Двойник - Елена Грановская

— И между тем это не выход: включать вашу личную, семейную проблему в масштаб следствия. Если Сергея обвиняют, значит, есть за что!

— Вам легко говорить: вы его совсем не знаете!

В этот момент из-за угла внезапно выскочил человек, направляя пистолетное дуло с глушителем прямо в Сезонова. Тот среагировал мгновенно: ударил по рукам нападавшего муляжом и двинул локтем в шею. Мужчина, одетый в джинсы и черную утепленную куртку без капюшона, охнул и упал на пол. Сезонов поднял его пистолет, бросив небоеспособный массо-габаритный макет, и вышел из-за стены, направляя дуло в сторону Владыкиной. Но едва сделав шаг в ее сторону, остановился и опустил оружие.

— Еще шаг — и я вколю ему всё до конца. Для него это смертельная доза.

Женщина держала Яго за волосы, приподняв ему голову. Другой рукой она прислоняла инъектор к шее галактионца.

Конечно, кому как не Владыкиной знать, на что у космического пришельца аллергия: она с самого первого дня отслеживала и собирала все данные, которые получали медики, прогоняя Яго через все известные анализы и исследования.

— Вы этого не сделаете. Вы так хотели его заполучить, что убить было бы глупо. — Сезонов покачал головой, глядя на Яго. Казалось, тот был на грани обморока.

— Я не уточняла, что он мне нужен только живым. В качестве тела тоже подойдет: при судебном вскрытии установят, что кровяные клетки у него разительно отличны от людских.

Подполковник сглотнул, сверля Владыкину тяжелым взглядом.

— Катерина. Пусти его. Покончим с этим. Никому не нужны жертвы. Решим всё мирно, пока ситуация не зашла слишком далеко.

Подполковник переступил с ноги на ногу, пальцы перебирали опущенную пистолетную рукоять.

— Вы правы. Пора покончить.

Владыкина кивнула и на миг перевела взгляд, посмотрев Сезонову за спину. Тот едва успел развернуться: в висок ударили жестким предметом — кажется, оружейным муляжом. Подполковник впечатался в стену. Из рук выхватили пистолет.

В несколько шатающейся картинке окружающего Сезонов разобрал отходящего человека в черном, целящегося в него. Светлый силуэт Владыкиной двигался, склоняясь к темному, неподвижному пятну, которым был Ягосор. Тот всё же нашел в себе силы для слабого, но сопротивления: женщина нервно и недовольно шипела; галактионец, кажется, сжимал ее руку со шприцем. Мужчина приблизился к Владыкиной, схватил Яго за руку и вывихнул в сторону, продолжая направлять пистолет на подполковника. Тот отделился от стены и быстро пошел на Владыкину.

— Паш! — выкрикнула женщина.

В ту же секунду мужчина выстрелил.

Сезонов стиснул зубы и схватился за плечо. Кажется, по касательной, точно не сквозное и не страшнее ярославского ранения, заработанного у полигона. Подполковник отнял окровавленную ладонь и убедился в своих догадках: разорванный костюм, рана кровит, ощутимая царапина, но пуля не застряла.

Стрелок прыгнул на подполковника и замахнулся. Рука прошла в считанных сантиметрах от лица: Сезонов вовремя отклонился. Он со всей силы ударил обеими ладонями нападавшему по ушам. Тот вскрикнул, хватаясь за них, роняя пистолет, и, оглушенный, припал на колени. Но в следующую секунду отнял одну руку и наугад выбросил сжатый кулак, попав в раненый бок подполковника. Тот охнул. Стрелок, поняв, что нашел уязвимое место, ударил еще дважды. Сезонов согнулся: вспышка боли пронзила туловище. Мужчина медленно поднялся и ударил его коленом в живот, наклонился, чтобы поднять пистолет.

Сезонов успел выхватить его за пару мгновений, как опустилась рука стрелка, и, почти не целясь, нажал на курок, прострелив мужчине голень. Тот заорал и рухнул на пол, катаясь на спине и зажимая руками рану.

Подполковник распрямился и посмотрел в сторону Владыкиной. Упустил: за ней уже закрылась входная стеклянная дверь. Не оборачиваясь, женщина впрыгнула в ожидавшую у подъезда машину. Автомобиль тут же сорвался с места. Сезонов мало того что не разобрал номер, так даже не успел определить, иномарка ли это была и какого цвета.

Стрелок страшно мычал сквозь сомкнутые губы, возя простреленной ногой по полу. Подполковник опустил глаза и потрогал костюм. Пульсирующая от боли рана открылась, кровь испачкала футболку и кофту, в спине саднит, но, кажется, там шов не разошелся. На плече — свежая яркая кровавая полоса.

Возле каталки валялся наполовину полный инъектор. Припадая на одну сторону, Сезонов достиг галактионца. Тот лежал без движения. Неужто Владыкина успела еще вколоть ему этой дряни и убить?

— Яго! Эй! Слышишь меня? Ответь! — Сезонов схватил его за плечи и встряхнул. Проверил пульс на сонной артерии. Живой. Пока еще. — Ягосор!

Веки галактионца тяжело разомкнулись. Он перевел больной взгляд на подполковника, медленно вдохнув через приоткрытый рот.

— Что это? Что тебе вкололи, ты знаешь? — Сезонов, схватив с пола инъектор, поднял его перед глазами Яго.

— Какая-то… хрень… токсичная… паралитик… нервный… — невнятно произнес галактионец.

— Ты давай, держись, не смей умирать, это приказ, — подполковник схватил каталку за ручки и толкнул вперед в сторону лифта.

— Ага… — Яго прикрыл и снова открыл веки, будто соглашался с требованием остаться в живых.

Приблизившись к раненному стрелку, который смотрел со смесью просьбы о помощи и ненависти, подполковник остановил каталку и спросил Яго:

— Сможешь сесть? Придется тебе подвинуться, у нас тут еще один больной, помимо тебя.

— Не знаю… Попробую…

Галактионец зашевелился, опираясь ладонями о носилки. Сезонов ускорил процесс его посадки, подхватив под руки. Тяжело сев, Яго свесил ноги. Его сильно вело в сторону, взгляд рассеяно блуждал по полу и стене, ни на чем не задерживаясь. Вид у пришельца был такой, будто сейчас его вывернет всем, чем он питался последние сутки.

— Так, Паша, поедешь с нами. Сперва на операционный стол. Затем в полицию, — сказал Сезонов, возвышаясь над стрелком.

Тот гневным взглядом буравил подполковника и зло дул ноздри, как разъяренный бык, но позволил Сезонову помочь ему подняться и еле-еле взобраться на каталку. Подполковник толкнул носилки к лифту. Пришелец плохо выглядел, совсем не пытался удержать себя и норовил свалиться с каталки, пришлось подполковнику одной рукой крепко схватить Яго и не давать ему сползти на пол. Стрелок сидя покачивался, иногда размыкал плотно сжатые губы и выдавливал стон или шипение. В изголовье носилок лежали инъектор, пистолет с глушителем и муляж.

Лифт поднял их на