Интимные услуги - Наталия Левитина

Сзади послышалось дыхание, и кто-то схватил Катю за локоть. Катя вскрикнула и резко обернулась.

«Маньяк! Убийца! – пронеслось в голове. – Он меня задушит!»

Высокий парень, лица которого она не увидела в темноте, отпрянул назад, за Катину спину, схватил ее сзади за воротник шубы, а другой рукой попытался вырвать сумку. Когда Катерина осознала, что покушаются не на ее жизнь, а на ее магазинные трофеи, силы вернулись к ней, и она гневно закричала:

– Сумку мою захотел?! Не отдам! Ты, кретин! Урод!

Мысль о том, что у нее сейчас отберут ее маленькое вечернее счастье, купленное на последние деньги, и дезодорант, и шампунь – о нет, только не это! – и коробку шоколадных конфет, привела Катерину в ярость.

– Сволочь! – вопила она, вырываясь из рук бандита. – Ничего не получишь, ничего!

Никогда еще в жизни Катя не испытывала столь яркого чувства гнева и освобождения. Законы поведения, страх, благовоспитанность – все осталось гдето позади. Только лютый собственнический инстинкт управлял сейчас ею. Она была готова драться насмерть, кусаться и царапаться, как первобытная женщина, отстаивающая добытую ногу мамонта.

Внезапно совсем рядом на дорожке показалась небольшая компания. Парень бросил Катю и оживленным галопом умчался прочь по сугробам.

– Девушка, что с вами? – спросил кто-то.

Катя сидела на снегу.

– Все нормально, – ответила Катя срывающимся голосом, – у меня пытались сумку отобрать..

– Да у тебя кровь, – сказала одна из женщин, приглядываясь. Катерину извлекли из сугроба.

– Хорошо, что ножом не пырнули, – сказал мужчина. – Шуба-то дорогая.

– Нет, он только сумку хотел.

– Дойдешь сама до дому? Тебе далеко?

– Нет, не далеко.

Катя махнула рукой за деревья, откуда выглядывал ее дом, и побежала.

Всю ночь она носилась по саванне, преследуя антилопу. Она была сильной, быстрой львицей, и ей хотелось вонзить острые когти в теплую глупую добычу, рвать зубами ее кожу, орошать сухую землю ручьями вскипающей крови. Катя проснулась среди ночи. Лоб покрылся испариной, в груди тяжело билось сердце. «Что со мной? – лихорадочно думала она. – Я готова была убить его. За гигиенические прокладки и коробку конфет! Я готова была зубами вцепиться в его горло! Неужели это я? Почему я такая агрессивная, злая?! Костюм испорчен, Виктор Сергеевич пристает, Олег терроризирует своей любовью, бандит покушается на мои драгоценные вещички! Почему все так враждебно?! Почему я все время должна сражаться? – Катя уткнулась головой в подушку и попыталась зареветь. – Я хочу домой, к маме!»

Попытка всласть поплакать с треском провалилась. Вместо этого Катерина перевернулась на спину и гордо улыбнулась в темноте. По крайней мере, в битве с грабителем она вышла победительницей.

* * *

– Наша задача: за один час задушить как можно большее количество девочек, – объяснял Андрей Максиму.

Они сидели в автомобиле и смотрели сквозь стекла на плотный поток людей, идущих мимо них по зимней улице. Максим то и дело взглядом выхватывал из толпы привлекательное женское лицо.

– Для этого ты прикупил такой заманчивый шарфик? – скептическим тоном осведомился Макс. – Будешь завлекать жертву?

Андрей сегодня действительно надел яркий шарф, который, по его мнению, мило сочетался с дорогим черным пальто.

– А что? Плохо? – с подозрением спросил он.

– Да нет. Просто сейчас у тебя вид опытного жиголо. А это не твоя стезя.

– Шарф мне подарила Софья Викентьевна. Я полагал, что выгляжу в нем неплохо.

– Так оно и есть, – кротко согласился Макс. – Ты выглядел бы неплохо даже в лаптях и со страусиным пером на голове.

– Но ты меня отвлек! – возмутился Андрей. – У меня мало времени. Давай, двигаемся. Знакомься с девушкой и по возможности пытайся ее задушить.

– Но чтобы потом ни одна душа не смогла тебя опознать, чтобы на девице не было синяков, ссадин и ее взгляд, желательно, оставался умиротворенным.

– На что ты меня толкаешь?

– Это следственный эксперимент. Я пытаюсь понять, почему жертвы не сопротивляются.

– А если я снова напорюсь на садистку? Типа воронежской Алисы? Мне страшно, Эндрю!

– Давай-давай, выходи, нечего дрожать. Встречаемся здесь через час.

Андрей пробирался сквозь толпу, высматривая симпатичных девочек. «Я жиголо, – убеждал он себя. – Как принято знакомиться с женщинами? Вот эта, в синей шапочке? Нет, слишком деловая, не остановится. Вот хорошенькая, в зеленом пуховике…»

– Девушка! – окликнул Андрей, поражаясь, как нерешительно и робко звучит его голос.

Девушка с готовностью притормозила.

– Э… Который час?

Девушка выдернула из толстого рукава белое запястье и четко сообщила:

– Четырнадцать восемнадцать. Пожалуйста.

В следующее мгновение зеленый пуховик уже растворился в толпе.

«Черт!»

– Девушка!

Красотка в песцовом полушубке и норковом берете настороженно окинула взглядом неудачливого альфонса.

– Я вас слушаю.

– Не подскажете, который час?

Девушка смерила Андрея с ног до головы оценивающим взглядом и, видимо, осталась довольна.

– А почему это вас интересует? – настороженно спросила она.

Андрей растерялся. Все было при нем – и рост, и фигура, и красивый нос, и твердый подбородок… Он был привлекателен и импозантен в своем ярком шарфике, но совершенно не умел манипулировать девушками. Начиная с пятнадцати лет девицы шли на него плотными рядами, как солдаты, Андрею оставалось только или протянуть руку и взять или отказаться. Сейчас он стоял, ошарашенный поворотом диалога, и не мог ничего ответить.

– Если хотите познакомиться с женщиной, – назидательно произнесла песцовая девица, – глупее вопроса, чем «который час?», не придумаешь. Спросили бы, например, где здесь можно купить маринованные лапки ящериц или не знаю ли я, какую на завтра обещали погоду в Риме. А вы «сколько времени?». Нельзя же быть таким банальным! К тому же ваш будильник сияет, будто медный таз, и его стук сейчас слышен, наверное, и на Красной площади.

Андрей растерянно глянул вниз и увидел, что действительно, из-под рукава черного пальто предательски выглядывают и блестят швейцарские часы, подаренные ему недавно отцом.

Песцовая девушка тоже исчезла. Андрей вздохнул и помотал головой. «Как это у других все просто получается?»

– Девушка… – вновь нерешительно позвал он, – постойте.

На этот раз ему достался тинейджер в неуклюжих замшевых ботинках и кожаной куртке.

– Чего? – недовольно бросила девчонка. – Я спешу.