Одна дамочка с пистолетом - Джанет Иванович

Альфа улыбнулся.

- Только не в третьесортном гимнастическом клубе. Половина лодырей, работающих здесь, имеют такие носы.

Он посмотрел на часы.

- Я опаздываю на ланч. Тебе тут, похоже, жарко. Хочешь, принесу что-нибудь на обратном пути? Холодной газировки? Сэндвич, может?

- Я в порядке. Думаю тоже сделать скоро перерыв на ланч. Надо воспользоваться девичьей комнатушкой.

- На втором этаже есть туалет. Только возьми ключ у Лорны. Скажи ей, что я разрешил, и все будет в порядке.

Я подумала, что мило со стороны Альфы предложить воспользоваться его удобствами, но ни в коем случае не хотела, чтобы Рамирез загнал меня в угол, когда я буду в туалете.

Я последний раз оглядела улицу из конца в конец и отправилась на поиски фаст фуда. Полчаса спустя я вернулась на то же самое место, чувствуя себя намного более удобно и вдвойне скучающей. Я притащила с собой книгу, но было трудно читать и испытывать беспокойство одновременно, а волнение преобладало.

К трем мои волосы прилипли от влаги к лицу и шее, а от вставших дыбом кудряшек приобрели максимальный объем. Блузка прилипла к спине, а на груди проступили пятна от пота. Ноги стало сводить судорогой, а левый глаз начал нервно подергиваться.

Я все еще не видела признаков Рамиреза. Поток пешеходов замедлялся на тенистых участках и исчезал в прокуренных барах, где были включены кондиционеры. Я была единственной дурой, сидящей в машине и жарящейся, как пирожок в печке.

Захватив в ладонь спрей безопасности, я вылезла из «чероки», захныкав, расправляя свои маленькие косточки и позволяя им перестроиться. Я потянулась и попрыгала на месте. Прошлась вокруг машины и сделала несколько наклонов, дотягиваясь до носков туфлей. Бриз заструился вдоль Старк Стрит, и я ощутила необычайное блаженство. Правда, показатель качества воздуха был смертоносный (показатель загрязненности воздуха, исчисляется по шкале от 0 до 500 – Прим. пер.), и температура зашкаливала выше, чем в доменной печи, но, тем не менее, это был легкий ветерок.

Я прислонилась к машине и оттянула перед блузки от моего вспотевшего тела.

Из Гранд Отеля выплыла Джеки и, грузно ступая, направилась ко мне по пути к своему углу.

- Похоже, у тебя тепловой удар, - предположила она, подавая мне холодную коку.

Я взяла банку, отпила немного газировки и приложила холодную банку ко лбу.

- Спасибо. Какое блаженство.

- Не думай, что я ублажаю твою тощую белую задницу, - предупредила она. - Если окочуришься, сидя тут в машине, то испортишь репутацию Старк Стрит. Люди скажут, это убийство на расовой почве и мои дела с белыми дрянными извращенцами потерпят крах.

- Постараюсь не умереть. Бог не позволит мне разрушить твои дела с извращенцами.

- Первоклассное трахание, - посвятила она меня в подробности. - Эти маленькие белые извращенцы платят мне неплохие деньги за мою большую непристойную задницу.

- Как Лула?

- Джеки пожала плечами.

- Держится, как может. Признательна за цветы, что ты послала.

- Сегодня немного народу тут ошивается.

Взгляд Джеки скользнул по окнам клуба.

- Спасибо, Боже милосердный, за это.

Я проследила за ее взглядом до второго этажа.

- Тебя не должны со мной видеть.

- Да, - согласилась она. - Как бы то ни было, а нужно возвращаться к работе.

Я постояла еще несколько минут, наслаждаясь газировкой и роскошью постоять, выпрямившись полностью. Потом повернулась, собираясь вернуться в машину, и задохнулась от вида стоящего рядом со мной Рамиреза.

- Весь день ждал, когда ты выйдешь из машины, - сказал он. - Спорим, ты удивлена, как бесшумно я могу двигаться. Ты даже не слышала, как я подошел, не так ли? Вот всегда так. Ты никогда не услышишь, как я нападаю. А потом слишком поздно.

Я замедлила дыхание, чтобы унять свое сердце. И выждала момент, чтобы выровнять голос. Когда ощутила, что пришла в себя, спросила его про Кармен.

- Хочу узнать про Кармен, - заявила я. - Хочу узнать, видела ли она твое пришествие.

- Кармен и я, у нас было свидание. Кармен сама напросилась на то, что получила.

- Где она сейчас?

Он пожал плечами.

- Не знаю. Она смылась после того, как убрали Зигги.

- Что насчет парня, который был с Зигги той ночью? Кто он? Что с ним случилось?

- О нем тоже не знаю ничего.

- Думаю, они на тебя работали.

- Почему бы нам не подняться наверх и поговорить? Или мы могли бы покататься. Я возьму «порше». Мог бы покатать тебя на своем «порше».

- Я так не думаю.

- Слушай, ты опять увиливаешь. Отказываешь Чемпу. Ты всегда отказываешь Чемпу. Ему это не нравится.

- Расскажи мне о Зигги и его приятеле … парне с расплющенным носом.

- Куда интересней рассказать тебе о Чемпе. Как он вобьет в тебя немного уважения. Как накажет тебя, чтоб знала, как отказывать ему. - Он подошел ближе, и жар, исходящий от его тела, сделал воздух вокруг прохладным по сравнению с ним. - Представь, как будешь истекать кровью, прежде чем я оттрахаю тебя. Нравится? Хочешь сбежать, сука?

Точно. Меня уже здесь нет.

- Ничего ты со мной не сделаешь, - заявила я. - Тебе меня не запугать, и ты меня не возбуждаешь.

- Ты врешь.

Он схватил меня за плечо и сдавил так, что у меня вырвался крик.

Я пнула его в голень, а он ударил меня. Я не увидела, как двигалась его рука. В ушах раздался хруст, и голова резко дернулась назад. Я ощутила вкус крови и несколько раз сморгнула, чтобы убрать пелену с глаз. Когда большая часть звезд погасла, я выстрелила мощной струей из Шур Гарда ему в лицо.

Он завыл от боли и ярости и закружился по улице, прижимая руки к глазам. Вой трансформировался в удушье, и он встал на четвереньки как какое-то ужасное животное – большой злой раненый бык.

Джимми Альфа бежал через улицу в сопровождении секретарши и человека, которого я прежде не видела.

Мужчина опустился на землю около Рамиреза, стараясь успокоить его, уговаривая, что через минуту все будет в порядке, советуя глубоко дышать.

Альфа с секретаршей суетились вокруг меня.

- Боже, - причитал Альфа, сунув чистый носовой платок в мою руку. - Вы в порядке? Он ничего не сломал, не так ли?

Я приложила платок ко рту и держала его, по ходу дела проводя языком по зубам, чтобы проверить, все ли зубы целы.

- Думаю, все нормально.

- Мне в самом деле жаль, - каялся Джимми. - Не знаю, что с ним такое, почему он нападает на женщин. Я прошу прощения за него. Не знаю, что делать.