Легкий как перышко - Зои Аарсен

– О боже, МакКенна! Выглядишь чудесно!

Я покраснела— в основном из-за того, что купила лавандовое платье так давно и теперь, когда вечер танцев наконец наступил, оно едва казалось подходящим. У меня создавалось впечатление, что я была другим человеком, когда его покупала. Я не могла не поморщиться, когда глянула на себя в зеркало дома. Мама настаивала, что нужно надеть аметистовые серьги, чтобы дополнить наряд, – и, хотя висящие камни казались мне перебором, они просто блекли на фоне огромного количества украшений на Трейси. На ней красовались инкрустированные камнями заколки, свисающие почти до плеч сережки, и огромное коктейльное кольцо виднелось на пальце левой руки. На Вайолет был все тот же золотой медальон, сейчас дополненный парой бриллиантовых сережек.

Мы обменялись комплиментами по поводу платьев и немного посплетничали о нарядах других популярных (и не очень) школьниц. Я кивала, но не участвовала в разговоре – особенно когда звучали мерзкие комментарии в адрес Черил, Келли и Эрики. Аманда Портной смотрелась просто великолепно в расшитом блестками золотистом платье, явно не купленном в одном из магазинов рядом с Уиллоу. Я не могла не задуматься, как бы волшебно выглядела Оливия, доживи она до этого дня.

Через некоторое время пришедшие расслабились и начали выходить на танцпол – и как только это случилось, началась настоящая вечеринка. Айзек вызвал тренера Холланда, тренера мужской футбольной команды, на танцевальную дуэль, и все хватались за живот от смеха. Джиджей включил Celebration группы Kool & the Gang, против которой никто не смог устоять, не считая меня и Трея. Мы остались сидеть, общаясь только мимикой, наблюдая и выжидая.

– Ребята, пойдем танцевать! Это же вечеринка! – крикнула нам покрасневшая от подпрыгиваний во время Rapper’s Delight Трейси. Она схватила меня за руки и попыталась стащить со стула на танцпол.

– Не, я плохо танцую, – отказалась я.

– Давай, Трей! Скажи своей девушке, пусть встает! – обратилась Трейси к Трею, словно они были друзьями.

Но Трей был не из тех, кто с готовностью принимает ложную дружбу, даже если в тот вечер казался менее пугающим в костюме, чем обычно.

– МакКенна не хочет танцевать, – твердо сказал он.

– Ну, тогда вы многое упускаете! – предупредила нас Трейси, проигнорировав его неприязнь, и вернулась на танцпол с улыбкой на лице. Там ее уже ждал хлопающий в ладоши Майкл.

Трей легонько толкнул меня и кивнул в сторону Пита и Вайолет, которые вели якобы дружеский разговор рядом с чашей пунша. Кажется, Пит говорил ей, что она отлично выглядит, – а та застенчиво пожимала обнаженными плечами и, флиртуя, положила ладонь на его руку. Пит, как всегда, выглядел сексуально. На нем был другой костюм – не тот, что на похоронах Оливии. Пиджак остался где-то на спинке стула, а из нагрудного кармана белой рубашки торчала розовая гвоздика. Мое сердце просто громыхало от ярости, и я огляделась, чтобы понять, видят ли Миша и Кэндис то же самое, – но, наконец найдя их в толпе, поняла, что они, ни о чем не подозревая, танцевали вместе.

Пит. Значит, возможно, один из мотивов Вайолет – увести Пита. Трей вскинул бровь, глядя на меня. Он подумал о том же.

Примерно в десять вечера директор Ниландер взошел на подиум с двумя конвертами, и диджей выключил музыку после окончания медленного танца.

– Внимание! Внимание! – произнес директор, постучав по микрофону, чтобы убедиться, что он работает. Толпа на танцполе успокоилась, а мы с Треем передвинули стулья так, чтобы видеть директора, произносящего речь. Он прочистил горло. – Мне бы хотелось поблагодарить всех за то, что присоединились к нам сегодня вечером и проявили похвальный командный дух нашей школы. Я знаю, что школьный год был испорчен трагедией, но сегодня вечером, хорошо проводя время в компании друг друга, мы показываем, что ученики старшей школы Уиллоу помнят нашу погибшую подругу Оливию Ричмонд, но готовы двигаться дальше, с оптимизмом глядя в будущее.

Послышались тихие аплодисменты. Все удивились, что директор назвал Оливию по имени.

– А теперь, нужно сказать, мы немало удивились, подсчитывая голоса за Короля и Королеву бала в этом году. Многие из вас голосовали за Оливию Ричмонд, и нам показалось, что ради ее памяти будет правильным упомянуть об этом и признать ваши голоса.

Зал наполнил шепот. Директор Ниландер не стал вдаваться в подробности и не сказал, выиграла ли Оливия. Никто не знал, чего ожидать.

– Однако, хотя мы признаем, что Оливия была любимым членом нашего сообщества, нужно смотреть в будущее. Поэтому мне приятно объявить Короля и Королеву бала этого года.

Возбуждение начало нарастать. Болтовня становилась все громче, и мы с Треем обменялись озадаченными взглядами. «Как другая девушка могла получить больше голосов?» – гадала я. Я написала имя Оливии – как и все, кого я знала. На другом конце зала Аманда (которая в прошлом году, учась в одиннадцатом классе, была Королевой Осеннего бала) выглядела рассерженной и что-то говорила Мише.

Директор Ниландер открыл первый конверт. Тренер Стерлинг стояла слева от него, а мистер Полсон, учитель труда, – справа. Директор наклонился вперед к микрофону и прочитал с бумажки, которую достал из конверта:

– В этом году Королевой бала стала… Вайолет Симмонс.

Я не могла сдержаться и с широко распахнутыми глазами вскочила на ноги. Трей встал позади меня и положил руки мне на плечи, чтобы не дать выбежать из-за стола. Толпа разразилась радостными аплодисментами, и мне пришлось напомнить себе, что никто, кроме меня, Трея, Миши, Аманды и Кэндис, не имел причин быть недовольным победой Вайолет. Для всех остальных одиннадцатиклассников Вайолет была просто таинственной новой девочкой, близко дружившей с Оливией. Им, наверное, казалось естественным, что она получила больше всего голосов после Оливии.

Но всем в нашей компании было очевидно, что Вайолет – возможно, единственный человек во всем одиннадцатом классе, который проголосовал за себя, и что этого одного голоса хватило, чтобы принести ей титул Королевы. Не веря своим глазам, я смотрела, как другие ученики обступили Вайолет. Девушки, с блестящими от слез радости глазами, хлопали ее по спине и подталкивали к передней части бальной комнаты. Вайолет в удивлении прикрыла рот руками и качала головой так, словно не могла поверить, что назвали ее имя. Это была и правда впечатляющая актерская игра, так как вряд ли она на самом деле удивилась.

– Мои поздравления, Вайолет. И далее, Королем нашего бала становится… Пит Николсон. Поздравляю, Пит!

Директор Ниландер гордо осматривал собравшихся, а Пит наконец встал со своего места, подталкиваемый другими парнями из баскетбольной команды. В отличие от Вайолет он казался смущенным такой победой и несколько неуверенно занял место рядом с ней. Поприветствовав ее застенчивой улыбкой, Пит уставился в пол, нервно сжимая и разжимая руки.

– Так держать, мужик! – крикнул из толпы мужской голос, заставив Пита неохотно кивнуть в ответ.

– Что-то сейчас произойдет, – сказал Трей, схватив меня за руку. – Ты это чувствуешь?