Браслет с Буддой - Инна Бачинская

– Чем шантажировала?

– Сказала, что залетела.

Шибаев ухмыльнулся.

– И что? Сразу убивать? Все четыре шантажировали? Кто такой Савелий? Коллега?

– Савелий – главный редактор из «Ар-нуво», спец по бабской литературе, мой друг. Все читал, все знает, любит давать советы. Тачки своей нет, водить не умеет. И беременной она не была, во всяком случае, на момент убийства.

Шибаев снова ухмыльнулся.

– Понятно. А эта девушка, из лавки…

– Аника. Она сказала, что у него лосьон «Аведа» и серебряный перстень с сердоликом… Знаешь сердолик?

– Желтый?

– Мутно-красный.

– Шустрая девчонка.

– И приятная из себя, глазастая, – вспомнил капитан. – В сари и босиком… Маленькая такая.

– Где, говоришь, лавка?

– Рядом с рынком. Сходи посмотри. Не женился еще?

– Гуляю пока. Послушай, если он купил семь браслетов… Зачем ему семь?

– Спроси чего полегче.

Они смотрели друг на друга.

– Типун тебе на язык, – сказал капитан, хотя Шибаев не произнес ни слова. – Я послал стажера сделать фотки Белецкого. Смышленый парень, очкарик…

– Хочешь показать родным других жертв?

– Надо бы. Вдруг его видели.

…В салон «Эмма» они вошли вдвоем. На двери висела табличка «Закрыто», но персонал оказался на месте. У бабы Ани были заплаканные глаза; Эмма, ссутулившись, сидела около нее на диване; Леночка была бледна и напугана. Все молчали.

Никто из них ничего подозрительного не заметил, Кристина ничего им не говорила, вчера все было как обычно. Она уходила последней, задержалась, ждала, что заедет муж, да, видно, не дождалась. Ушла в белом плаще Эммы, потому что было прохладно…

Вечером за ужином Шибаев рассказал Алику про убийства и браслеты. Алик только ойкал и задавал всякие дурацкие вопросы. Но один вопрос был интересным.

– А он надел браслет на Кристину? – спросил Алик.

– Не надел.

– Почему?

– Не знаю, почему.

– Потому что она не вписывается в группу риска, – сказал Алик.

– В смысле? – не понял Шибаев.

– Не отвечает параметрам его жертв, – пояснил Алик. – Чего-то ей не хватает.

– Не хватает… – буркнул Шибаев. – Тех он убил ради удовольствия, а Кристину – по делу, боялся разоблачения. Метил в Эмму, попал в Кристину. Разные мотивы.

– Я серьезно, – сказал адвокат. – Что-то тут не то. Он артист, ты сам сказал. Ему чем больше, тем лучше. А еще эксгибиционист – убил и заорал на весь мир: вот вам еще одна! Выставил на обозрение браслет, это же его… логотип, если хочешь.

– И что это, по-твоему?

– Она не вписывается, понимаешь? Тех что-то объединяет, а Кристина не вписывается. Она другая.

– Дрючин, не нагнетай, и так тошно. У нас есть подозреваемый, все путем. Есть зацепка.

– Говоришь, семь браслетов? Значит, у него остались еще три, вполне мог оставить один на месте преступления… Что-то тут не то, подумай сам, Ши-Бон, что-то не то… – глубокомысленно бубнил Алик, размахивая вилкой – была у него такая неприятная привычка. Шибаев невольно следил взглядом за вилкой, с трудом подавляя желание встать и вырвать ее из руки адвоката.

Он угрюмо жевал. Как ни раздражал его треп адвоката, он не мог не признать: что-то в его словах было. Действительно, почему он не надел ей на руку браслет?