Когда ад замерзнет - Алла Полянская

— Руками пока. Да ничего, у нас стирки не так много.

Это пока не много, а дальше кто знает, как будет, а у меня даже прищепок нет. У нас дома была целая связка прищепок, и она бы мне здорово пригодилась. Нужно съездить домой, если тетку и ее мордоворотов арестовали, значит, дом пустой, и вряд ли они украли связку с прищепками.

— Обед готовишь?

Я собиралась, но я не умею готовить вообще, а в меню ясно написано: суп и паровые котлеты. И компот, но тут все просто, а вот остальное…

— Меня зовут Степан. — Мужик смотрит на закипающую в кастрюле воду. — Кипит…

— Ага.

И тут до него доходит. Он видит принесенные мной продукты и понимает: я понятия не имею, что с ними делать. Докторша сказала, что обед сварит Роза, но я решила, что готовить буду сама, не может же Роза вечно кормить меня, а тем более девчонку.

— Давай-ка сварим суп с фрикадельками. Это быстрее всего, малышке пора кушать и спать.

— Я пойду вымою ее, она с этим ботинком…

— Иди, а я тут сам. Ага, укроп ты купила, отлично.

Ну, раз отлично, то и ладно, а я веду притихшую девчонку в ванную.

— Купаться?

— Ну да. — Я раздеваю ее и ставлю в ванну. — А что, ты против?

— Утку не купили.

— Это ты не купила, а я купила. Сядь и не вставай, пока я не приду.

Она уже сморщила нос и собирается зареветь.

— Я дверь открытой оставлю. Схожу, утку принесу и пижаму, не голышом же тебе скакать.

— Утку!

Она послушно плюхается задницей на дно ванны.

— Не вставай только.

Выводок желтых резиновых уток я купила на том же рынке. Запихнула в сумку и потащила девчонку на барахолку, а сейчас я их перемою. И в ванну из-под крана по очереди прыгают мама-утка и пятеро маленьких утят, они ярко-желтые, с оранжевыми клювами и черными глазами.

— Утки!

Девчонка смеется, принимается намыливать новых друзей, а я, наконец, имею возможность нормально ее вымыть после приюта.

— Закрой глаза, не то мыло защиплет.

Когда я выношу из ванной завернутую в махровый халатик девчонку, в квартире уже пахнет чем-то съестным.

— Суп почти готов. — Мой новый знакомый выглядывает из кухни. — Накрывай на стол.

Вот все мной командуют.

Но он прав, обед нужно накрыть в комнате. Девчонка должна привыкать к подобным вещам. Заодно и стол использую.

— Хорошая мебель, антиквариат. — Степан открывает крышку клавесина. — Принцессу надо кормить и укладывать спать.

Девчонка и правда уже трет глаза кулаками.

Я расставляю тарелки и попутно соображаю, умеет ли девчонка есть суп. Кашу она ела самостоятельно, хоть и перепачкалась, а вот суп…

— Покорми меня!

Ясно, суп она есть пока не умеет. Хотя в приюте, по-моему, хлебала самостоятельно. Правда, там были такие маленькие детские столики… впрочем, с супом мы справились, и кровать оказалась очень кстати, девчонка уснула раньше, чем коснулась подушки.

В дверь постучали, и вбежала Роза с какой-то кастрюлькой. Она одета по-уличному — наверное, только что пришла домой.

— Извини, совсем завертелась. Пока Мишку со школы забрала, в магазин еще зашли, а потом смотрю на часы — батюшки, я же тете Лутфие обещала принести вам обед. — Роза сует мне кастрюльку. — Вот, здесь суп, жаркое сейчас принесу…

Она осеклась на полуслове, уставившись на Степана.

— Вот… это Степан. — Я вздыхаю, потому что ненавижу все эти социальные ритуалы. — Он суп сварил с фрикадельками…

Роза расплывается в улыбке, но это же совершенно не то, что она думает.

— Он принес микроволновку. — Я должна объяснить. — Рита в Сети вчера бросила информацию, и вот он пришел…

— Понятно. — Роза унесла кастрюльку на кухню. — Ужин не готовь, мы вас к себе приглашаем, мальчишки очень хотят с Лилечкой познакомиться.

Упомянутая Лилечка уже дрыхнет в своей кроватке, несмотря на возню и разговоры. Устала, искупалась, наелась супа, куда там просыпаться, хоть из пушек стреляй теперь.

А еще Степан собрал посуду, и на кухне стало тесно.

— Здесь поговорим, в комнате принцесса почивать изволят.

Роза хмыкнула и покосилась на моего внезапного визитера.

— Так вы незнакомы?

— Ну, почему же. — Степан ухмыльнулся. — Ровно неделю назад я Линду едва не зашиб, случайно толкнув. И сегодня мы должны были идти в театр, на премьеру. Правда, когда я шел сюда, то понятия не имел, что иду в дом к своей случайной знакомой, она мне тогда не то что адреса не сказала, но даже имени, но это же теперь неважно. Я вот что еще… завтра привезу девочке столик такой — ну, детский, чтоб она на нем рисовала, лепила поделки. Парта небольшая такая, у моего приятеля стоит в гараже, я с ним договорился, он ее сегодня обновит, она до завтра высохнет, и я привезу. И стиралка нужна, как же руками стирать.

— Я…

У Розы звенит телефон. Она удивленно смотрит на номер.

— Классная руководительница Санькина, что он снова натворил, прибью…

Она прижимает трубку к уху, а потом глаза ее округляются, и если бы Степан не подхватил ее, она бы, наверное, на ногах не устояла. Лицо у нее сделалось такое серое, что сразу ясно: произошло что-то скверное.

— Роза!

Она переводит на меня расфокусированный взгляд.

— Роза, что?!

— Сашу… моего Сашеньку убили. — Роза едва ворочает языком. — На школьном дворе, нашли за школьным сараем. Миша… я Мише позвоню, надо позвонить Мише, я…

Степан берет у нее из рук сотовый.

— Я сам. — Он ищет номер с пометкой «Миша». — Может, он только ранен, не надо сразу так, учительница просто истеричка.

— Я поеду в школу. — Роза едва держится на ногах. — Я должна ехать…

— Конечно, надо немедленно ехать, я вас отвезу. — Степан поддерживает Розу под локоть. — Сейчас отвезу, наденьте куртку.

— А Мишенька дома один, я его только привела…

— Давай мелкого сюда, я его никуда не отпущу. — Раз я привязана дома, то должна же от меня быть хоть какая-то польза. — Вели ему идти ко мне.

Я помню разговор с мальчишкой о том, как он написал в соцсетях, что видел нечто в ночь последнего убийства. Бестолковая бравада, а ведь я предупреждала его, но надо было родителям сказать, вот хоть бы и Розе. Я сочла достаточным предупредить пацана, а он всего лишь ребенок, ну толку было его предупреждать, и сейчас я это понимаю.

А теперь его убили, и это моя вина.