вышел, засветло еще.

— Что именно произошло с Ником?

— Я не знаю подробностей, правда! Неожиданно они встретили мальчишку в море, когда грузили товар. А мальчишка хорошо знал Руслана, да и катер узнал. Вот они и решили перестраховаться и столкнули паренька в воду, надеясь, что до берега он никак не доберется, в том месте течение сильное. А лодку потом отбуксировали к берегу.

— То есть, когда я выяснял, что стало с Ником, вы не зря утверждали, что мальчик утонул? Вы на это рассчитывали! Вы настоящий мерзавец!

Волкан молчал.

— Пожалуй, у меня больше нет к вам вопросов. Допрос окончен.

В этот день у Гурова произошла еще одна важная встреча, только на сей раз она была приурочена к радостному событию. Ник наконец-то вышел из комы. Парнишка очнулся практически здоровым, в чем взволнованную Лилю поспешили заверить врачи. В подтверждение своих слов медики не стали тянуть с выпиской, и семья вернулась в отель.

В послеобеденное время за круглым столиком на крытой веранде ресторана собралась шумная компания. Гуров получил возможность познакомиться и немного пообщаться с Ником. Лиля ни на шаг не отходила от вновь обретенного сына. К немалому удивлению Льва, она пригласила на обед Айкута, Лану и того самого офицера Интерпола, что принимал непосредственное участие в расследовании. Правда, это было уже легко предсказуемо. Молодые женщины стали настоящими подругами. А подающий надежды офицер, кажется, без ума влюбился в Лану. И ей, похоже, офицер тоже нравился.

Пока все знакомились, болтали о погоде и делали заказы, Гуров негромко попросил Ника рассказать, что конкретно с ним произошло. Но повествование парнишки было столь занимательно, что через некоторое время его слушала вся притихшая компания.

— Вы уже знаете, что мама никак не соглашалась позволить мне понырять. А я готовился, между прочим! Дома тренировался и несколько книг проштудировал.

— Одну из них я брал почитать, — усмехнулся Лев, — очень занимательная вещь.

— Я чувствовал себя вполне готовым, а Руслан не соглашался пойти на уступки и без разрешения мамы отказывался совершить даже одно погружение. Но и никогда не прогонял меня с пристани, я и в лодочном сарае часто вертелся, и с оборудованием ему помогал. В общем, рассмотрел, что где лежит, и решил сам понырять, тем более что однажды Руслан забыл двери сарая запереть. Я зашел, а там нет никого. Вот и взял лодку с оборудованием. Заплыл подальше и совершил погружение. Это было грандиозно, надо сказать! Только я немного не рассчитал. Пока плыл да с оборудованием возился, много времени потратил, одному же все приходилось делать.

— Одиночное погружение — вещь сама по себе опасная. А ты еще и в море вышел в одиночку.

— Сейчас я это хорошо понимаю, правда! А тогда рассчитал риск, он был не больше сорока процентов. И я подумал, что это весьма недурные шансы.

— Так бы и прибила тебя за это! — не сдержалась Лиля. — Вы слышали?! Он риск рассчитал!! А сорок процентов, это что, так мало?!

— Мам, ну ладно тебе! — заныл мальчишка.

— Видимо, рассчитывая риски, Ник совершенно не учел возможностей неожиданных встреч! — вклинился Гуров.

— Откуда вы знаете?! — подпрыгнул мальчишка.

— Из недавнего допроса Волкана. Но мне интересна именно твоя версия событий.

— Наверное, это была простая случайность, ну, то, что мы встретились тогда в море. Уже смеркалось, и я ничего не понял, вернее, ничего не заподозрил. Даже не пришла в голову мысль, что они тут делают. Но катер отеля я, разумеется, узнал. И Руслана тоже увидел. Признаться, сначала решил, что он заметил пропажу оборудования, заподозрил меня и вышел в море на поиски. И только потом сообразил, что найти лодку в открытом море, да еще и не зная направления, практически невозможно.

— И что было дальше?

— Они переглянулись, кажется, насторожились и немного пошептались. К тому времени я уже забрался в лодку, снял ласты и баллоны. Неожиданно они подошли ближе, Руслан молча спустился в лодку и столкнул меня за борт, больно стукнув по затылку. Вываливаясь, я успел ухватиться за спасательный жилет и утянул его с собой. Но тут, кажется, потерял сознание и стал погружаться в воду. Я не помню, как вынырнул на поверхность, но почти сразу же наткнулся на плавающий жилет и надел его, не теряя времени. Вот, собственно, и все.

— То есть как это ВСЕ?! Ты провел в воде больше четырех суток! И тебе нечего рассказать?!

— Я помнил правила выживания на воде. Первое и самое главное — не паниковать! Я старался сохранять ясность мысли, хладнокровие и надежду. Хотя порой отчаяние накрывало меня, словно волна. Я старался экономить силы. Поскольку мне не удавалось понять, в какой стороне берег, я полностью сосредоточился на том, чтобы держаться на поверхности, и мне очень хорошо помогал жилет. Так что оставалось следить за дыханием, не нахлебаться воды, и еще я старался шевелить конечностями, чтобы не затекали, а когда волны были небольшими, как можно больше отдыхать на спине. Мне даже поспать так удалось. Правда, несколько раз! Только не могу сказать, как долго я спал. Как и предписывают правила, одежду я решил не снимать. Хотя днем, в жару, было очень дискомфортно в костюме. Но я понимал, что он защищает от солнечных ожогов все закрытые участки кожи. С открытыми участками, — Ник поднял вверх все еще забинтованные кисти, — придумать ничего толкового не вышло. Я только старался опускать руки и периодически лицо в воду, но толку от этого было немного. Что там еще было в правилах выживания? Постараться найти еду и воду? Поскольку я не был жертвой кораблекрушения, найти еду и воду или какие-то припасы среди обломков судна мне не светило. Ловить рыбу голыми руками я не умею, да и не видел я рыбы. Но один раз удалось поймать широкую водоросль, чем-то похожую на морскую капусту. Она была мерзкая, но я засунул половину в карман жилета, чтобы растянуть еду на несколько дней, но в течение суток сжевал всю. С водой мне совсем не повезло. Но я помнил, что морскую пить нельзя. Нет, я, конечно, надеялся, что меня найдут или течение вынесет к суше. Но сказать, когда это будет, разумеется, не мог. А употребление соленой воды годится лишь как временная мера, пока помощь не придет. Потом, в больнице, врачи меня хвалили, что я воду соленую не пил. Именно поэтому мой организм почти не пострадал от этого приключения!