Молчание греха - Такэси Сиота

Что меня удивило, так это то, что он с самого начала сказал: «Пожалуйста, уделите позированию как можно больше времени». Предыдущий художник-портретист сделал несколько фотографий и нарисовал портрет на их основе, но господин Н. хотел «рисовать как следует, глядя в лицо».

Я сам основал свою компанию, поэтому приветствовал такое отношение к делу. По этой причине я с готовностью принял предложение, но уже через месяц начал жалеть о своем опрометчивом решении. Художник приходил в офис по крайней мере два раза в неделю в течение шести месяцев и рисовал меня. Господин Н. не понимал, как организовано время бизнесменов, и, даже не пытаясь это понять, полностью погрузился в свое творчество.

Я думаю, что все работающие люди понимают, что, если вы работаете, бывают моменты, когда вы заняты. Я пытался заставить себя скорректировать график, думая, что мой корабль взяли на абордаж, но господин Н. только спокойно повторял: «Пожалуйста, не двигайтесь, иначе портрет не получится».

Сколько раз доходило до того, что между нами начинали проскакивать искры! Однако, с другой стороны, мне нравилась его откровенная манера общаться. Окружающие президента компании люди не показывают своих истинных чувств, и он иногда чувствует себя в изоляции, однако у этого молодого художника вместо приятных бесед был серьезный подход. Впервые за долгое время я почувствовал, что кто-то говорит со мной открыто, и был счастлив.

Я не нашел слов, когда увидел законченный портрет шесть месяцев спустя. Не только контуры и детали лица, но сама атмосфера говорила, что это Тору Мотидзуки. Это выходило за рамки простого сходства и вызвало у меня потрясение, не похожее ни на что, когда-либо испытанное мной при просмотре картин. Я чувствовал себя так, словно вижу перед собой другого человека – и при этом часть моей души, отраженной на холсте.

Я был тронут и искренне поблагодарил его. Впервые на лице господина Н. появилась улыбка.

– Тяжесть упала с моих плеч, – сказал он.

Вполне естественно, что, увидев такую замечательную работу, я, как собиратель, задумался о коллекционировании его произведений.

Примерно через полгода большой проект, над которым я работал, подошел к концу, и я снова обратился в галерею «Р.» на Гиндзе.

– Я бы хотел купить все работы господина Н., которые у вас есть.

– Он уже перестал быть художником, – ответил господин К.

От неожиданности я лишился дара речи. Что за ерунда! Зачем такому талантливому молодому человеку отказываться от своего творческого дара? Однако, сколько бы я ни спрашивал его о причинах, господин К. лишь повторял то, что уже сказал.

Я был в депрессии, и какое-то время мне даже не хотелось смотреть на картины.

Затем, примерно год назад, я услышал от друга удивительную историю.

Мой друг, который живет в Киото и с которым я работаю в одной сфере, также коллекционирует произведения искусства. Мы с ним регулярно обедаем, и как-то он рассказал мне, что попросил одного художника нарисовать свой кабинет в английском стиле. Это действительно замечательное место, и мне нравится проводить там время, куря сигары и разговаривая с другом.

Я уверен, что вы уже догадались. Его знакомый, художник-керамист, познакомил его с господином Н.

Господин Н. прожил в его особняке около месяца и примерно два месяца спустя завершил работу, вернувшись в свой дом, находящийся по соседству.

Увидев фотографию законченной картины, я потерял дар речи. Отлично переданная красота красного дерева, которое со временем манит все сильнее, приглашая зрителя в тихий мир роскоши. Это была прекрасная работа подлинного художника.

Конечно, я спросил, где можно найти господина Н. Однако ни друг, ни керамист не смогли с ним связаться. Говорили, что он исчез из своего дома.

Это было уже какой-то загадкой.

Кто такой этот гениальный странствующий художник, господин Н.?

Мне очень хочется узнать, кто он на самом деле, но я ни в коем случае не хочу побеспокоить тонко организованную личность чувствительного художника.

Я уверен, что он продолжит писать. Интересно, каким он станет, когда закончит свое долгое путешествие и вернется к творчеству… Не преувеличивая, я думаю, что этот человек мог бы оказать большое влияние на мир японской живописи. Где он сейчас путешествует, что рисует?

Желаю ему накопить еще больший опыт и стать уникальным художником.

С надеждой на новую встречу кладу ручку.

2

Ступив на лестницу у входа в ресторан, Мондэн почувствовал, что холодный ветер, продувавший ночной Токио, немного ослаб.

Он поднялся на второй этаж и нашел табличку с названием заведения, висевшую справа от льняной занавески бежевого цвета. Отдышавшись, взялся за ручку раздвижной двери.

Здесь была пара столиков и несколько мест у стойки. Комната, отделанная светлым деревом, производила впечатление чистоты. Хотя было около шести часов вечера, посетителей не было.

Из-за стойки навстречу ему вышел мужчина в белом фартуке.

– Вы господин Мондэн? – спросил он с приятной улыбкой.

Когда Мондэн поприветствовал его, мужчина, представившийся владельцем заведения, пригласил его пройти за собой. В кремовой стене в глубине помещения была потайная дверь, и владелец привычным движением руки открыл ее.

Комната по другую сторону двери представляла собой пространство размером примерно в четыре татами, с низким потолком. Из мебели там был только стол со стульями. Все убранство составляли ваза и свиток на стене.

– А, заходите, заходите, – приветствовал Мондэна высокий стройный мужчина, вставший со стула при его появлении.

После того как хозяин закрыл дверь и ушел, они обменялись визитками и сели. На визитке мужчины было написано: «Гиндза, Галерея “Рокка”, Сакуносукэ Киси».

– Спасибо, что уделили мне время, – почтительно поклонился Мондэн.

Сакуносукэ замахал рукой и засмеялся.

– Нет-нет, я сегодня совершенно свободен. День святого Валентина…

Мягкий кансайский диалект Сакуносукэ, уроженца Кобе, успокаивающе подействовал на Мондэна. Он и забыл, что сегодня День святого Валентина, поскольку давно уже не имел повода его отмечать. Направляясь сюда, он предполагал, что начало разговора с прошедшим огонь и воду семидесятилетним арт-дилером будет более формальным, и теперь почувствовал себя свободнее.

– Извините, – раздался голос из-за двери, и вошел хозяин с подносом.

– Сегодня здесь выходной, но я попросил хозяина специально поработать, чтобы встретиться с вами.

– А, вот как… Извините за беспокойство!

Мондэн в знак благодарности склонил голову, но владелец сказал: «Нет, нет ничего страшного, господин Киси уже больше тридцати лет наш постоянный посетитель».

Он поставил перед гостями тарелки с закусками – маринованные огурцы, роллы