Практически невиновна - Наталия Левитина

– О, блин! – воскликнул Денис. – Иди сюда! Что же ты наделала! Я ведь пообещал тебе, что найду ребенка! И я его найду! А ты?! Что ты натворила?!

Виктория сонно моргала. Друг тряс несчастную за плечи. Потом поволок на кухню.

– Так. Вода. Ну-ка, пей!

Юноша щедро налил в банку воды из-под крана.

– Ты что! – немного ожила Виктория. – Она же нефильтрованная!

Для человека, решившего умереть от передозировки снотворного, она была очень рассудительна.

– В шкафу есть канистры с питьевой водой. А зачем мне пить воду? Лучше соку.

– Пей, я кому сказал.

Полбанки Вика одолела довольно быстро.

– Это что, обряд какой-то? – изумленно спросила она. – Инициация? Что ты задумал?

– Допивай!

– Да не хочу я! Отстань ты от меня с этой банкой! Убери руки! Денис, ты с ума сошел!

Вопли потенциальной самоубийцы не трогали доблестного медбрата. Он скрутил Викторию и силком влил в нее остатки воды. А затем потащил в туалет.

– Давай!

– Что – давай?! – чуть не плача пропищала Вика. – Да отпусти ты! Очумел! Ненормальный!

– Это ты ненормальная! Ну-ка, быстро!

Денис многозначительно кивнул в сторону унитаза.

– Что – быстро?! – закричала Вика. – Рехнулся! Отпусти, извращенец!

Она вырвалась и помчалась в комнату. Денис коршуном метнулся следом. Он дал себе слово, что не позволит милой подруге скопытиться от отравления. Он поймал Викторию, сбил ее с ног, и веселые ребята вместе упали на диван.

– Надо промыть тебе желудок, глупая! – прокричал Денис в ухо непокорной девице.

– Зачем?! – испуганно заорала в ответ Вика.

– Ты сейчас умрешь!

– Денис! У тебя шалаш сдуло! Я не собираюсь умирать. Не дождешься!

– Ты ведь выпила тридцать таблеток сильного снотворного!

– Я выпила одну! Больше там ничего не было!

– Серьезно? – задумался Денис. – А… Прости. Я так за тебя испугался!

Вика вылезла из-под спасителя и хорошенько врезала диванной подушкой по его смущенной физиономии.

– Ненормальный! – повторила она.

– Ты серьезно выпила только одну таблетку?

– Мой ребенок неизвестно где. А я буду травиться таблетками? Ты спятил.

– Ладно, я поехал в «Жемчужину».

Дверцы огромного черного джипа распахнулись, и из него горохом посыпались дети.

– Привет, бабуля! – заорали они. – Ты видик починила?

– Вы мои дорогие! Вы мои любимые! – заворковала свекровь. – Дайте на вас посмотреть! Эдик, что с твоей головой? Почему у тебя лейкопластырь?!

– Он упал с горки, – объяснила Маша.

– Ах, бедный малыш! Ваша мать совсем вас запустила! Вы мои хорошие! Ну, ничего, бабуля о вас позаботится!

Мария собралась было заметить, что Эдик спикировал с детсадовской горки, и «мать» ну никак не могла предотвратить его падение. Но вместо этого сказала:

– Спасибо, мама, что согласились взять их на субботу – воскресенье, – Она выгружала из багажника коробки с едой. – Вы не представляете, как они по вас соскучились!

– Я думала, только на субботу? – озадачилась свекровь.

– Да? Ну надо же! – лицемерно воскликнула Мария. – Значит, по телефону мы не поняли друг друга. Как обидно! А я уже назначила встречу на воскресенье.

– Ладно, – смилостивилась Раиса Андреевна. – Тебе бы все работать. Пялишься в компьютер с утра до вечера. А дети запущены! Ребенок едва не убился! А вдруг у него трещина черепа? Сотрясение мозга?

Мария с сомнением посмотрела на Эдика. Ребенок, по ее мнению, выглядел отлично. Лейкопластырь на лбу его не портил. Круглые глаза хитро блестели. Он уже что-то задумал в отношении кота, неясной тенью мелькнувшего во дворе бабушкиного дома. Толстый котяра, наученный горьким опытом, партизанил в огороде и не смел показываться.

– Баба, видик починила?

– Починила, починила! Вы бы его круглосуточно смотрели!

– Вот две новые кассеты с мультфильмами, – вставила Мария.

– Маша! Дети толком читать-писать не умеют! А ты разрешаешь им торчать перед телевизором, вместо того чтобы заниматься!

– Близнецы умеют! – взвилась Маша. – А Эдик маленький совсем! Но он тоже прогрессирует!

Эдик подкатился с палкой в руках. Он вопросительно посмотрел на мать, ожидая указаний. Он собирался нацарапать на земле слово, написанием которого овладел виртуозно.

– Иди, зайчик, иди играй! – махнула ему Маша. – Мама, я вам купила кое-что. Идемте в дом, примерим.

Получив вчера от Вепрецкого тонну купюр и вынашивая идею на целых два дня избавиться от детей, Мария заехала по пути в дорогой магазин и купила свекрови элегантное легкое пальто.

– Надевайте… Вот. Прекрасно! Это ваш размер!

Раиса Андреевна оглядывала себя в зеркале с явным удовольствием. Она вертелась, заглядывала назад, становилась боком. Пальто имело все достоинства дорогой фирменной вещи – преображало владельца, скрадывало недостатки.

– Маша, как непрактично ты тратишь деньги! Ну зачем мне пальто! Лето на носу!

– Весь май будете ходить, гарантирую! Вы же видите, какая погода! Холод!

– Ну, спасибо, – выдавила наконец свекровь. – Красиво, конечно… Дорого небось…

– Ну, я ведь не буду покупать вам какую-нибудь дешевку, – заверила Мария. – Так я поеду? Дети, до свидания! Будьте послушными!

– Будут они послушными, как же! – донеслось сзади ворчание любимой пилочки. Но Маша уже выскочила на улицу.

На улице Алексей и Антон сражались палками. Эдик мельтешил, гоняясь за котом.

– Два дня свободы! Вау! – сказала себе Мария.

И поехала на работу, в офис «Поможем!».

Траектория движения Дениса по городу представляла собой замысловатую, вывязанную крючком петлю. Прежде чем добраться до улицы Кафки, где находилось кафе «Жемчужина», он заехал в облГИБДД.

Знакомый в два счета пробил ему номер «тойоты-камри», зарегистрированной на имя Алисы Витальевны Горностай. Денис подумал, что неплохо бы заявить об угоне иномарки. Сказать, например, что угнали, пока хозяйка терзалась в косметическом салоне. И если настоящая Алиса продолжает пользоваться автомобилем, а не оставила его где-нибудь на стоянке, то, возможно, ее быстро поймают.

«Нет, – вспомнил Денис. – Как она будет ездить на «тойоте», если ее права у Виктории? Алиса – не полковник милиции, она шикарная девица. И без водительского удостоверения не уедет дальше первого же гибэдэдэшника. Значит, автомобиль на стоянке. А Алиса? Жива ли она вообще?»