Загадка жертвы - Марина Серова

Коттеджи в поселке находились на некотором удалении друг от друга. И к каждому из них примыкал довольно обширный участок земли. Многие особняки еще только обустраивали свою территорию, а некоторые и вовсе находились в стадии строительства.

Я постаралась отстать подальше от машины, за которой вела наблюдение, но и не терять ее из виду. Заметив, что «Крузер» свернул к одному из домов, я проехала чуть дальше и увидала, как машина въехала в ворота и паркуется возле шикарного трехэтажного особняка. Ворота, по всей видимости, работали от специального пульта и уже начали закрываться, но я успела заметить, как из дома вышла какая-то стройная женщина и направилась к автомобилю.

Территория коттеджа была обнесена забором, собранным из пролетов, представлявших собой красивые кованые чугунные решетки с переплетениями в виде вьющихся растений или цветов. Это меня обрадовало, потому как давало возможность снимать внутренний двор коттеджа.

Оставив «жука» на повороте, который делала в этом месте дорога, и, скрыв его с глаз того, кто может случайно проезжать в это раннее время мимо, я, прихватив фотоаппарат, двинулась короткими перебежками ближе к воротам.

Выглянув из-за растущих вдоль забора вечнозеленых низкорослых туек, я как раз успела вовремя и сфотографировала, как Вовик достает из багажника сумку босса и несет ее в дом. Самого же хозяина поблизости не наблюдалось, из чего я сделала вывод, что он уже вошел в дом. Вернувшись через пару минут обратно, Вовик сел в машину и, по всей видимости, стал ждать дальнейших распоряжений. Ну и я вместе с ним.

Было уже светло, и торчать тут на безлюдной пока еще дороге мне было небезопасно. Кто знает, вдруг местная охрана периодически делает объезды?

«Хороша же ты будешь, Татьяна Александровна, если тебя застукают у чужой частной собственности, присевшую под туями, да еще и с фотоаппаратом в руках, – ухмыльнулась я своим мыслям. – Нужно бы сменить дислокацию, чтобы не светиться на виду у всего поселка».

Я огляделась в надежде найти для себя более подходящее укрытие и заметила совсем недалеко и прямо (как на заказ!) напротив ворот маленькую бытовку. Это такой вагончик – для строителей или для разных инструментов – не важно. Важнее то, что мне было очень легко за него спрятаться на своей машинке и не привлекать ничье внимание. Сразу я его отчего-то не увидела, а вернее, не обратила на него внимания, но теперь мне нужно было только надеяться, что Вовик решил подремать в машине, а не пялиться в зеркало заднего вида, из которого хорошо просматривались вагончик и вся территория вокруг него.

Несмотря на свои опасения, я все же решила рискнуть и проехать на «жуке» за эту бытовку.

– Ну вот и все, а ты боялась, – сказала я сама себе, паркуя машину в удобном и укромном месте. – Теперь можно спокойно следить за нашими жуликами и дальше, а заодно и пару бутербродов схомячить.

Это я правильно сделала, что поела. Сидели мы с Вовиком по своим машинам аж до полудня. Нет, мы, конечно же, выходили размяться и все такое… Вовик даже что-то пожевал там и из термоса попил. А потом из дома вышел босс и сел к Вовику в машину. Все это я в обязательном порядке зафиксировала, и мы поехали. Вернее, поехали они, ну, а я уже следом. Между нами еще очень удобно втиснулась «BMW», так что ехала я какое-то время под ее прикрытием.

Поехали мы в город, но не в центр, а как показал навигатор – в Калининский район, соседний, между прочим, с Выборгским районом, где живет Василиса с мужем.

«Этак я весь Питер объезжу и буду знать город как свои пять пальцев, – весело подумала я. – А что, разве ты, Татьяна Александровна, не этого хотела – познакомиться с городом своей мечты поближе? Вот теперь и знакомься. Правда, личный гид для тебя не предусмотрен, но это все из-за издержек профессии. Так что просто наслаждайся видами и будет с тебя».

Теперь мы остановились возле одного из ну очень красивых зданий, которых в Питере, надо сказать, немало. Новенькая высотка была, наверное, этажей в шестнадцать-восемнадцать. Я точно не считала – не до того было.

Место для парковки во дворе было свободно только одно. Его и занял «Крузер». Я же остановилась в нерешительности, не зная, то ли мне оставаться на месте, то ли проехать дальше. А потом плюнула на все, встала прямо на дороге и прямо напротив машины своих подопечных. Ну, просто отличный и удачный ракурс для очередной «фотосессии»! И к тому же вовремя. Вовик как раз вынимал из багажника предмет, похожий на завернутую в холстину картину (я все-таки подозреваю, что это она самая и есть!), а его босс, который уже переоделся в светло-бежевый легкий костюм и серое пальто, выходил из машины. Потом я очень удачно сфотографировала, как они вошли в один из подъездов высотки, и… и все. Вовик через полчаса вышел оттуда один, без босса и без картины и был, по всей видимости, отпущен в свободное плаванье. Весь оставшийся до вечера день он катался по каким-то магазинам, встречался с какими-то парнями и фривольно одетыми девицами, а потом и вовсе укатил к себе домой. Я, как прилежная ученица, фиксировала все его передвижения, но в конце концов «Крузер» остался одиноко стоять на стоянке во дворе дома, где живет Вовик, а сам Вовик так больше из своего подъезда и не вышел. По крайней мере, до шести часов вечера, пока я не уехала.

В течение всего дня я, как и обещала, отзванивалась Василисе и рассказывала ей о своих передвижениях. Но в шесть часов, когда меня уже начал одолевать кофеиновый голод и голод вообще (все, что мне давала с собой Васька, было уже давно выпито и съедено, а другого я ничего не покупала, боясь, что, покинув свой пост, пропущу что-то важное), позвонил Вишневский. Звонил он с Васькиного телефона, поэтому я даже немного удивилась, услышав его голос в трубке.

– Таня, – с волнением произнес художник, – я