Покер с акулой - Дарья Донцова

– Нет повода для беспокойства. Денежкивсего-то пару часов полежат, да и ключ от ячейки у вас останется. Вы егоотдадите Поповым, когда договор купли-продажи получите. Все совершенно честно,без обмана.

– Минуточку, – побагровелаПопова, – значит, я должна подписать бумагу и только тогда получу ключ отячейки?

– Конечно, – кивнул ЗиновийПавлович.

– Ну уж нет!

– Что вам не нравится?

– Ишь какие хитрые! Бумаги подписала,следовательно, квартирку продала, так?

– Так, – подтвердил риэлтор.

– А где мои деньги?

– В ячейке!

– Ага, – завопила Попова и ткнулапальцем в Никитина, – а он потихоньку деньги возьмет, и был таков.

– Что вы, – замахал рукамиНикитин, – я же у вас все время на глазах буду.

– Может, у вас сообщник есть, – несдавалась Попова, – как только бумаги оформлю, вы ему по телефонузвякнете, и он деньги вытащит.

– Право слово, – возмутилась женаНикитина, – ну и чушь вы несете, ключ будет на столе лежать перед вами.

– Ха, – выкрикнула Попова, –небось другой какой! Нет уж. Положите деньги в ячейку и ключик сразу мне, а ужпотом договор буду подписывать!

– Нашла дурака, – фыркнулНикитин, – я тебе ключ, а ты бумаги не подпишешь и тю-тю.

– Да как вы смеете мне недоверять, – взвилась Попова.

– А почему мы должны верить вам наслово? – поинтересовалась супруга Никитина.

Переговоры зашли в тупик.

– Послушайте, а нельзя сделатьпроще? – поинтересовался Сережка. – Вот здесь сейчас выложить деньгина стол и начать оформление.

– Нет, нет, – быстро сказал Никитин, –лучше в банке. Мы ведь сначала бумаги подпишем, а потом их повезутрегистрировать, это займет часа два-три, и все это время сумма будет в конторе.Нет, лучше в банк.

– Ключ мне сразу, – не успокаиваласьПопова.

– Я нашел компромиссное решение, –тихо сказал молчавший до сих пор Михалев.

Все в надежде уставились на мужика.

– Поступим просто. Насколько я понял,госпожа Попова продает квартиру Никитину, но затем покупает у нас, так?

Все кивнули.

– Значит, ей все деньги не достанутся.Сколько она получит?

– Две тысячи, – пояснилаПопова, – а двадцать три я отдам за вашу квартиру.

– Вот и хорошо, – кивнулМихалев, – следовательно, требуется взять две ячейки. В одну положитьдвадцать три куска, а в другую остаток. И ключик от второй сразу вручитьПоповым.

Все облегченно вздохнули.

– Гениально, – подвел итогЗиновий, – так же поступим и с деньгами Петровых. Хорошо, теперь идем вбанк.

Начался следующий виток. Сначала мы дотопалидо банка, слава богу, он находился почти рядом.

Затем сели проверять купюры при помощиспециальной машинки, потом заперли ячейки и вернулись в контору. Там нас ужеподжидал нотариус и вызывающего вида девица в обтягивающих кожаных штанах.Минут сорок печатали договоры, следом мы их тщательно читали, и наконец насталакульминация. Взявши ручки, все начали подписывать бланки, но тут вдруг подалаголос древняя старушка, мама Михалевых. До сих пор она тихонечко сидела в углу,не издавая ни звука, этакий божий одуванчик, плохо соображающий, что происходитвокруг.

Но оказалось, что впечатление ошибочно.Резким, неприятным голосом бабуля прокаркала:

– Не понимаю. Ведь я – ответственныйквартиросъемщик, а где моя фамилия в договоре?

– Вот, – ткнул пальцем ЗиновийПавлович, – вот, смотрите, Михалев Валерий Сергеевич, Михалева ЕленаПетровна и вы, Михалева Анна Николаевна.

– Не понимаю, – цедила бабулька,откладывая ручку.

– Что? – нервно спросилнотариус. – Вы не Анна Николаевна? Или вы против сделки?

– Против, – категорично заявилабабка.

– Мама! – в один голос вскричалисупруги Михалевы.

– Я хочу, – тоном вдовствующейимператрицы произнесла старуха, – я категорично требую, чтобы мои данныебыли напечатаны первыми!

– Без проблем, – ответил ЗиновийПавлович и унес бумаги.

– Надо же такое терпение иметь, –шепнула Катя, – просто железная нервная система. Я думала, спокойней менянет, больные натренировали, но бабульку бы эту сейчас треснула.

– Он небось каждый день с такимиобщается, – вздохнула Юля. – Никогда бы не смогла работать в подобнойконторе, прямо всю трясет от злобы.

Наконец бумаги подписали, и Зиновий Павлович,натягивая куртку, сообщил:

– Все свободны. Часов в семь вечераполучите документы на руки.

– Ишь, хитрец, – взвизгнулаПопова, – нет уж, мы с тобой поедем, чтобы не убежал!

Кроткий Зиновий вежливо ответил:

– Пожалуйста.

Попова ткнула спящего муженька в бок кулаком:

– Собирайся, ирод.

Супружник разлепил веки, глянул на свет мутнымвзором и сообщил:

– Пошла ты на…

– Молоток, – восхитилсяНикитин, – с такой бабой иначе нельзя.

– Заткнись, козел, – не растеряласьПопова.

– Ты как с моим мужемразговариваешь? – заверещала Никитина.

– Да уж задницу лизать не стану, –взъелась Попова, толкая вновь мирно захрапевшего мужа, – тоже мне принцэфиопский, тьфу.

Никитина побагровела и, зачерпнув стаканчикомиз аквариума воду, плеснула ее прямо в лицо обидчице.

– Ах ты, сволочь, – завизжала мокраябаба, – дрянь! Сейчас тебе мало не покажется.

Никитина пискнула и юркнула под стол. С дикимкриком Попова ринулась за ней. Наблюдавшие за схваткой риэлторы кинулисьрастаскивать женщин. Вопли, мат, визг слились в единую симфонию. ЗиновийПавлович, воспользовавшись суматохой, ретировался, мы в полном составеотступили к выходу. И только муж Поповой сладко спал на диване, очевидно, онпривык к скандалам.

На улице Катя взглянула на часы:

– Три! День пропал.